• А. Н.Савельев
  • С. П.Пыхтин
  • И. М.Калядин

© Издательство «Клиония»

ISBN 978−5−9900737−4−6

Издательство «Клиония»

109029, Москва, Михайловский проезд,

д. 3, строение 13

www.nmanifest.ru

Подписано в печать 27.08.2009.

2−е издание, дополненное

Формат 60х90/16

Печать офсетная

Тираж 1000 экз.

  1. Нации и олигархия

1.1. Интервенция зла

Мировая война не закончилась, когда замолчали пуш-ки. Она лишь отступила в тень, прикрывшись миролюби-вой риторикой и гуманными намерениями. Агрессор сме-нил стратегию: вместо физического истребления народов и государств он занялся уничтожением народной души, рассудка политиков, разума мыслителей, веры, верности, любви, чести – всего, что составляет достоинство чело-века и складывает из отдельных людей нации. Убивая дух нации, агрессор стремится остановить историю, за-держать ее в тот момент, когда ему удалось подчинить и обратить в рабов самые свободолюбивые и творческие народы. Имя агрессору – мировая олигархия. Сущность ее – мировое зло.

В тиши кабинетов и вдали от фронтов мировых войн, а затем и «холодной войны», занявших весь XX век, под по-кровом пропагандистской перестрелки «противоположных формаций», отвлекавшей нации от преодоления реальных проблем, был подготовлен новый план-заговор, по которому сложившаяся в ХХ веке мировая финансово-политическая олигархия и ее сторонники в господствующих группировках ведущих мировых держав пытаются обеспечить свое доминирование, подавляя нации и разрушая су-веренитет государств.

Против свободы наций сегодня ведется мировая война с целью утверждения, сохранения и усиления господства олигархии, в которой наемные отряды лицемерных писак и циничных демагогов применяют самые изощренные, вероломные и подлые приемы и методы, выступая под знаменами с лозунгами «общечеловеческих ценностей», «здравого смысла», «любви к свободе». Когда эти виртуальные армии исчерпывают в конце концов средства воздействия, их сменяют финансовые и торговые агенты, призванные обращать в прах экономический потенциал стран, которые они выбрали в качестве жертвы, или, если представляется подходящий момент, призываются оккупационные вооруженные силы. Послед-ние вступают в дело, чтобы железом и кровью, уже окончательно, утвердить в той или иной точке земного шара «безграничную справедливость», не останавливаясь и перед широкомасштабным, устрашающим использованием «литого свинца».

Не «ценности», «смысл» и «свободу» несут народам новоявленные спасители человечества. «Гуманитарные» интервенции уже несколько десятилетий оборачиваются по отношению к народам, «освобождаемым» от «средневековья», «тоталитаризма» или «отсталости», беспощадной эксплуатацией, обнищанием, утратой независимости, закабалением и оккупацией. «Горячие» войны сохранились как дополнительное подкрепление «гуманитарных» операций; они носят кратковременный или локальный характер. Зато не прекращаются ни на день, ни на минуту и приобрели перманентный и всеобщий характер информационные войны, объектом которых являются массовое сознание, мировоззрение, образ жизни.

                                                                                                                                                                                       Нации и олигархия

                     1.2. Господство бюрократии

Бюрократия узурпирует политическую власть, отбрасывая исторические традиции служилого сословия, для которого интересы нации и государства были превыше всего. Крупнейшие корпорации, переходя от производства к ростовщичеству и спекуляции, превращаются в плутократию, присваивающую себе практически весь прибавочный продукт, создаваемый предпринимательским сословием и трудом наемных работников. Бюрократия и плутократия, порабощая нацию, заставляя ее жить без развития, терпеть монополизм и нелепые правовые установления, создают олигархию – власть немногих, венчающую пирамиду нового рабовладельческого порядка. Вместе с узким слоем либеральной интеллигенции олигархия, используя любые методы принуждения, стремится заставить нации признать свое господство и подчиниться своей идеологии – глобализму.

Ни монархическая, ни республиканская формы правления не сумели противостоять перерождению чиновничества и воспрепятствовать захвату этой новоявленной кастой основных рычагов управления. Государству, представляющему собой в сущности политически организованное общество, невозможно обойтись без органов управле-ния. В естественном порядке самоуправляющиеся структуры общества остаются самодеятельными и самодостаточными и не вмешиваются в дела высших государственных институтов. Но с ослабеванием ведущих сословий на место главенствующего слоя общества стремится чиновничество, а самоуправляющиеся институты ослабевают и исчезают.

Так случилось, что нации, рожденные из гражданской солидарности, самоуправления и «ежедневного плебисцита», были сначала брошены в мясорубку мировых войн, а потом, когда цвет наций был погублен, когда на фронтах полегли верные сыны своих Отечеств, бюрократия захватила власть и открыла путь для образования мировой олигархии. XXI век показал, что не имело значения, под какими лозунгами – либеральными или под социалистическими – произошло порабощение наций. Различия между режимами нивелировались, мировая олигархия стала очевидной реальностью.

Если чиновник использует свои должностные полномочия для личного обогащения, игнорирует идеалы и интересы нации, если чиновничество становится корпорацией с внутренней «этикой» и солидарностью, отличной от общегражданской, все формы правления сводятся к одной – бюрократической. Пораженная вирусом коррупции и из-мены, бюрократия стремится присвоить себе монополию на власть и уйти от ответственности перед народом, народным представительством, национальной элитой и государем. Наиболее циничная часть бюрократии в ХХ веке монополизировала управление государственными активами, обратила их в свою собственность.

Две мировые войны и продолжавшаяся более полувека «холодная война», в которые практически были втянуты все государства планеты, довели этот процесс до логической развязки – до формирования глобальной олигархии. Пока нации изводили друг друга на фронтах больших и малых войн, бюрократия действовала подспудно, но в «холодной войне» ослабленные нации были принуждены бюрократией к существованию в режиме чрезвычайного положения. Это позволило многократно увеличить численность чиновничества и свести к минимуму роль народного представительства. Нация стала во всем зависимой от бюрократии. Напротив, кредитные институты приобрели невероятную самостоятельность, подмяв под себя производящие отрасли и превратившись из обслуживающих институтов в главенствующие. Пока бюрократия держала нации в узде, жрецы «золотого тельца» образовали глобальную финансовую систему, а вместе с ней сложилась в нынешнем виде и глобальная олигархия.

После распада социалистического лагеря стан глобалистов расширился за счет бюрократии компартий, присвоившей себе национальное достояние прежних социалистических государств. Мировая олигархия готова рекрутировать в свои ряды изменников самых разных идеологических направлений. Сдача национальных интересов и создание «открытых» экономик, легко разграбляемых глобалистами, происходили в расчете на участие изменников в мировом олигархическом «клубе». Чем решительнее происходил разрыв с собственной нацией, тем больше шло сближение с мировой олигархией.

Выход крупных капиталов из-под контроля наций, сращивание бюрократии с ростовщичеством и разворачивание невероятной пропагандистской машины, обрушившей на человечество комплексы и фантазии либеральной интеллигенции, привели к образованию самой грозной и жестокой силы – альянса глобалистов, решивших, что утверждение их господства означает «конец истории» и закрепление сложившегося порядка до скончания веков.

                               1.3. Олигархический культ

Светхозаветных времен «золотой телец» источает соблазны, порабощающие людей. ХХ век, отрекшись от традиций, спалив в мировых войнах и революциях старинные обычаи и моральные нормы, превратил поклонение «тельцу» из верования тайной секты в открыто исповеданную «религию». Народы и государства уверились, что можно построить свое благополучие, управляя денежными пото-ками. Все, кто не поклоняется культу денег, выставляются теперь как дикари или ретрограды.

Развитие средств коммуникации обеспечило новоявлен-ным жрецам широчайшие возможности для пропаганды своей «веры». Средства массовой информации стали их главным оружием. Свобода слова утонула в потоках славословия «золотому тельцу» и в проклятиях, высмеивании и лжи в адрес тех, кто еще не поклонился ему. Свобода слова обернулась свободой обслуживать власть и принимать от нее знаки уважения и денежное вознаграждение. Бюрократия и «свободная пресса», отбросив сентиментальность и порядочность, утверждают новые эталоны поведения людей, необходимые для формирования олигархического капитала. Деньги становятся единственным критерием успеха и достоинства личности.

Олигархия неизменно опирается на «левые» идеи (то социалистические, то либеральные), чтобы соблазнить людей теоретической возможностью делить национальное достояние на всех поровну или присваивать себе его несообразно большую долю в разного рода частных авантюрах. В обоих случаях – соблазн состоит в том, чтобы меньше трудиться и больше потреблять. В результате нация производит все меньше, а львиная доля потребления при-ходится на олигархические кланы. Тем временем пропаганда превращает граждан в холопов, лишенных возможности распоряжаться своей судьбой, а всех, кто выступает за государственные интересы, за сохранение и развитие нации, обвиняют в самых немыслимых и отвратительных замыслах: в стремлении к физическому истреблению людей и даже к развязыванию войн, в которых должно погибнуть все человечество. Так вор кричит: «Держите вора!», чтобы самому ускользнуть от ответственности.

Средства массовой информации, подконтрольные плутократии или правительствам «свободных держав», их исполнительным комитетам, последовательно и постоянно дискредитируют и шельмуют священников и философов, мыслителей и писателей, политиков и общественных деятелей, публицистов и полководцев, идеологии, доктрины и партии – словом, всех, кто открыто выступает за честь и достоинство своего народа, и всё, что способствует национальному самосознанию. Для этого хороши любые средства: заткнуть рот, запугать, ограничить или лишить возможности участия в общественной деятельности, создать непреодолимые препятствия в использовании печати, телевидения или радио, сфабриковать вздорные обвинения.

Бюрократии, плутократии и олигархии выгодно одобрять или поощрять деятельность только тех публичных деятелей, которые обслуживают их интересы и морочат людям головы давно выхолощенными и безнадежно устаревшими политическими лозунгами, идеями, концепциями и догматами. Сегодня в новой пропагандистской упаковке нациям навязывают некоторые политические теории XIX века, которые теперь совершенно лишены связи с действительностью и служат только одному: дезориентации граждан.

              1.4. Методы порабощения

Главный противник мировой олигархии – народы и нации с их религиозной и культурной самобытностью и государственными интересами. Ей же удобны только атомзированные индивиды, не способные к самоорганизации и тем более к сопротивлению своим поработителям. Поэтому олигархия враждебна любым проявлениям народной самобытности, национальных идеалов и государственных интересов. Именно этим объясняется повсеместное стимулирование ею миграции: оседлые, коренные народы, создавшие государства и национальные правительства, она, где только ей это удается, «разбавляет» переселенцами с иной культурой, требуя от «туземцев» по отношению к ним «толерантности». Между тем толерантность – это отказ от собственной народной и национальной идентичности и усвоение некой «общечеловеческой морали», приемлемой для олигархов. Но какая мораль может быть у тех, кто принципиально аморален?

Государства, сохранившие национальную идентичность и политическую независимость, отстаивающие суверенитет и экономическую самостоятельность, являются для олигархии первейшими врагами. В то время как из порабощенных олигархией стран формируются агрессивные коалиции и развязываются войны против суверенных государств, подконтрольные ей СМИ обеспечивают необходимую агитацию и пропаганду, обосновывая и оправдывая творимую несправедливость.

Эпоха Просвещения обещала свободный мир всем, но свобода досталась лишь немногим. Избирательные системы превратились в инструмент бюрократии, которая предлагает гражданам выбирать между «плохим» и «очень плохим». Такова ее версия свободы.

То же самое происходит и в экономике. Для порабощения народов созданы законы, подавляющие как экономическое, так и политическое развитие. Разработанные международными организациями «всемирные правила торговли» стали подавлять национальное предпринимательство. Преференции получил бизнес, призванный размывать национальную природу собственности и национальные границы. Перемещение дешевых трудовых ресурсов при-вело к подавлению традиционных отраслей производства, подорвало моральные устои предпринимательства и отношений между работником и работодателем, разрушило трудовую этику. Рабский труд – малокультурный и мало-производительный – сочетается с монополией, позволяю-щей использовать самую современную технику, чтобы исключить ученого, инженера и мастера из процесса производства. Целые отрасли национальных экономик жертвуются в пользу «отверточных производств». Транснациональные корпорации, принадлежащие олигархии, злоупотребляя искусственным правом интеллектуальной собст-венности, присвоили все технические достижения, накладывая запрет на их использование и тем самым препятствуя прогрессу.

Политика при такой организации хозяйственной жизни неизбежно приобретает имитационный характер. Для поддержания в народах убежденности в том, что их правительства отстаивают государственные интересы, олигархия то и дело инициирует публичные кампании под патриотическими лозунгами и развязывает локальные войны с заведомо предрешенными результатами, оправдывая свою деятельность патриотической риторикой и требованиями свободы и справедливости для всего мира. При этом легитимируются марионеточные правительства, во всем послушные секте «золотого тельца» и интересам олигархии, которая присваивает богатства, создаваемые потом и кровью порабощенных народов.

Чтобы держать народы в покорности, олигархия использует старое как мир средство – удовлетворение низменных запросов масс. «Хлеба и зрелищ» – эта формула проверена веками. В наше время бои гладиаторов на аренах заменили спортивными соревнованиями и шоу на стадионах и на телеэкране. Сытый голодного не разумеет, и ему кажется невозможным наступление трудных времен для него самого. Голодный же, получая «пайку» хлеба, готов забыть, что этой подачкой у него покупают право распоряжаться всеми богатствами не только нынешних, но и будущих поколений, лишают нацию даже минимального шанса на достойное существование. Разложение нации материальными соблазнами ведет ее к культурному и эко-номическому упадку, к демографической катастрофе, к утрате государственности.

                 1.5. Иллюзии и суррогаты

Круг тех, кто имеет доступ к колоссальным ресурсам – практически ко всему, что создано человечеством или обнаружено им в земных недрах, – замкнулся. Капиталы наращиваются за счет ростовщического оборота и спекуляции, предметом которой являются готовые товары и природные ресурсы. Этот «бег по кругу» сплотил мировую олигархию, которая сама или через своих агентов в странах, где управление считается демократическим, вращается вместе с капиталами, перетекая из политики в экономику и обратно, конвертируя власть в деньги и за деньги покупая власть.

Псевдодемократические процедуры навязываются народам, а за кулисами политической сцены, превращенной в балаган, процветает олигархическое правление, не ставящее мнение народа ни в грош. Иллюзия «свободного рынка» и «демократии» призвана обеспечить легальные формы расхищения национального достояния и порабо-щение производственного капитала, который вынуждают отдавать ростовщикам, посредникам и спекулянтам практически весь прибавочный продукт. Реальный сектор экономики, занятый непосредственно производством, воспринимается олигархией как нечто чужеродное, что до поры приходится лишь терпеть. Но при любом удобном случае создается необходимая законодательная база, отнимающая у этого «крепостного» современности все, что он сумел накопить и что смог заработать.

Грабитель, ненавидя ограбленного, будет публично лить слезу умиления, объясняя публике, собравшейся у экранов телевизоров для очередного «промывания мозгов» и уже отвыкшей отделять правду от лжи, как он старается для всеобщего блага. Собственное производство, национальная независимость и государственный суверенитет оказываются меньшей ценностью, нежели рекламные суррогаты – товарное изобилие магазинных прилавков, иллюзия демократического курса «партии власти», материальные признаки растущего индивидуального благополучия… Все это есть в ведущих странах мира, и все рухнет в одночасье, как это уже было в истории человечества, чтобы закулисные игроки могли проклясть своих противников и начать свою игру снова.

                                1.6. Альтернатива

События XX века дали возможность человечеству расстаться с иллюзиями, которые очаровывали его на протяжении последних трех столетий. Просвещение, капитализм, социализм, либерализм и прочие фантомы рассыпались в прах. Этот период завершился, поставив человеческие сообщества перед проблемами иного времени. Воз-никли непримиримые противоречия между олигархией и бюрократией с их алчностью, своекорыстием и тщеславием, стремящимися к мировому господству, с одной стороны, и народами и нациями с их святынями, заповедями святых, заветами предков, жизненными интересами – с другой. Это конфликт всемирного масштаба, в котором нации сталкиваются с тотальной информационной вой-ной, которую под флагом глобализма развязала олигархия. Нациям не остается ничего иного, как ответить на этот вызов.

Некоторые нации вступили на путь осознания пагубности сложившейся системы и пытаются обособиться от олигархического глобализма. Они создают реальную экономику, чтобы народ имел возможность развивать материальную и духовную культуру, передавая ее будущим поколениям. В других нациях это осознание коснулось лишь небольших групп интеллектуалов или предпринимателей, задумавшихся о причинах столь больших трудностей в организации простейших хозяйственных институтов. Это только обозначившиеся ростки нового –предвестники масштабного процесса освобождения. Пока же идет проба сил, поиск опоры в политических и религиозных концепциях, открытие грядущих управленческих решений. Становится все очевидней, что денежные знаки крайне трудно и даже невозможно обратить в по-лезные продукты. Это просто бумага или электронные записи! Если кто-то научился манипулировать ими с выгодой для себя, это еще не значит, что подобный про-цесс, в основе которого нет ничего, кроме спекуляции, может длиться бесконечно долго. Рано или поздно эко-номическая и общественная модель, альтернативная олигархической, будет успешно представлена человечеству и покажет свою жизненную силу. После чего она будет востребована народами, не утратившими волю к свободе и суверенитету.

В начавшейся борьбе, стратегическими высотами которой являются прежде всего сознание, чувства и настроения людей, самым эффективным и сокрушительным оружием неизбежно будет выступать национальная идеология. Она должна раскрепостить нации – труд и капитал, честь и достоинство, творчество и дух.

С целью вооружения национальных патриотов пониманием современности и представления средств достижения победы над олигархией подготовлен данный Манифест.

  1. К истории политических учений и хозяйственных практик

                  2.1. Обладание будущим

Предсказание будущего – одна из фундаментальных задач человеческого разума, стремящегося постигнуть закономерности природы и общества. Людям всегда хотелось знать будущее, выводя его из логики истории и повседневного опыта, чтобы планировать свою жизнь. Чем основательнее прогноз, чем глубже он прослеживает грядущие события, тем успешнее деятельность тех, кто понял суть текущих явлений, познал причины поведения людей, про-никся духом эпохи, выяснил закономерности исторических процессов.

Теории общественного развития всегда стремятся выстроить некую систему, которая, подобно классической физике, становится истиной, не подлежащей пересмотру в своих основах и применимой всюду, за исключением каких-нибудь экзотических случаев. Будущее логично вывдится из универсальных принципов и законов. Огромный массив исторических событий сжимается до нескольких кратких формул, которые берутся на вооружение политиками и общественными объединениями. Дальнейшее сжимание теории в руках политических практиков изгоняет из нее рациональность, оставляя лишь приверженность конъюнктуре, апелляцию к эмоциям, расчет на впечатление. Осколки теории у циников всех времен (начиная от античных киников) служат одному – соблазну, которым политики пытаются привлечь публику, ожидающую чуда быстрого обогащения, и клевете в адрес оппонентов. Что же касается научной истины, то через нее переступают в угоду интересам разнообразных групп и кланов. Научность и системность отодвигаются в сторону, когда пропагандистская машина призывается, чтобы насадить выгодные кому-то идеи.

Открытое противостояние в XX веке либеральных и со-циалистических идей создало иллюзию, что никакое иное миропонимание не может всерьез претендовать на конкуренцию с двумя мировоззренческими подходами. Традиция вместе с национализмом, казалось, отошла в прошлое,  и за свое видение будущего борются только мировые системы: капитализм и социализм. Все остальное предлагалось считать «мраком Средневековья», пережитками прошлых эпох. И даже сами нации и государства, возникшие в эти эпохи, представлялись лишь фигурами на шахматной доске, где великое противостояние решает, каким бу-дет мир.

Гроссмейстерам «нового времени» казалось, что все сыгранные до них партии ничего не стоят, что в них не было ни мастерства, ни системы, ни научного подхода. На деле же оказалось, что в противостоянии систем забылись и их фундаментальные основания: декларации о правах человека и гражданина и труды отцов-основателей либерального лагеря, с одной стороны, и «левая» идея «царства свободы» для трудящихся, преодолевших отчуждение от средств производства, с другой стороны. Даже сама социальная «архитектура» наций и государств, в рамках которых все эти идеи вызревали и получали популярность, была признана анахронизмом.

                             2.2. Эволюция «свободы»

Либерализм мы знаем по его современным лозунгам, но аналогичные лозунги существуют с древних времен. Тогда демократические государства одним мыслителям казались воплощением идеи свободы от какой-либо регламентации жизни (включая семью и мораль), другим – хаоса, беспорядка, бессмысленности. Рабы были частью на-селения, по отношению к которой вообще не могло существовать никакой морали и лишь самые примитивные правовые установления. Там, где рабство было малозначительным институтом, возникали режимы, которые теперь принято считать «тоталитарными». Если Платон строил теорию идеального государства, во многом опираясь на опыт Спарты, то для множества современных ему и более поздних мыслителей этот опыт был, напротив, неприемлем, ибо теснил свободу личности. До нашего вре-мени Платон числится среди «тоталитарных» мыслителей за свои идеи, которые интегрировали Традицию и опыт его эпохи.

В Античности анализ Аристотеля выявил государства-олигархии, основанные на власти немногих, которые правят в своих частных интересах, а свои богатства ставят выше статуса аристократии, военной доблести, мудрости, гражданского мужества. Власть денег в олигархиях превосходила власть Традиции, что демонстрировало вовсе не борьбу партий «демократов» и «недемократов», а более фундаментальное мировоззренческое противостояние – между культом денег и культом героев, подвижников, мудрецов и тружеников. Идеальное государство, с точки зрения Платона и Аристотеля, исключает как олигархию, так  и демократию.

Платон называл демократов распутниками, скупердяями, наглецами и бесстыдниками, рабами своего каприза, живущими ради удовлетворения нечистых желаний. Но рассматривал и олигархию как наихудшую форму правления, отдавая предпочтение аристократии и монархии. Аристотель писал, что демократии чаще всего вырождаются в олигархии, а затем и в тирании, что хорошо прослеживалось на примере родных ему Афин. «Правильными» формами государства он считал монархию и аристократию, а затем – смешанные формы, где соединялись разные типы правления. В наиболее жизнеспособных режимах сочетались элементы монархии, аристократии и демократии (политии). Это было важное теоретическое открытие древних мыслителей, которым современные нам правители пренебрегли, предпочитая власть денег или тиранического диктата.

Средние века восстанавливали власть Традиции после масштабного краха Античности, наступившего, когда гражданам стало нечего защищать, не за что бороться, когда материальный интерес консолидировал паразитические слои населения и разрушил духовное единство – основу государственности Рима, а потом Византии. Впоследствии Россия, принявшая на себя миссию духов-ного центра христианства, противостояла культу денег, но материальный интерес продолжал свое разлагающее действие, возвышая материальные ценности над духовными.

Древние мыслители, опиравшиеся на традиции, ставили общественное Благо выше частной Свободы. Новое время ввело понятие о «свободе», которая якобы является единственным вожделением общества, и все развитие общества ведет к расширению свобод. Эпоха Просвещения соединила понятие «свободы» с личностью, в которой свобода будто бы, только и могла быть реализована в полной мере. Всякая социальность, возникающая до частного выбора личности, признавалась порочной, отчего предшествующая история становилась обузой и подлежала дискредитации. Гуманисты мечтали о временах, когда последнего царя можно будет удавить кишками последнего попа. Идея Прогресса противопоставлялась Традиции. В государстве видели только чудовищного Левиафана, власть которого неизбежна только потому, что люди от природы мечтают перебить друг друга.

Французская революция показала, что навязчивая идея, превращенная пропагандой в идеологию, на практике воплотилась в кромешный ад – террор и насилие. Невероятные человеческие жертвы либеральных (буржуазных) революций многократно превысили все издержки монархических и аристократических государств, основанных на Традиции. Гимн Разуму, который звучал из рядов просветителей, был заглушен грохотом войн и криками казненных. «Общественный договор», который чудился им как основа счастливого общества, нигде не обрел жизненной формы, «естественное право» нигде не утвердилось. Либерализм лишь дал алчности новый импульс, освободив ее от подчинения традиционной морали. Разум и рассудок торжествовали только там, где царствовал частный интерес, творивший несправедливость, позволявший жить за счет других, обманывать и превращать людей в рабов.

Либералы обычно с большим уважением относятся к методологии марксизма и многое заимствуют из него. Политэкономия социализма и либерализма имеют общий источник – идею интернационального рынка. Социализм видит в нем возможность захвата власти пролетарскими партиями, либерализм – партиями транснациональных корпораций. Прославление Марксом и Энгельсом прогрессивной миссии буржуазии стало частью теоретического дог-мата либерализма, ставшего пропагандистским инструментом олигархии во второй половине ХХ века. Вывод о ненужности и даже вредности государства также перекочевал из марксизма в либеральные учения современности.

                         2.3. Крах «справедливости»

Свобода оказалась кровожаднее Традиции, отчего на свет начали появляться идеи, ставящие во главу угла Справедливость. Противостояние все менее привлекательным идеям либералов, превозносящих частный успех и авантюристов, идущих по головам неудачников, вылилось в требование коллективной свободы – освобождения от «пут» нации и государства. Общественная солидар-ность, укорененная в Традиции и Государстве, теперь под-менялась классовой солидарностью на основе общего социально-экономического статуса. Если Просвещение опровергало Традицию, то социалистические учения начали опровергать порожденный Просвещением буржуазный порядок. Но в этом опровержении места Традиции и традиционной морали не нашлось. Платон точно оценил от-ношение между либеральной олигархией и теми, кого марксисты потом назвали пролетариатом: «Богатство развратило душу людей роскошью, бедность их вскормила страданием и довела до бесстыдства».

Наибольшая глубина социалистических идей была достигнута в марксизме, где отрицание будущей ведущей роли буржуазии было дополнено прогностической идеей о неизбежной и закономерной смене социально-экономических формаций. От  первобытнообщинного строя – к рабовладению, затем к феодализму, которому на смену приходит капитализм, а за ним начинается эпоха социалистических революций и построение коммунизма. Переходу к новой формации предшествует появление передового общественного класса, который призван преодолеть накопленные в прежней формации противоречия между производительными силами и производственными отношениями. Смена формации означает отбрасывание прежних отношений, мешающих развитию производительных сил, и установление новых отношений.

В этой историософской конструкции изначально присутствовал дефект: уверенность в том, что в земном существовании можно построить идеальное общество, которому не нужно ни государство, ни социальная иерархия, ни нация. В этом смысле марксизм радикально разрывал с Традицией и даже полагал этот разрыв принципиальной закономерностью исторического процесса.

Марксизм утверждал, что очередная смена формаций не за горами, потому что родился на свет «могильщик» капитализма – рабочий класс с его «пролетарским интернационализмом». Коль скоро капитализм не обеспечивал наемным рабочим даже рабского существования, то пролетариату «нечего терять, кроме своих цепей». Пролетарий, разламывая революцией прежние отношения, дол-жен был уничтожить частную собственность и в конце концов ликвидировать государство. При этом «реакционные народы» должны были погибнуть во всемирной пролетарской революции. Классовая солидарность делала народы не нужными для реализации любимых идей марксистов. Интернационализм стал одной из ключевых догм социализма. Теория отмирания государства роднила социалистов и либералов: интернационализм и свободные мировые рынки соединены в общих для тех и других идеях глобализма.

Пропагандистским замыслом марксистов была опора на материальный соблазн, обращенный к массам. Им доказывалось, что достаточно отречься от своего государства, от своей веры, достаточно истребить «эксплуататорские классы», чтобы жить богато и трудиться в меру желания. Сначала предполагалось вознаграждение каждому по труду, а при коммунизме – по потребностям, вне зависимости от труда. Критерий воздаяния «по труду» и критерий разумных потребностей так и не был определен. Да это и не предполагалось, поскольку марксизм создавал сказку о чудесном обогащении и праздности, о земном рае для тунеядцев. Тем же соблазном были зара-жены не только пролетарии, но и образованные слои общества, которому еще только предстояло стать нацией и в полной мере освоить свою традицию. Вместо этого обществу было предложено мечтать о Справедливости и Свободе.

Соблазны материального обогащения разъединили народ, противопоставив классовые интересы и доведя отношения между классами до ненависти и вражды. В этой схватке была отброшена ответственность перед царствующими династиями и честь аристократии. Результатом кровавых схваток за «светлое будущее» стало вовсе не торжество «революционных» трудящихся или «контрреволюционных» капиталистов и помещиков, а перетекание власти в руки бюрократии.

Основанные на весьма узком эмпирическом материале, идеи марксизма оказались актуальными лишь в течение очень короткого исторического периода. Они стали не столько теорией, сколько пропагандой, смущающей умы народов, рвущихся к знанию. Революции XIX и XX веков, затеянные под знаменами компартий (начиная с Парижской коммуны), опровергли сами себя, доказали несостоятельность марксизма. Марксизм сохранил значимость лишь как критика издержек капитализма и методология анализа простейших экономических отношений. Он ослабил жизнеспособность мировых цивилизаций, но не опроверг ни гуманистических иллюзий Просвещения, ни фундаментальных ценностей Традиции.

Человечество увидело, как социализм топтал Тради-цию и уничтожал социальные слои, охваченные либе-ральными и социалистическими мифами. Жертвы «ре-ального социализма» многократно превысили жертвы буржуазных революций. Социализм надорвал жизнен-ные силы многих народов. И поэтому мир увидел крах социалистической системы, оказавшейся не способной переступить через догматы марксизма и ответить на вы-зовы времени. Научный коммунизм, марксистская фило-софия, исторический материализм – все это оказалось ненаучным и нежизненным.

Наемные рабочие не только не стали передовым классом, создающим более эффективные производственные отношения, но и не сложились в нечто единое. Мировые войны показали, что историческими субъектами остаются народы и государства, но не классы. Там, где социализм победил и догмы марксизма стали новой «религией», он отдал власть в руки бюрократии – партийной номенклатуры, миссия которой состояла в одном: в сдерживании нации в ее духовном и политическом становлении.

                2.4. Смыкание противоположностей

Мутация либеральных взглядов в ХХ веке привела к сближению с социализмом и заимствованию у него ряда идей. Либеральный социализм, зачатки которого пришлись на довоенную эпоху, расцвел к концу ХХ века и полностью впитал в себя обе концепции. Либерализм, утратив прежний пафос защиты свободы личности, «социализировался» – сделал ставку на многочисленные социальные программы. Социализм стал высшим принципом свободы, либерализмом в действии, призванным раскрепостить пролетариат, представив большинству некую «усредненную свободу». Либерализм, признав значимость некоторых социалистических принципов, стал более изощренным в своей лжи о сущности общества и человека. После краха социалистического лагеря либерализм унаследовал от поверженного противника не только материальные ресурсы, но и идеологию, которую адаптировал к целям мировой олигархии. Фикции демократии дополнились фикциями социального равенства и социального партнерства. Институты демократического и либе-рального социализма приняты на содержание олигархии, предпочитающей контролировать все идеи и все общественные течения, перекупая лидеров, идеологов, мыслителей, оскопляя общественную мысль, где только возможно.

Либерализм и социализм, различаясь в декларируемых целях и ценностях, едины в стремлении уничтожить государства и нации, соединить их в одно общество с едиными для всех «общечеловеческими ценностями». Для этого приходится отрицать национальные и цивилизационные различия, считая их пережитком, а любые различия между людьми – негативными факторами, подлежащими устранению. Обе по виду противоречивые идеологии едины в одном – в противостоянии религиозно-философскому ми-ровоззрению, отражающему национальное самосознание.

Либерализм, как и социализм, калечит рассудок человека. Если социализм создает личность, целостность которой полностью зависит от коллектива и политического догмата, то либерализм видит идеал в личности с расщепленным сознанием – мультикультурной и не связанной ни с одной человеческой общностью постоянными узами. Либерализм и социализм отрывают человека от семьи, нации и морали.

У либерала семья – нечто временное, от нации можно в любой момент отречься, а мораль – химера. У социалиста семья – нечто второстепенное, нация – нечто преходящее, а мораль за пределами партийной догмы отсутствует.

Либерализм, как и социализм, лукав. В нем «общечеловеческое» – лишь пропагандистский трюк. Всеобщая свобода оборачивается свободой ограниченного числа субъектов, которым предоставляется монопольное право повсеместно оборачивать свой капитал. Глобализация нужна олигархии для того, чтобы отработанная ею мо-дель закрепощения народов и наций стала универсальной и получила распространение во всем мире. Капитал олигархии нигде не должен встречать сопротивления своим разрушительным планам. Поэтому любое государство, отстаивающее национальные интересы и ведущее независимую политику, объявляется врагом, «империей зла», пособником терроризма. Врагом для олигархии является все, что связано со свободным существованием наций, а значит, все, что сохраняет традиционный духовный уклад, верность историческому пути, прочность моральных императивов.

2.5. Противостояние нации и тоталитарной бюрократии

Бюрократия всегда желала получить пожизненные права на ведущую роль в государстве и стремилась сделать свое положение независимым от воли монарха, аристократии, народа. Именно это толкало бюрократию использовать изъяны в общественном устроении государств для укоренения своей власти. Интриги во дворцах то и дело выплескивались на улицы столиц, где взбудора-женные люди искали справедливости. Плоды побед неизменно переходили к правящим кланам, а толпу усмиряли подачками: временными послаблениями режима, малозначащими реформами, броскими лозунгами. В результате бюрократия только крепла и умножалась численно, создавая себе инструменты для захвата национального достояния и безудержного обогащения. Бюрократический контроль за государственным аппаратом, национальным имуществом, госбюджетом применял самые изощренные методы унижения народа.

Ответное сопротивление народа могло опираться только на высшую аристократию – духовную и военную силу, призванную быть опорой государства и монарха, стремящегося передать своему наследнику процветающую страну. Поэтому силы революционного террора нашли в бюрократии тайного союзника. Если революционеры де-лали ставку на убийство монарха и публичную дискредитацию аристократии, то бюрократия вела свою разрушительную работу подспудно и пыталась «украсть» у аристократии ее народ: плела интриги в правящих кругах, доводила тяготы управления до абсурда, дезинформировала, заводила в тупик реформы и т.д. Политические теории, представлявшие этот процесс как борьбу классов, могли быть только на руку бюрократии. Их утопизм очаровывал образованные слои общества, мутил сознание масс и давал бюрократии перспективу всевластия, не скованного никакой традицией.

Революционный пафос либерализма опирался на стремление убрать с дороги аристократию с ее этикой служения своему народу и Государю. Бюрократия, используя интересы промышленников (или, как их охарактеризовали в прошлом веке, буржуазии), рвалась к власти, чтобы перестроить все отношения в обществе и сделать морально оправданной безудержную наживу и присвоение всех ре-зультатов промышленной революции. Это желание накладывалось на становление политических наций. Многие буржуазные революции были одновременно и национальными – избавляющими от зависимости от других государств. Неспособность «третьего сословия» осознать свою миссию как лидера нации, неспособность совместить Традицию и Модернизацию привели к захвату лиди-рующих позиций ростовщиками и спекулянтами. Одни торговали деньгами, другие перепродавали готовые товары и сырье. Иные не гнушались торговать и живым товаром – людьми. При этом гуманистические ценности Просвещения стали догматом, ради которого железом и кровью усмирялись обездоленные социальные слои и колонизуемые территории.

Революциям всегда противостояли охранительные идеи, которые в последующие эпохи постарались забыть или взять из них только то, что подходило под текущую политическую конъюнктуру. Идеи либералов не стали бесспорными благодаря мыслителям-традиционалистам. Жозеф де Местр указывал, что не может быть никаких универсальных законов общества, что дух свободы в от-сутствие «канонизированных предков» влечет к хаосу, что только национальный разум, подавляющий индивидуальные догмы, может дать счастье и процветание народам. Эдмунд Берк считал, что индивид рождается в присутствии традиции и государства и невозможности сложения частных эгоизмов. Адам Мюллер, а за ним Гегель, утверждали, что нация есть основание любого отдельного индивида и государства, что общая свобода – это свобода незабвенных предков. Фихте, Шеллинг и многие другие мыслители считали народ органической сущностью, а государство считали средством для нации. Лучшая форма правления для консервативных мыслителей почти всегда есть монархия. Гегель писал: «Личность государства действительна лишь как некое лицо – монарх».

  • ХХ веке консервативные идеи развивались как в не-мецкой, так и в русской философии, но не нашли доста-точно приверженцев, чтобы остановить войны и револю-ции.

Становление западного индустриального общества ли-бералы пытаются приписать себе, придумав миф о «сво-бодной рыночной экономике». В действительности, как показано Максом Вебером, успешная хозяйственная прак-тика имела религиозные корни – протестантскую этику, рожденную в восстании народа против бюрократизации католической церкви. Увы, западное общество в Реформа-ции со временем отбросило и Традицию, а новая бюрокра-тия навязала нациям свою волю.

Попытки разрыва с бюрократией и освобождения на-ций были в предвоенные годы предприняты в европей-ских государствах. Но революционный и военный аван-тюризм, инспирированный агентами олигархии, подме-нил национальную идею нацизмом. Либеральная, или «левая», бюрократия была заменена не национальными институтами управления, а тоталитарной бюрократией, партократией, уничтожившей любое самоуправление и элементарные общественные свободы, в условиях кото-рых нация только и может формироваться и развиваться. Авантюризм Гитлера и других лидеров агрессивных ре-жимов, а также интриги мировой олигархии привели мир к войне и не позволили нациям преодолеть тоталь-

29

Национальный манифест

ную бюрократизацию. Олигархия была заинтересована в схватке фашистcкой Германии и Советского Союза, по-тому что видела в этих режимах то, что мешало ее миро-вому господству, и не хотела, чтобы суверенные нации самостоятельно преодолели тоталитарные тенденции. Олигархия Запада нашла себе союзника в тоталитарных бюрократиях, которые жаждали войны, ибо иначе не могли держать народ в подчинении. Харизматические лидеры ХХ века опирались на бюрократию и жестокими репрессиями пытались подчинить ее себе. Но природа лидера нации противна природе бюрократии. Лидеры с течением времени сходили с политической сцены, а бю-рократия неизменно восстанавливала и усиливала свои позиции.

Торжество либеральных режимов и обогащение оли-гархий за время Второй мировой войны и послевоенного восстановления направили человечество по ложному пу-ти. Подавляя национальное самосознание там, где оли-гархия встречала стремление к суверенитету, она объяви-ла национализм тождественным нацизму. Либеральный Запад и его бюрократия начали диктовать свои условия тем странам, где национальная идентичность еще только зарождалась. Отказавшись от цивилизующей миссии в колониях, Запад заменил ее неоколониальной политикой.

  • результате потерявшие ориентиры народы, не имевшие собственного исторического опыта или утратившие его, позволили явиться на свет самым жестоким тираниям и многие годы вели кровавые гражданские войны. И все же там, куда не дотянулась рука либеральной олигархии, из-под обломков колониальных режимов проступили циви-лизации – носители Традиции.

Либерализм не предполагает преимуществ для про-мышленного капитала, который по своей роли в жизни об-

30

К истории политических учений и хозяйственных практик

щества должен доминировать над финансовым и торго-вым капиталом. Догмы либерализма привели к власти транснациональную олигархию, жонглирующую фиктив-ными ценностями. Деловые круги, отстранившиеся от Традиции, превратились в обслуживающий персонал оли-гархии, стали соучастниками глобального мошенничества.

2.6. «История обществ» – история борьбы

Когда национальные силы были искусственно выведе-ны из политической борьбы, сработал «железный закон олигархии», сформулированный в начале XX века Робер-том Михельсом. Любая форма социальной организации, будь то партия или производственная корпорация, госу-дарство или общественная организация, вне зависимости от ее первоначальной демократичности либо автократич-ности, неизбежно вырождается во власть немногих, то есть в олигархию. Соотношение производительных сил и производственных отношений здесь совершенно ни при чем. Единственной силой, противостоящей олигархии, является Нация – со всеми ее историческими традициями: верой предков, историческим опытом, родовой памятью, навыками государственного управления и общественного самовыражения. Отрекаясь от наций в пользу разнообраз-ных интернациональных федераций – производственных

  • политических – производственный капитал с неизбеж-ностью оказывался в подчиненном положении. Вернуть лидирующее положение предпринимателям, сделать ре-альный сектор экономики гарантом стремительного раз-вития экономики, залогом процветания народов может только Нация и Традиция.

Давно минули времена, когда служилое сословие заме-стило вялую аристократию в деле управления и стало опо-

31

Национальный манифест

рой царствующих династий. Забирая себе власть на ниж-них этажах управления, разносословное чиновничество постепенно из опоры государства превратилось в парази-тический слой, все больше отделяющий свои интересы от интересов нации и государства, одни социальные слои от других. В отсутствие механизма смены элит сработал все тот же «железный закон олигархии». Произошло вырож-дение аристократии в косные режимы с олигархией во гла-ве, которые стали чужды всякому развитию.

Закончилось и время, когда государственные чинов-ники обслуживали интересы капитала, выступая в каче-стве исполнительных комитетов по защите экономиче-ских интересов буржуазии. В результате сращивания политической власти со спекулятивно-ростовщически-ми кругами бизнеса, выстроившими интернациональ-ные структуры, формирование мировой олигархии ста-ло неизбежным. Чиновничество сложилось в местные бюрократии и бюрократии международных организа-ций и поступило на службу олигархии. Производствен-ный капитал лишился своего лидирующего статуса, на-чалась деиндустриализация национальных экономик ве-дущих держав, разложение национальных суверените-тов. Бюрократия породила монополию, которая убивает предпринимательство и промышленное развитие. В ре-зультате нация порабощается косным слоем чиновни-ков, ростовщиков и спекулянтов. И на повестку дня ста-вится вопрос о выживании нации: либо нация, либо олигархия.

Вся история развития человечества, или «история обществ», является вовсе не историей борьбы классов,

  • историей борьбы между нациями и народами, с одной стороны, и олигархией и обслуживающей ее бюрокра-тией – с другой.

 

32

  • истории политических учений и хозяйственных практик

 

  • одной стороны, воля к духовному развитию, к суве-ренности своей культуры и цивилизации, с другой – страсть к наживе любой ценой. Невероятно разросшиеся госаппараты стоят на страже интересов ростовщиков, блу-ждающих по миру в поиске новых территорий для порабо-щения и ограбления народов. Международная бюрократия обслуживает свободу мировой спекуляции, убивающей мировые экономики ради прибыли, которую олигархия по-лучит от дешевой рабочей силы, образующейся в странах «третьего мира».

2.7. «Открытое общество» – новый маркетинговый ход

«Золотой век» олигархии, начавшийся в ХХ веке, когда большая часть человечества согласилась жить без веры, морали, традиции, истории, национальных ценностей, оказался на поверку очень коротким. Олигархия натолк-нулась на непреодолимое препятствие – несоответствие между своими притязаниями, которые могут быть реали-зованы только «обществом потребления», и наличными ресурсами – человеческими и природными. Возникли не-разрешимые противоречия между «капитализацией воз-духа», безграничной эмиссией «мировых денег» и реаль-ным производством товаров. Модель управления миром через торговлю деньгами и денежными суррогатами дала сбой. Иного и не могло быть, когда объем операций с фи-ктивными ценностями в сотни раз превзошел оборот про-изведенных товаров. Кризис экономики финансовых фик-ций, исчерпание природных ресурсов, сопротивление ци-вилизаций силовому диктату США вскрыли недееспособ-ность, историческую ограниченность олигархической си-стемы, гнилость религии «золотого тельца».

33

Национальный манифест

Видимая успешность тактики олигархии в том, что она действует скрытно и не представляет интересов пуб-лично действующей власти. Таким образом, олигархия оказывается вне действия самых острых конфликтов со-временности и не расходует на их разрешение свои ре-сурсы. Олигархии нет надобности в прямой оккупации территорий, нет надобности в прямой пропаганде собст-венного мировоззрения. Непрямые действия, контроль за территориями через марионеточные режимы, фальси-фикация истории наций, внедрение полезных олигархии политических мифов – все это инструментарий олигар-хии.

  • прошлом центрами денежного господства были Ган-зейский союз, Генуя и Венеция. В наше время – подконт-рольные США международные институты: МВФ, Всемир-ный банк, ВТО. Не случайно олигархический капитал, блуждавший на протяжении тысячелетий по разным стра-нам и континентам Старого Света, в ХХ веке выбрал сво-им центром США. Было создано новое государство, где традиция европейских наций была отброшена, а за основу взяты принципы государственного строительства, извест-ные со времен Древнего Рима. Но и эти древние принци-пы государственного строительства оказались лишь ло-зунгами, благими намерениями.

Нация, образовавшаяся в США, была изначально ос-вобождена от государственной и церковной бюрократии, но также и от многих моральных запретов, действие ко-торых образует общество на столетия. На короткий исто-рический промежуток, пока моральные ценности еще не были до конца подавлены, американская нация приобре-ла динамизм и привлекательность для деятельных лю-дей. Это позволило США сначала стать ведущей индуст-риальной державой, а в ХХ веке – «мировым кошель-

34

К истории политических учений и хозяйственных практик

ком». Но протестантская этика прививалась без Церкви,

  • общество – без государственных и культурных тради-ций. Поэтому с течением времени все идейные искания североамериканцев склонили нацию к культу наживы, культу денег.

Там, где над людьми властвуют не религиозные запо-веди и укорененные в национальной культуре философ-ские доктрины, а дух алчности и жажда барыша, все по-ставлено с ног на голову и превращается в свою противо-положность: безобразное выдается за прекрасное, спра-ведливость выглядит глупостью, доброе – злым, а над идеалами и святынями совершаются акты глумления и осквернения.

«Золотой телец» совершил переворот в мировоззрении, направив по ложному пути, заставив забыть о свободе и равенстве – главных ценностях, на которых стояли отцы-основатели США. Затем из цитадели мировых денег пос-ледовали многочисленные интервенции против суверен-ных наций и государств. Ради ублажения интересов оли-гархии по всему миру американская олигархия организует войны и революции, в которых применяют самое совре-менное оружие, внедряют идеологические вирусы, прово-дят массированные информационные кампании. Ложь и аморализм – вот главные составляющие успеха этой поли-тики. И причины ее неизбежного краха.

Олигархия, мечтающая о мировом господстве, может существовать лишь за счет присвоения реальных ресур-сов, расплачиваясь за них знаками стоимости в виде элек-тронных записей или нарезанной цветной бумаги с водя-ными знаками, определенными как «мировая валюта». Олигархический капитал не признает государственных границ, разрушение которых является его навязчивой иде-ей. Тем самым он пилит сук, на котором сидит: под угро-

35

Национальный манифест

зой разложения и разрушения оказываются национальные экономики. Нанимая политических пособников, олигар-хия препятствует становлению национальной власти, а значит, организации производств, основанных на самых современных достижениях науки, и эффективного нацио-нального хозяйствования в целом.

Для подавления любой сколько-нибудь серьезной по-пытки нации стать независимой от власти денег олигар-хия через бюрократию проводит законы и правила, сог-ласно которым жизнь национального капитала подавляет-ся административным произволом. Деятельность органов государственного управления, подчиненная интересам олигархии, призвана задушить и подчинить себе любое предпринимательство, если оно осмеливается противопо-ставить себя бюрократии и вести себя независимо. Поэто-му бюрократия обрушивается на национально ориентиро-ванные стратегически значимые и крупные предприятия, ликвидация которых происходит путем поглощения транснациональными корпорациями. Что касается сред-них и малых производств, то для достижения той же цели бюрократия использует методы от прямой криминальной расправы до организации рейдерства с участием чинов-ников и судей.

Если деньги становятся товаром, если они не служат хо-зяйственному учету и реальному товарному обмену, то они утрачивают свои естественные функции. Они утрачи-вают связь с конкретным производством и национальными экономиками. Во главу угла ставится не Дело, а стяжатель-ство любой ценой. Слой деловых людей, на инициативе которых держится благосостояние нации, размывается и подменяется слоем бесстыдных ростовщиков и спекулян-тов, которые оправдывают свою деятельность «общечело-веческими ценностями». Обещанное всем равнодоступное

36

К истории политических учений и хозяйственных практик

денежное счастье оборачивается подавлением и запретом всего, что выходит за пределы культа денег. И в этом зало-жена неизбежная гибель мировой олигархии.

Изобретение новых денежных суррогатов, учреждение новых региональных валют, игра ставками кредита – все это только продлит агонию либерально-олигархического правления. Без реального товарного эквивалента, соответ-ствующего всей массе денежных знаков, без отказа от при-знания товаром «резаной бумаги», прикинувшейся знака-ми стоимости, невозможны продуктивные отношения ме-жду дееспособными нациями, невозможна продуктивная национальная экономика.

Современные «маркетинговые» войны косят людей не хуже пулеметов, уничтожая среду обитания, распростра-няя наркотики, алкоголизм, порнографию. Не целесооб-разная производительная деятельность, удовлетворяющая насущные потребности наций, а спекуляции знаками сто-имости или их суррогатами создают миллиардные состоя-ния, избегающие причастности к производственным про-цессам. Что это, как ни война меньшинства против боль-шинства? Что это, как ни доказательство того, что либе-ральные догматы могут реализоваться на практике только для подобного меньшинства? Войны развязывают ради добычи. Если посмотреть, кто богатеет на крови, то уви-дишь врага нации.

Технический прогресс и ядерное оружие в ХХ веке ста-ли гарантом суверенитета для многих государств, что сор-вало планы олигархии. Поэтому центр тяжести своей раз-рушительной работы олигархия перенесла на подрыв са-мосознания наций, которым навязывается доктрина «от-крытого общества» – без национальных границ и протек-ционизма правительства по отношению к национальному предпринимательству.

37

Национальный манифест

2.8. Национализм – путь свободы

Как бы ни различались человеческие сообщества при-родно-климатическими условиями и историческими «биографиями», психологические типы диктуют одни и те же мировоззренческие комплексы, которые объединя-ют или разъединяют людей больше, чем принадлежность

  • различным социальным или политическим группам. В современности эти типы обозначились в трех мировоз-зренческих доктринах: либерализме и социализме, еди-ных в стремлении уравнять людей, уничтожить цивилиза-ции и культуры, убить нации бюрократическими процеду-рами, и противостоящем им национализме, для которого Нация и ее цивилизационные достижения – высшая цен-ность. Время покажет, какие нации согласятся на само-убийственные уступки олигархии, а какие, усвоив уроки истории, возьмут свою судьбу в свои руки.

Низменная страсть меньшинства, желающего вечно вку-шать плоды чуждого труда, явлена нам как основа либе-рального мировоззрения. Удовлетворить эту страсть может только гибель цивилизаций и вырождение самых талантли-вых и гордых народов мира. Народы, способные легко обеспечить себя всем необходимым, уничтожаются наем-никами олигархии, создающими неэффективные хозяйст-венные механизмы, через которые идет конфискация всего национального достояния. Антинациональная система вос-питания и образования должна завершить процесс, через который проводится уничтожение памяти поколений и раз-рушаются традиции, культура, мораль. Выбивание из наро-дов исторической памяти, проверенных веками представ-лений о добре и зле оборачивается оскудением духовного начала, присущего человеческой природе, что в конечном итоге неминуемо перерастает в физическую деградацию.

38

К истории политических учений и хозяйственных практик

Только национальная модель социальной организа-ции может противостоять хаосу, входящему в жизнь «железным законом олигархии». Только нация со свои-ми традициями может ограничить произвол чиновни-ков, подавить бюрократию и исключить возникновение олигархии. Только национализм обеспечивает необхо-димое сочетание Традиции и Модернизации и устраня-ет причины социальных революций, обеспечивая усло-вия революции научно-технической. Там, где во главу угла поставлены национальные интересы, там кипит жизнь и бурно развивается хозяйство, восстанавливают-ся моральные устои, люди возвращаются к полноцен-ной жизни.

Те нации, которые первыми сбросят диктат олигархии, получат мощнейший импульс развития и быстро обгонят деградирующую экономику «золотого тельца». Избавле-ние от олигархии вернет прежним историческим нациям имперскую мощь, роль мировых лидеров, а малым наци-ям – собственное достоинство и суверенное существова-ние. Исторические нации объединят под своим патрона-жем цивилизации, проложат границы культур и народов так, чтобы между ними был возможен уважительный ди-алог, остановят конфликт между цивилизациями и гаран-тируют им свободное развитие. Вместо универсального рецепта, по которому история должна закончиться все-мирным принятием «либеральных ценностей», мир на-ций и цивилизаций продолжит историю во всем разнооб-разии верований, культур и экономических укладов. Те нации, которые, напротив, согласятся остаться под пятой олигархии, обречены на обескровливание национальных экономик в играх фиктивными ценностями, на закулис-ные интриги вместо публичного права, на деиндустриа-лизацию и крах культуры.

39

Национальный манифест

Национализм сегодня – самое перспективное мировоз-зрение, оставляющее позади ХХ век с его либеральными и социалистическими экспериментами, в которых были без-жалостно уничтожены миллионы людей и десятки жизне-способных государств. Национализм способен вернуть че-ловечество на путь, прочерченный столетиями, – путь культурной и духовной свободы национально-государст-венных организмов, составляющих мировой симбиоз раз-нообразных цивилизаций.

40

  1. Национализм и его идейные противники

3.1. Понимание нации

Во все времена государства создавались и поддержи-вались теми, кто воспринимал гражданство и подданство как долг и честь. Это было и в древнегреческих полисах,

  • в мощнейших империях, и в национальных государст-вах современности. Ощущение своей причастности к судьбе Отечества мы называем теперь «национальным самосознанием».

Родовые, культурные и политические общности соеди-няют людей в сообщество, которое мы определяем как «нацию». В нации могут присутствовать и разные народы,

  • разные культуры, и разные политические воззрения, но всегда имеется стержень – ведущий народ с его осознани-ем родства и культурными доминантами, ведущая полити-ческая идея, поддержанная этим народом. Рассматривая родовое начало и связанные с ним нормы жизни, мы гово-рим об «этносе», переходя же к культурным и политиче-ским основаниям общежития в государстве, мы говорим о «нации».

Иногда нациями называют народы, не создавшие значи-мых явлений мировой истории: высокой культуры, госу-дарства. Такое понимание нации на руку тем, кто стремит-

41

Национальный манифест

ся к разрушению государств, пропагандируя принцип на-ционального самоопределения. Прежде всего оно направ-лено против наций, создавших империи, в которых объе-динялись народы, а национальное укреплялось импер-ским. Признание нациями этнографических групп, напро-тив, разъединяет народы. Малые народы, вставшие на путь самоопределения не в силу объективно сложившейся необходимости, а следуя указаниям мировой олигархии, в обмен на денежное довольствие, идут против ведущих на-ций современности и выступают в роли сепаратистов и уг-нетателей стержневого народа.

  • западной науке существуют различные понимания нации: «французское», исходящее из идеи свободного со-общества граждан государства, основанного на полити-ческом выборе, и «немецкое», базирующееся на культуре
  • общем происхождении. Французская академия в 1694 году определила нацию как совокупность всех жителей «одного и того же государства, одной и той же страны, которые живут по одним и тем же законам и используют один и тот же язык». Французский богослов Эрнест Ре-нан в 1882 году выдвинул идею общей воли, возникшей из чувства прежних и предстоящих жертв, прежней и бу-дущей славы. В отличие от этой концепции, в Германии национальное сознание было больше ориентировано на культуру, поскольку национальная идентичность сталки-валась с противоречием – необходимостью соотносить себя, с одной стороны, с малым княжеством или городом, а с другой – с империей. Поэтому нация была поставлена выше государства, выше подданства и гражданства, при-обретая культурное и духовное измерение. Иоганн Гот-фрид Гердер утверждал, что народы – это мысли Бога, что формы государства зависят от самобытности наро-дов, что каждый народ создает свои нормы права и име-

42

Национализм и его идейные противники

ет свои представления о счастье. Государство в «немец-ком» понимании нации считалось производным от на-ции.

Оба подхода к пониманию нации в современных усло-виях сблизились. И оба находятся в противоречии с уст-ройством власти в современных государствах, которые иг-норируют как волю граждан, так и национальные интере-сы. Основанием для подмены того и другого произволом бюрократии служат политические догматы и интересы олигархии.

Марксистской традиции соответствует подход, опреде-ляющий нацию через перечисление определенных качеств (общность языка, территории, особенности культуры, соз-нания и психологии). Признавая реальность нации, марк-систы отрицают ее ценность, предпочитая суверенитету нации интернациональную классовую общность. Тем са-мым марксизм оказывается враждебен нациям, националь-ному самосознанию. Аналогична установка современного либерализма – для него нации представляют препятствие

  • формировании произвольных и постоянно меняющихся федераций, заключаемых между индивидуумами. В своем противостоянии нации либералы доходят до отрицания родового единства человеческих сообществ, до отрицания нации вообще.
  • русской философии нация понимается как форма че-ловеческого объединения, обусловленная не только и не столько интересами, сколько идеей. Причем в большей мере мировоззренческой, чем политической. Поиск соб-ственной судьбы, адекватной национальной идее, служа-щей проектом Отечества, – задача нации. Нация – это ду-ховное единство, создаваемое и поддерживаемое общно-стью культуры, духовного содержания жизни, завещанно-го прошлым и живого в настоящем. Нация исчезает, если

43

Национальный манифест

граждане перестают размышлять о причинах своей общ-ности и солидарности, о миссии своей нации и пережи-вать ослабление национального самосознания как лич-ную беду. Народ в этом случае становится просто населе-нием, утрачивает ощущение «мы», перестает различать окружающих как «своих», «наших».

  • соединении социального с национальным в ХХ веке думали и писали представители течения, получившего на-звание «консервативная революция»: Освальд Шпенглер, Артур Меллер, Эрнст Юнгер, Карл Шмитт, Юлиус Эвола.
  • русской философии идею нации разрабатывали Иван Ильин, Николай Алексеев, Николай Данилевский, Нико-лай Бердяев и другие, а также выдающиеся публицисты своего времени Михаил Катков, Михаил Меньшиков, Иван Солоневич. Многое из наследия консерваторов про-шлого сохранило свою ценность и злободневность до на-ших дней.

Идейные искания и теоретические разработки консер-вативного направления были отброшены в эпоху мировых войн и революций, в результате которых к власти пришли приверженцы либерализма и марксизма. Государственные концепции тех и других предполагали только бюрократи-ческое манипулирование населением и не признавали ценности нации как родовой, культурной и политической общности. Взамен нации в политических теориях либера-лов и марксистов вошел термин «общество», которым обозначалась активность индивидов за пределами госу-дарственных институтов, противопоставленных этому «обществу». При этом на вооружение была взята лукавая доктрина о контроле общества за государством. В реаль-ности подобный «контроль» лишь легитимировал власть бюрократии и создавал условия для подавления нации и выращивания олигархии.

44

Национализм и его идейные противники

Считается, что современный национализм охватил массы только в конце XIX века, когда выдвигался тезис о том, что каждой нации соответствует одно государство и каждому государству – одна нация. И хотя эта формула XIX века определяла всю последующую политическую историю Европы, многие западные исследователи требу-ют от политики денационализации. Подспудной причи-ной такой странной установки является убеждение, что по окончании Второй мировой войны и особенно после падения Берлинской стены мир настолько изменился, что государство стало утрачивать свое значение, а вместе с ним и национализм со своей государствостроительной функцией оказывается препятствием на пути прогресса.

Те тенденции, которые свидетельствуют о бесспорном росте национализма, списываются на особенности вос-точноевропейского менталитета (аналогичного, как под-разумевается, азиатскому). В действительности же мы видим признаки подспудно идущего исторического про-цесса: если неевропейские страны отвечают на глоба-лизм локализацией общественных институтов, то евро-пейцы имеют все основания для их национализации. И если в первом случае можно говорить о разворачивании этнического национализма, то во втором – в большей сте-пени о гражданском национализме ведущих политиче-ских наций.

3.2. Нация и Империя

Во Франции, Великобритании, США нация исходно понималась как сообщество граждан. Поскольку здесь не просматривается никакой промежуточной структуры ме-жду гражданином и государством, управление могло строиться на централизованных, унитарных началах. Но

45

Национальный манифест

при этом пришлось проводить жестокую ассимиляцию, изничтожая родовое сознание территориальных сооб-ществ и малых народов. Тем не менее история показала, что начала насильственной централизации оказались слабыми: бюрократия использовала их только с целью разобщения граждан, ослабления и формализации наци-онального самосознания.

При ином подходе к государственному строительству учитывалась историческая память, сохранившая симво-лы догосударственного родового и территориального единства более мелких общностей. В этом случае для на-ции более приемлемой оказывалась имперская модель. При этом почти всегда находилась одна из родовых тер-риторий, осуществившая государственный суверенитет и ставшая в процессе объединения гегемоном (Пруссия в Германии, Кастилия в Испании, Пьемонт в Италии, Мос-ковия в России).

Объединяющая идея Империи вбирает в себя культур-ные достижения народов и цивилизаций на огромных пространствах и в обширных временных промежутках, сплавляя их в сложную, а оттого долговременную и спо-собную к развитию иерархическую систему. Каждый из дееспособных подданных империи понимает себя, с од-ной стороны, принадлежащим к своей малой родине, ее языку, нравам и обычаям, но, с другой стороны, ощущает себя одновременно и подданным императора. Тем самым родовое чувство национальных меньшинств (народов, не причисляющих себя к ведущей нации) не противоречит государственной идее и поддерживает имперскую на-цию. Имперская форма государственного строительства становится и высшей формой самоорганизации нации. Именно поэтому объектом атаки со стороны агентов бю-рократии стали империи, разрушение которых породило

46

Национализм и его идейные противники

кровавые конфликты ХХ века, каких не знала предшест-вующая история.

Нация не есть нечто застывшее. Она постоянно меняю-щийся и совершенствующийся целостный организм: ан-тичная нация связана с городом-государством или импери-ей, состоящей из множества полисов, соединенных в про-винции. Средневековая европейская нация охватывает ландшафты, впервые соединяя нацию с пространными территориями и открывая возможность построения поли-тии (по Аристотелю – наилучшая форма правления, соче-тающая монархию, аристократию и волю народа), где го-сударственные решения делегируются определенному слою в акте доверия. В более поздних империях (Арабско-го халифата, Российской, Османской) нация соединяется общностью задач, письменностью и веротерпимостью (при ведущей роли одной из религий). Наконец, современ-ная нация соединяется с государством – унитарным или имперским.

Далеко не всем народам доводилось превращаться в нации – сообщества, где единство созревало до осозна-ния и живого воплощения политической общности. К современности не все народы пришли хотя бы к какой-то форме нации. Население большинства государств за пре-делами Европейского мира зачастую лишено националь-ного самосознания. В них сувереном является не нация

  • даже не архаичная монархия, а родовые кланы, воен-ные хунты, закулисные иностранные олигархии с мест-ными марионеточными политиками на привязи. Но и в Европейском мире нации (как сложившиеся, так и нахо-дящиеся в стадии становления) находятся перед опасно-стью разрушения и перехода общества в донациональ-ное состояние: при утрате связи с государством (бюро-кратизация, тирания, олигархия, анархия), при уступке

47

Национальный манифест

суверенитета (глобализм), при разделении на отдельные родовые или субкультурные общины (федерализм, муль-тикультурализм), при торжестве индивидуального над национальным (либерализм), при доминировании эконо-мической солидарности взамен национальной (социа-лизм).

Дробление империй, распад больших государств, обра-зование марионеточных режимов, искусно управляемых олигархиями, – основа не для процветания, а для нового рабства, опасного тем, что оно утверждается набором про-пагандистских инструментов, лишающих нации ощуще-ния порабощенности. Всему этому противостоит национа-лизм, который ставит ценность нации выше эгоизма част-ных лиц.

3.3. Национальное самосознание – арена борьбы Добра и Зла

Либералы пытаются представить нацию как выдумку, называют ее «воображаемой общностью», «идеологиче-ской конструкцией», внушенным мифом об общем проис-хождении. Иногда в нации хотят видеть всего лишь ре-зультат развития современных средств коммуникации. Ра-дикальные либералы предпочитают видеть ближайшее будущее – их «коммунизм» – как «постиндустриальный мир», в котором разнородные меньшинства доказывают себе и окружающим свое право «быть другими», а нации должны отойти в прошлое. Творческий потенциал инди-видуумов противопоставляется производству «общест-венных ценностей» и благ. Бюрократия приемлет такой подход, сохраняя контроль за некоторыми сторонами по-ведения своих рабов, гомогенизируя и уравнивая людей в мировом масштабе своими процедурами. Ритуалы лояль-

48

Национализм и его идейные противники

ности бюрократии формируют сознание, нечувствитель-ное к прошлому и не отвечающее за будущее страны и на-рода. Фабрикуется ложное представление о некой единой «мировой цивилизации» и опасности любых уклонений от «магистрального пути человечества», представленного

  • стандартах теплохладного общества потребления, чуж-дого всякому творчеству, нечувствительного к несправед-ливости, равнодушного к Истине. Странам и народам на-вязывается «первобытное мышление», обнаруженное ис-следователями у все еще сохранившихся на земле диких племен. Тем самым вытесняется национальное самосоз-нание. Здравый смысл нации подменяется «здравым смыслом» бюрократии, свобода подменяется фикциями – рабством рабов, не замечающих постыдности своего по-ложения.

Нации в ХХI веке отчаянно сопротивляются диктату либеральной бюрократии – разложению на «меньшинст-ва» и одновременной унификации в лояльности к правя-щим олигархиям. Даже разгромленные войнами и револю-циями центры мировых империй и мировых культур про-должают поддерживать дух нации, историческую память, традиционные верования. Бюрократия ведет со всем этим непримиримую борьбу, либо уничтожая очаги сопротивле-ния своему всевластию, либо заражая вирусом бюрократи-зации и зависимостью от «золотого тельца».

Формируются всевозможные пропагандистские и фи-нансовые структуры, направленные на разложение нацио-нального сознания. Ими используется целая сеть эфирно-го вещания, дурачащая человечество, вбивая в сознание вредные или ложные представления о жизни. От этого це-лые континенты наполняются инвалидами информацион-ных войн с подорванной психикой и деструктивным пове-дением.

49

Национальный манифест

Либеральные СМИ постоянно ведут прицельный огонь по основам жизни нации, содействуя разрастанию олигар-хических капиталов. Ими сформирован набор постоянно решаемых задач: над олигархическими группами не долж-но быть высшего арбитра – верховной власти; в обществе должен быть вытравлен или фальсифицирован патрио-тизм, задавлен независимый национальный предпринима-тель. Особенно разнузданна клевета на героические лич-ности, составившие славу Отечества. Против них действу-ет целый сонм фальсификаторов, пересказывающих био-графии как набор скабрезностей.

Патриотизм у нанятых олигархами журналистов ста-новится «прибежищем негодяев», а национализм – на-столько антигуманным явлением, что подлежит разобла-чению как прямое потомство нацизма и расизма. Товаро-производитель для либеральных СМИ – это либо покор-ный обслуживающий персонал олигархии, либо жулик, а сами олигархи представляются в роли крупных капита-листов, на которых только и держится экономика. Мол, современное производство немыслимо без крупных кор-пораций, а потому их создание и существование оправ-дывает любые преступления. Либеральная публицистика отводит от олигархии любые претензии и взваливает их на производителей реальной экономики, на тех, кого оли-гархия давит своей налоговой системой, монополиями-перекупщиками, чиновничьим рэкетом. СМИ либералов нетерпимы ко всем, кто пытается защищать отечествен-ного производителя. Они льют потоки клеветы на естест-венного союзника товаропроизводителей – национали-стов.

Национальный предприниматель и национальный по-литик подлежат травле всюду, где правит олигархия. И главным оружием этой травли являются средства массо-

50

Национализм и его идейные противники

вой информации. Это ставит перед националистами одну из ключевых задач – национализацию крупнейших СМИ и направление их деятельности на воссоздание националь-ного самосознания.

Сегодня от имени «прогресса» и «общечеловеческих ценностей» идет навязывание разрушительного социаль-ного проекта. Растравливаются низменные чувства, са-мые ужасные грехи проповедуются как нечто естествен-ное для человека. Рабам олигархии прививаются страсть

  • наживе, мечты о случайном успехе, грезы о жизни без труда и ответственности перед будущими поколениями. Единственной моделью общества представляется мифо-логизированный Запад, ничтожный миг его относитель-ного благополучия во второй половине ХХ века, предста-вленный глянцевыми обложками и образом жизни из множества лишенных какой бы то ни было правды кино-фильмов.

Показывая картинки беззаботной жизни, сладкого ни-чегонеделанья, олигархия создает соблазны и обосновы-вает свое право «спасать человечество» от его собствен-ной истории и культуры. На деле это «спасение» обора-чивается ковровыми бомбардировками городов, выжига-нием напалмом жилых кварталов, пытками военноплен-ных, зверскими казнями политических противников, бе-зумной гонкой вооружений, разрушением суверенных го-сударств, уничтожением памятников национальной куль-туры.

Нанимая самые бойкие перья, самых циничных режис-серов любых зрелищ, проводя для них и вместе с ними масштабные рекламные кампании, олигархия стремится, чтобы общество порвало с национальной историей. Ее из-вращают, опошляют, высмеивают. Из человека стремятся вырвать его душу, сделать его рабом олигархии, подобост-

51

Национальный манифест

растно ожидающим подачек и регулярного впрыскивания информационного наркотика. Виртуозы лжи считают себя интеллигенцией, мнят о своей роли распорядителей исто-рии. На самом деле они остаются жалкими наемниками из профессионального цеха растлителей и пошляков, кото-рым Богом и Историей на этом и на том свете определено самое постыдное место.

Противостоящая растлителям и пошлякам националь-ная мысль спасает не только рассудок нации, но и души людей, атакуемые бесовщиной. В этой борьбе вся история, политика и даже жизнь частного человека становятся аре-ной столкновения Добра и Зла.

3.4. Истинный и ложный национализм

Националист отвергает не иные народы, а те элементы

  • их ментальности, которые претят его культуре и вере. Национализм – это стремление к национальной демокра-тии и прочной государственности. Национализм подлин-ный – это сила, мобилизующая нацию на саморазвитие и отстаивание суверенитета. Патриотизм есть производная национализма – любовь к своему дому и своему государ-ству, к тем традициям, которые сформировались в нем. Бюрократия насаждает имитации патриотизма, которые сводятся к демонстрации лояльности, к поддержке поряд-ка, при котором в политике нет места националистам, а у нации – никаких перспектив.

Если национализм утвердился в политике, если патрио-тизм стал неотъемлемым элементом гражданского самосо-знания, то народ способен к мобилизации в условиях кри-зиса, к адаптации к новым веяниям, имеющим место в ми-ре. Национализм – ощущение силы, которая позволяет быть открытым миру без ущерба для национального само-

52

Национализм и его идейные противники

сознания. Открытость к достижениям всех народов дает осознанное восприятие и понимание мира, а это наполня-ет патриотизм смыслом. Сознание, ориентированное на традиционные ценности, позволяет находить правильные решения.

Настоящий национализм действует прежде всего в интересах своего народа, а ложный – в интересах оли-гархии. Выпячивание стародавних родовых мифов, не имеющих исторической достоверности, превращение их в «учебные пособия», оправдывающие давно минув-шими заслугами современные претензии на обособле-ние, пренебрежение опытом народов, строивших совме-стно единую нацию и единую империю, – все это лож-ный национализм. Он используется олигархией для ос-лабления настоящего национализма, для подрыва духовного единства народа, для ослабления государст-ва. Лживый национализм переносит критику либераль-ных режимов на само государство, которое готов разру-шить. Олигархия за кулисами радостно аплодирует это-му единению с антигосударственными идеями либера-лов и марксистов.

Ложный национализм выражен в анархических, анти-религиозных, нигилистических, криминальных формах.

  • нем есть только болезненная жажда возвыситься над другими, замешанная на неполноценности личности, в которой ненависть замещает все: любовь, разум, честь, совесть. Не представляя ценностей родовых связей, зача-стую не имея способности даже создать собственную се-мью, эти люди, называя себя националистами, предпочи-тают подменять духовную общность зоологической. Не зная истинной природы родства, не имея представлений о научных методиках, они смеют определять, кто на кого «похож», и на глаз оценивать национальную принадлеж-

53

Национальный манифест

ность. Рассуждая о братстве «по крови», они не имеют представления ни о «крови» (генетическом родстве), ни о братстве, ни о духовном единстве между людьми. Такие зоологические типажи весьма любимы идеологами либе-ральных СМИ, которые представляют их как типичных националистов, скрывая от граждан, что есть на самом деле истинный национализм и кто является его выразите-лем.

Националист не может быть анархистом, не может быть нигилистом, выступающим против государства. На-ционалисты в противовес своим противникам всегда вы-ступали за сильную централизованную власть и режим единоличной власти с опорой на народное самоуправле-ние, ставящие под свой контроль аппарат государствен-ного управления и тем самым препятствующие образова-нию олигархии.

Националист чужд социальным революциям, предпо-читая революции научно-технические, революции нацио-нального возрождения. Озверелые бунты мещан, требую-щих от олигархии гарантированный паек, не имеют ниче-го общего со здоровой силой национального самосозна-ния. Националист никогда не борется с властью, он борет-ся за власть и за утверждение во власти не своего клана, а национальных ценностей и интересов.

3.5. Олигархия и аристократия, демос и охлос

Олигарх не хочет иметь Отечества: оно накладывает на него обязательства, от которых он стремится избавиться. Уклоняясь от своих гражданских обязанностей, олигарх готов обескровить нацию ради своих частных интересов и даже уничтожить ее, если эти интересы идут вразрез с су-ществованием нации. Аристократ, напротив, не видит ни-

54

Национализм и его идейные противники

какой возможности быть вне нации и связывает свой ста-тус и благополучие с ее судьбой.

Для националистов неприемлема концепция «правово-го государства», где уравниваются все правовые статусы граждан вне зависимости от их заслуг и способностей. На-ционализм требует становления новых форм аристокра-тии – аристократии служения и статуса по заслугам.

Суверенитет нации предполагает, что «демос» (ответст-венные граждане) всегда выступает против «охлоса» (тол-пы), а аристократия всегда выступает против олигархии, растаскивающей и разрушающей нацию. Поэтому олигар-хия всегда опирается на охлос (в наше время – тупеющих зрителей, упершихся в экраны телевизоров), а истинная аристократия – на демос, ответственных граждан. Поэто-му для олигархии совсем не чужды идеи социализма, ко-торыми охлос удерживается в повиновении. И поэтому же

  • национализме не может быть никакого социализма (с его принципом уравнительности). И никакого либерализма (с его ненавистью к аристократии).

Национализм связан с понятием иерархии и ранга. На вершине власти в национально ориентированном государ-стве должно находиться лицо, не зависящее от олигархи-ческих капиталов, отстаивающее интересы всего народа, – несменяемый верховный арбитр или подготавливающий его приход национальный лидер.

Предпосылка национального успеха – признание наро-дом национального лидера, в идеале – наследственного монарха, олицетворяющего нацию и всю ее историю. Ес-ли нация находит иные варианты иерархии власти, ника-кая внешняя воля не имеет оснований для вмешательства и навязывания собственного понимания национальных интересов. Однако в любом случае право на власть долж-но быть неоспоримо и укоренено исторически в принци-

55

Национальный манифест

пе правопродолжения (континуитета). Только неразрыв-ность права (которое установлено специальными законо-дательными актами) гарантирует, что у власти стоят не самозванцы, манипулирующие выборами и средствами информации.

Националист не может признавать справедливым рав-ный статус подданных государства, среди которых одни трудятся в интересах нации, а другие преследуют только свой эгоистический интерес. Полноценный гражданин характеризуется верностью закону, личным трудовым вкладом в общенациональные дела, готовностью с оружи-ем в руках служить Отечеству, знанием истории нации, стремлением иметь семью и детей – будущее нации. Пра-во должно возвышать статус таких людей через систему цензов, которые позволяют решать вопросы о судьбе на-ции, быть представителями народа, занимать государст-венные должности.

Заслужить это право может человек любого происхож-дения. Проливший кровь за государство – бесспорный гражданин. Создавший современное производство, обес-печивший нацию качественными товарами, а граждан ра-ботой – бесспорный гражданин. Интеллектуал, создаю-щий в рамках традиции культурные ценности, новые тех-нологии и открывающий научные истины, – тоже бес-спорный гражданин. Напротив, тунеядец, невежда не мо-жет получать всей полноты гражданских прав, не может участвовать в политической жизни нации. Не может иметь права определять судьбу страны тот, кто предпочи-тает жить за рубежом, пренебрегает воинским долгом, растрачивает полученное достояние в роскоши и развле-чениях, предпочитает не заводить семью и детей, уклоня-ется от уплаты налогов. В вопросе о гражданстве и в оп-ределении полноты гражданских прав нации нужен чет-

56

Национализм и его идейные противники

кий набор критериев, законно отделяющий тех, кто жи-вет вместе с нацией, и тех, кто действует против нее или предпочитает обособиться от нации и вести частную жизнь.

3.6. Конструктивное и деструктивное

Марксизм и либерализм, находясь при власти, прежде всего стремятся уничтожить связь нации с ее прошлым. Из нации изымается важнейшее – связь с предками и по-читание их заветов, следование традиции. Следующим шагом становится репрессирование родового самосозна-ния стержневого народа – вплоть до «расизма наоборот». Наконец, подрывается духовная жизнь нации – из нее вы-бивается духовная составляющая: средства массовой ин-формации пропагандируют культ наживы, насилия, рас-путства; бюрократизируется Церковь; создаются «граж-данские религии», организующие ритуалы лояльности бюрократии.

Марксизм определяет национализм как продукт мелко-буржуазного сознания и мелкобуржуазной ограниченно-сти – как предрассудок, который должен преодолеть осво-бодившийся пролетариат, у которого «нет отечества». Сов-ременные либеральные учения в основном рассматривают национализм как возрождение первобытного родового мышления, проявление варварства и дикости. В консерва-тивно-традиционалистской интерпретации национализм есть естественное проявление национального духа, исто-рического самосознания народа, а также способ отстаива-ния его жизненных интересов. Продуктивный национа-лизм отличается от ложного и деструктивного тем, что первый есть стремление сохранить свое, второй — попыт-ка захвата чужого.

57

Национальный манифест

Там, где правит олигархия, национализм вытравливают всеми возможными способами, прежде всего дискредита-цией и приписыванием национализму всех пороков – фа-шизма, нацизма, расизма, антисемитизма, на самом деле порожденных либеральными силами и теми же олигархи-ями. Националистов представляют мракобесами, крими-нальными типами, «авторитарными личностями», само-изолирующимися от остального мира.

  • действительности национализм не имеет ничего об-щего с обособлением от остального мира. Развивающиеся нации стремятся к полноте духовной жизни и восприятию достижений других народов и цивилизаций. Национализм энергичен, бюрократическая дипломатия, если только де-ло не сводится к той или иной форме грабежа, вяла и бе-зынициативна. Национализм наполнен творчеством, бю-рократия – страхами всего нового. Национализм отстаива-ет свой проект с учетом иных мнений, бюрократия – стре-мится к всеобщему усреднению мнений, к изживанию продуктивных различий.

3.7. Законность

Писаное право не исчерпывает все богатство жизни. Формализованное право, оторвавшееся от традиций и на-родного чувства справедливости идет вразрез с жизнью. Всюду, где национализм не может остановить манипуля-ции бюрократии, закон теряет свою ценность.

Более всего это заметно по международным договорам

  • деятельности международных организаций, которые подчинены интересам мировой олигархии. Творимое ими «международное право» убийственно для наций, не имеет ничего общего с пониманием справедливости и коварно непостоянно. Современные международные организации

58

Национализм и его идейные противники

поставлены на службу идеям глобализма и задачам миро-вой олигархии по подрыву национальных интересов, вследствие этого они не могут восприниматься как истина в последней инстанции.

Принцип законности, обязательный в суверенном наци-ональном государстве, не может быть для националистов опорой мировоззрения, если суверенитет под вопросом, а право искалечено бюрократией. Кто считает, что исполня-ет свой долг, буквально соблюдая закон, зачастую способ-ствует прямой задаче олигархии ограбить народ под видом защиты граждан от преступности и совершить самые страшные преступления против народа – измену и гено-цид. Следуя бюрократическому завету «исполнять инст-рукцию» и «слушать начальство», не задумываясь о сущ-ности закона, а иногда даже не заглядывая в него, увеличи-вает несправедливость, которой должен противостоять ка-ждый честный гражданин. Тем самым он соучаствует в си-стеме ограбления нации, обусловленной антинациональ-ным законодательством и враждебными стране и народу международными соглашениями, подписанными по воле олигархии.

Закон для нации – это соотнесение правового преце-дента с принципами справедливости, заложенными в на-родном самосознании. Такой закон будет милостив к со-вершившему случайную ошибку и беспощаден к врагам нации.

Когда закон расходится с Истиной, он не может быть на-правляющей силой для националиста. Нация выше закона.

3.8. Национальная иерархия

Национализм выражается в требовании справедливого распределения национального дохода: невозможность

59

Национальный манифест

частного присвоения доходов от эксплуатации недр; раз-деление всех экономических рисков, приходящихся на нацию в целом, пропорционально богатству; поступле-ние доходов от природных богатств в каждую семью; прямое материальное вознаграждение за заслуги перед нацией.

Национализм ставит производителя выше торговца, тор-говца выше финансиста. Поэтому национализму необходи-мо перевернуть сложившуюся ныне иерархию, ведущую к деиндустриализации и превращающую производителя в жертву экономического хаоса, торговца – в спекулянта, фи-нансиста – в ростовщика. Необходимо прекратить культи-вировать новоявленные нормы «общества потребителей», живущего в долг, проедающего богатства, накопленные предшествующими поколениями, безумно уничтожающего природные ресурсы планеты. Взамен догме о «мировом разделении труда» национализм требует стратегической независимости хозяйства страны от иностранных поставок

  • инвестиций. Ориентацию экономики на преимуществен-ную продажу за рубеж сырья в обмен на товары широкого спроса националист должен считать преступлением. Ино-странное присутствие в национальной экономике должно быть ограничено задачами развития самых современных технологий.

3.9. Проблемы народонаселения

Цивилизации создавались оседлым населением, жестко ограничивающим наплыв иммигрантов. Только так можно было выработать ценности, общие для всех, не размывая их представлениями пришлых элементов о нормах поведе-ния и священных символах. Национализм требует сниже-ния иммиграции до разумно необходимого уровня. Гастар-

60

Национализм и его идейные противники

байтеры позорят нацию, которая расписывается в том, что не способна самостоятельно поддерживать себя.

Также национализм не совместим со сложившейся прак-тикой градостроительной политики и расселения народа. Сосредоточение населения в городах-мегаполисах заталки-вает человечество в бетонные лабиринты, где культивирует-ся «каменный век» человеческих отношений. Именно в ме-гаполисах проще всего создать условия, ведущие к слому человеческих душ и растлению их плодами «общечеловече-ской цивилизации». Именно мегаполисы ограничивают ро-ждаемость.

Город, вырождаясь, из сообщества интеллектуалов, ре-месленников и заводчан превратился в сообщество произ-водителей развлечений и денежных суррогатов, обращае-мых бюрократией. Эта паразитическая среда требует це-лой инфраструктуры персонала, чтобы высасывать соки из страны, и нанимает гастарбайтеров на самые простей-шие работы, которые превращены в «нечистые» и «непре-стижные».

Противоречия между национально ориентированны-ми секторами экономики и олигархией с ее армией бю-рократов, гастарбайтеров и этническим криминалом за-кладывают конфликт, который должен быть разрешен в пользу национального производителя. Малый и средний город с традиционным укладом жизни должен победить космополитичный мегаполис. Националист должен по-бедить эгоиста (либерала и социалиста). В противном случае прозябание нации закончится для нее летальным исходом.

Любовь к Отечеству начинается с любви к «отеческим гробам» и любви к своей семье – семье своих родителей

  • своих детей. Эгоизм, ставший для людей пропагандист-ским соблазном в учениях либералов и социалистов, ве-

61

Национальный манифест

дет к распаду семьи, сокращению рождаемости и к утра-те мотивов к труду. Нет будущего у тех народов, которые позволяют себе превращаться в «общество потребления», развращать молодое поколение деструктивными развле-чениями и праздностью. Если нация подчиняет себя либе-ральным ценностям или марксистским догмам, то она ра-но или поздно теряет независимость, а потом исчезает из истории.

Отечество для националиста выражается не только в исторических преданиях, символах веры, кодексе чести, но и в зримом наследии отцов – в патриархальной семье. Нет основы общества – здоровой семьи – нет и основы патриотизма. Нет семьи – и демографический кризис убивает всякие перспективы развития нации, подводя черту под ее существованием в самое ближайшее время. Именно семья является основой нации. Поэтому по се-мье приходится жесточайший удар социалистических и либеральных доктрин и практик, обслуживающих оли-гархии.

Националисты выступают за увеличение рождаемости, за здоровую семью и ограждение нации от разврата, «се-ксуальной революции», «свободной любви». Если в стра-нах, подражающих «демократиям», стало нормой рожде-ние одного ребенка в семье – родителям на утеху, нации на погибель, то националисты видят будущее нации толь-ко при обращении всей социальной политики на задачи реставрации семьи, семейных ценностей, чадолюбия, мо-ды на многодетность.

3.10. Смута глобализма

Идеология глобализма, использующая в разных случаях то либеральные, то социалистические догмы, пытается по-

62

Национализм и его идейные противники

корить мир, прибрать к рукам все народы, украсть сувере-нитет всюду, где он еще не уничтожен окончательно. К власти пытаются приводить марионеток, обслуживающих интересы мировой олигархии. Говоря о цивилизации, на-саждают варварство. Говоря о мире, развязывают войны. Прославляя гуманизм, пропагандируют жестокость. Обе-щая прогресс, ведут к духовной и физической деградации, к гибели рода человеческого.

Крах глобализма с его порочными идеями и варварской практикой неизбежен. Потому что люди никогда не отка-жутся от своей семьи, своего рода. А через понимание родства они будут осваивать и понимать национальное, ценность суверенного государства, защищающего всех граждан. Сам страх смерти должен остановить гибель го-сударств, а с ними – элементарного социального порядка, который организует жизнь общества и подавляет преступ-ность. Национальный суверенитет оказывается незамет-ным гарантом обращенной к людям правовой системы, ко-торая подменяется либеральной догмой о «правах челове-ка» и делает человека беззащитным перед произволом. Разрушению наций противостоит человеческая натура, ко-торая насыщается смыслами не только через чтение газе-ты или просмотр телевизионной «жвачки». В человеке укоренены его предки, от которых исходит священное пре-дание, гордость за свой народ, эмоциональный подъем от ощущения национального единства. Духовно свободный человек не видит в том, что ему пропагандируют глобали-сты, никакой пользы. Он знает, что рожден для труда и ис-пытаний. Он рожден, чтобы быть героем и подвижником, а не потребителем и лежебокой.

Националистам нельзя быть аморфной массой, распре-деленной на группы, отстраненно обсуждающие пробле-мы мира за чайной церемонией. За свои права надо сра-

63

Национальный манифест

жаться. Необходимо отстаивать свои интересы и в идео-логии, в политике, в сопротивлении врагам своего Отече-ства и человечества в целом. Националист должен высту-пать как освободитель стран и народов от олигархии, от бюрократического плена, от смуты глобализма. Национа-лизм обязательно победит, ибо на грани жизни и смерти выбор в пользу национализма означает выбор в пользу жизни. Смутное время «общества потребления» заканчи-вается, наступает время преодоления глобализма, время освобождения наций, время созидательного труда и твор-чества.

64

  1. Национальная экономика

4.1. «Свободный рынок»

Человеческие сообщества – нации и государства – всту-пили в третье тысячелетие с баснословным по количеству и качеству вещным, техническим, интеллектуальным и культурным богатством. Казалось бы, масса благ, произве-денная и обращаемая трудом всего человечества, дает та-кое количество разнообразных продуктов, что может обес-печить на каждом освоенном клочке земли достойные ус-ловия жизни подавляющему большинству людей, предот-вращая социальные бедствия: массовую безработицу, го-лод, бездомность, эпидемии. Реальное положение дел оп-ровергает этот вывод. Многократно увеличившаяся в срав-нении с прежними эпохами масса товаров и услуг, созда-ваемая все более эффективными средствами техники и все более совершенными технологиями, не улучшает качество

  • уровень жизни, а концентрирует богатство в руках не-многих, создает потребительское рабство, не удовлетворя-ет жизненных потребностей людей.

Разрыв уровня доходов бедных и богатых в начале ХХI века стал резко увеличиваться. Разделение жителей планеты на тех, кто купается в роскоши, и тех, кто прозя-бает в трущобах в ужасающей нищете, не имея необходи-

65

Национальный манифест

мой пищи, воды, медицинского обслуживания и доступа к образованию, стало вопиющим. Войны и революции ниче-го не изменили. Государства Запада лишь за счет «выжи-мания соков» из остального мира на некоторое время ор-ганизовали для себя системы социального обеспечения. В начале XXI века они трещат по всем швам, а миграцион-ные потоки создают новые слои пауперов, готовых сокру-шить исторические нации.

Экономические отчеты о предсмертных конвульсиях одних стран и неслыханном благополучии других, дейст-вующих вроде бы по одним и тем же схемам и критериям, фиксируют результаты вульгарного шулерства: в них ме-ханически суммируют реальные ценности и фикции, ис-тинное материальное и духовное богатство и финансовые «пузыри», деньги, сохраняющие присущие им свойства, и их суррогаты, не имеющие никакой реальной ценности. Они – всего лишь слабое отражение действительной кар-тины господствующих в мире экономических процессов, почти не реагирующее на замену реальной экономики виртуальной – биржевыми фантасмагориями.

Тайны немногочисленных экономических центров, где происходят денежные обряды и совершаются финансовые жертвоприношения, уже не представляют никакого секре-та. Они никого не компрометируют. Их выставляют напо-каз, словно проституток в витринах домов терпимости Амстердама. Финансовые махинации и манипуляции, дос-тигшие невиданных размеров, совершаются в интересах олигархии, чьи личные состояния охраняются примерно 500 корпорациями и 100–150 транснациональными банка-ми. Каждая семья финансового олигарха обладает таким же количеством денег, какие получает 20 миллионов про-чих жителей Земли. Само собой разумеется, что эти богат-ства не продукт кропотливого труда и даже не результат

66

Национальная экономика

пресловутого «первоначального накопления», происхо-дившего в эпоху мануфактур, географических открытий и пиратства. Теперь богатство произрастает из администра-тивных злоупотреблений, биржевых афер и преступлений особой тяжести, которые сплачивают общим интересом чиновников и финансовых махинаторов. Не секрет, что мировой рынок, управляемый бюрократией и контролиру-емый олигархией, стоит на прибылях от торговли нефтью, оружием, наркотиками, драгметаллами, порнографией и – деньгами. Все остальные виды товаров, включая, напри-мер, продовольствие и медикаменты, существуют лишь постольку, поскольку они также приносят олигархии не-малые прибыли и без них человечество еще не научилось обходиться.

Подобно древним, верящим, что земная твердь покоит-ся на слонах, стоящих на огромной черепахе, современ-ный обыватель утвердился во мнении, что духовные, соци-альные и экономические процессы имеют единственную неколебимую опору – деньги. В послевоенные годы эта догма облеклась в формулы монетаризма – дошедшего до безумия поклонения деньгам.

Современные жрецы денег мало чем отличаются от жрецов древности, которые придавали значение непрере-каемого религиозного откровения своим взглядам на уст-ройство мира. Желание ограничить государство в эконо-мике лишь заботой об обращении денежной массы являет-ся одной из основ глобализма – этой новой религии со сво-ими догматами и идолами.

Соблазн насытить экономику деньгами через контроли-руемые бюрократией структуры порождает безудержную инфляцию. А после инфляционного шока, уничтожившего все накопления граждан, монетаристы приступают к «сжа-тию денежной массы» – фактически лишая производство

67

Национальный манифест

оборотных средств и добивая платежеспособный спрос. Это время финансовой деятельности, сравнимой с грабе-жом: выжившие в условиях шока и вставшие на ноги пред-приятия становятся добычей кредиторов – крупнейших денежных мешков. Захватив предприятия, они не заботят-ся о выпуске продукции, а запускают новый финансовый цикл, в котором материальные ценности подчиняются фикции. Вся экономика начинает превращаться в сплош-ную денежную спекуляцию.

Только простаки могут верить, что при контроле денеж-ной массы «невидимая рука рынка» решит все проблемы. Те правительства, которые дали себя уговорить и последо-вали такой стратегии, опустошили свои бюджеты и разо-рили свой народ. Не только потому, что мировую валюту контролировали другие центры принятия решений, но и потому, что правительство прекратило заботиться о благе страны и граждан. Не являясь центром эмиссии мировых валют и имея открытую экономику «свободного рынка», правительства, вставшие на путь монетаризма, становятся убийцами национальной экономики.

4.2. Деньги и товар

  • развитием материального производства был создан многообразный мир вещей, неведомый в древности. Тор-говля превратила вещи в зримый соблазн, а обладание ве-щами – в вожделенную мечту нестойких натур. С развити-ем денежного обращения возник новый идол – деньги. Ве-щи, означающие статус богача или правителя, стали фети-шами, деньги – символами потенциального обладания лю-быми вещами, а также средством удовлетворить с их по-мощью любые желания. Куски металла или стопки банк-нот, а ныне – денежные суррогаты и абстракции электрон-

68

Национальная экономика

ных записей для множества людей стали мерилом и содер-жанием всей их жизни. Этим обусловлено появление раз-нообразных экономических теорий и хозяйственных прак-тик, в которых не осталось ничего живого – только денеж-ные расчеты.

Денежный фетишизм, придающий деньгам свойства универсального и всесильного товара, который обменива-ется на любые блага и ценности, превращает весь мир в базар, все человеческие отношения – в торговлю. Коммер-ция, купцы, посредники, морские порты и города-ярмарки приобретают непомерную значимость, отодвигая на зад-ний план все остальное. Средства пропаганды, разверну-тые олигархией по всему миру, склоняют людей, целые на-роды к тому, чтобы поклоняться «золотому тельцу», обла-дающему таинственной силой. Подчинение этой силе дает олигархии многочисленную и легко управляемую массу рабов.

Деньги на протяжении большей части своей истории имели товарное наполнение. Поэтому представления лю-дей о природе денег не выходили за пределы мира вещей. Деньги казались вещью – одним из товаров, который в си-лу присущих ему свойств стал выполнять функцию уни-версального товара. Появление бумажных денег обуслов-лено страстью фетишистов, которые готовы были обла-дать если не самой универсальной вещью (золотой моне-той или слитком), то хотя бы распиской в том, что они име-ют право на эту вещь, – банкнотой. И все же за банкнотой, монетой, слитком угадывалось вещное богатство, а деньги помогали не только ростовщикам и спекулянтам, но и об-мену товаров и учету издержек.

Банковская система воспользовалась изобретением банкноты, чтобы сконцентрировать разрозненные ресур-сы инвесторов и толкнуть вперед развитие индустрии.

69

Национальный манифест

Но с течением времени денежный фетишизм поразил фи-нансовую систему, в которой новые финансовые изобре-тения сделали реальные товары ненужными. Финансы отделились от производства, но вовлекли в игру фальши-выми ценностями все богатства мира, потопив их в фик-циях. Возникла новая форма обретения реального богат-ства – за счет финансовых операций, под метелку вычи-щающих кассы заводов и фабрик. Деньги, утратив товар-ное наполнение, превратились в «кровь» финансовой си-стемы. А последняя стала средством присвоения любых богатств, престижа, власти.

Нельзя утверждать, что «золотой стандарт» есть луч-шее обеспечение стабильности денежного обращения. На-пример, поток золота в Европу после открытия Нового Света привел к резкой девальвации монеты. От этого това-рообмен пошатнулся, но не исчез. Но соблазн выпускать денег больше, чем требует товарооборот, когда взамен мо-нетам пришли банкноты и казначейские билеты, оказался для многих государств выше, чем желание сохранить ста-бильность экономики. Сначала открытая, а потом скрытая инфляция превратила нации в заложников правительств и их тайных махинаций с денежными знаками.

«Золотой стандарт», по которому денежные знаки обес-печивались золотом и другими активами государства, все-гда был обманом. Потому что реального обмена купюр на золото не было. Как только такой обмен стал более или ме-нее массовым в отношении доллара, США объявили об от-мене «золотого стандарта». Тем самым деньги в мировой торговле, как и в большинстве национальных экономик, окончательно перестали быть посредником при реальном товарообмене. Деньги из товара стали средством обраще-ния за счет изъятия из товарооборота прибыли, предназна-ченной для развития производства.

70

Национальная экономика

Когда долговые обязательства в виде векселей стали об-ращаться наравне с деньгами, произошло возвышение банкиров над производителями. В результате банки полу-чили контроль над распределением прибыли, оставив в руках предпринимателей в лучшем случае минимальный доход. Реальный сектор экономики стал зависимым не от потребностей жизни, а от потребностей финансовой сис-темы. Предприниматель, чья творческая активность долж-на служить производству, стал рабом этой системы, посто-янно шантажируемым угрозой банкротства. Финансовая система отодвинула в сторону и государство, размыв его монополию на эмиссию денег.

Денежные суррогаты захватили не только текущее про-изводство, но и прибыль будущих поколений. Пуская в об-ращение все новые и новые денежные суррогаты, финансо-вая олигархия действует как фальшивомонетчик, который целью своей деятельности ставит присвоение ценностей, произведенных людьми в натуральном виде, и выступает как вор по отношению к будущим поколениям.

Окончательную дематериализацию денег произвела революция в технике – изобретение персональных компь-ютеров и магнитных карт. Образовалось две экономики: новая – виртуальная и старая – товарная. Однако сохране-ние за деньгами статуса товара и правил, существующих

  • отношении товара, – естественных, вытекающих из при-роды человека как производителя материальных благ и необходимости обмена ими, – обернулось деградацией экономических механизмов. Будучи знаками рационально создаваемых отношений, деньги продолжают выдаваться за универсальный товар, свободный от всякого разумного регулирования.

Бесконтрольное развитие денежного обращения вне монополии государства на установление норм экономи-

71

Национальный манифест

ческих отношений привело к появлению разнообразных денежных суррогатов. Источник экономических кризи-сов, безжалостно уничтожающих материальные условия жизни людей, который прежде заключался в товарном перепроизводстве, теперь кроется в перепроизводстве денежных суррогатов, обращаемых уже не владельцами каких-либо вещей, а владельцами «нетоварных денег» – сфабрикованных экономических отношений. Эти отно-шения, реализуемые через финансовую систему, позво-ляют олигархиям присваивать любые результаты эконо-мической деятельности, а также для поддержания своего господства покупать политиков и генералов, финансиро-вать войны и революции.

Реальное производство и оборот вещных и интеллекту-альных ценностей, с одной стороны, и производство и оборот суррогатов – с другой, обречены на непримиримое противостояние. Нациям необходимо материальное произ-водство и оборот реальных ценностей, олигархиям – гос-подство финансовой системы и оборот фиктивных ценно-стей, в сотни раз превышающий оборот товаров.

Чтобы освободиться от рабства у финансовой олигархии, нациям необходимо восстановить свою власть над экономи-ческими отношениями: урегулировать их так, чтобы финан-совая система вновь подчинилась нуждам производства. В национальной экономике пирамида экономических отно-шений должна быть перевернута. На вершине экономиче-ских отношений должен стоять производитель товаров. То-варные потоки должны быть организованы без лишних по-средников, без обособления торговли от производства, без шантажа производителя монополистами в виде оптовых баз

  • сетевых магазинов. Производство и торговлю должны об-служивать финансовые учреждения, лишенные права полу-чать прибыль за счет процентов при обращении денег.

72

Национальная экономика

Самый решительный удар по олигархии – лишение фи-нансовых институтов права «торговать деньгами» и полу-чать ссудный процент. За банковской системой могут быть оставлены только функции инвестирования и получения инвестиционной прибыли, взаиморасчетов между пред-приятиями, сбережения и консалтинга. При этом сберега-тельная функция должна остаться исключительно за госу-дарством, которое гарантирует вклады граждан от инфля-ции, обеспечивая их золотом или начисляя на сбережения инфляционный процент. Банки должны стать союзниками промышленников на ключевых направлениях индустриа-лизации, получающими долю прибыли, а не процент от вложенных средств.

Для предотвращения негативных явлений, проистека-ющих из отрицательных свойств «нетоварных денег» – этой родины безродных, необходимо отказаться от еди-ной мировой валюты, не имеющей реального товарного наполнения и привязанной к одному центру эмиссии ми-ровых денег, поддержанному множеством центров эмис-сии денежных суррогатов. Задача, которую должны ре-шить свободные нации, – определение нового эталона стоимости, который должен носить безусловно природ-ный характер, иначе человеческая натура сможет приду-мывать все новые «эквиваленты». Сегодня, несмотря на отказ от «золотого стандарта», государства по-прежнему свои накопления стараются формировать не только в ва-люте иностранных государств, но и в золоте, формируя тем самым золотовалютные резервы. Поэтому один при-родный эквивалент, количество которого не определяется решениями эмиссионных центров, уже существует и не-скоро будет забыт человечеством.

Результаты развития свободных наций зависят от них самих: от того, как они сами сформируют правила конку-

73

Национальный манифест

ренции товаропроизводителей, антимонопольную полити-ку, законы внешней торговли и передвижения капиталов за пределы государственных границ; от того, как товарное производство будет связано с финансовой системой. Ре-цептов здесь множество, и каждое государство должно са-мо выбрать свой вариант исходя из своих особенностей. Но общим делом свободных наций является освобождение от финансового рабства у олигархии.

4.3. Протекционизм

Мировая торговля всегда имела целью использовать преимущества высокоразвитых экономик над низкораз-витыми. С течением времени мировая торговля преврати-лась в систему неэквивалентного обмена, обирающего страны, не умеющие защитить свой суверенитет. Миро-вая олигархия заставляет государства с подорванным су-веренитетом обмениваться товарами себе в ущерб и стро-ить хозяйственный механизм в своих странах в угоду тем, кто забирает у них львиную долю национального до-стояния.

Основные принципы отношений между нацией и внеш-ними экономическими субъектами сформулированы более 200 лет назад Фихте, который указывал, что государство должно замкнуться от иностранной торговли и образовать «такой же обособленный торговый организм, какой оно уже образовало – обособленный юридический и полити-ческий организм». Нации, намеренные вернуть себе эко-номический суверенитет, должны прекратить неэквива-лентный обмен товарами с другими странами.

Что может быть проще: вывоз возможно более обра-ботанного товара, а ввоз – возможно менее обработанно-го! Тогда труд оценен высоко, и нет необходимости рас-

74

Национальная экономика

трачивать природные ресурсы, принадлежащие будущим поколениям. Именно так в своих работах, посвященных протекционизму, видели защиту внутреннего рынка от иностранных товаров Фридрих Лист и Дмитрий Менде-леев. Именно так – заградительными пошлинами – дей-ствовали США в начале своей истории, обеспечив неви-данный экономический подъем. Так поступила и Англия

  • момент своего становления как морской державы, вве-дя свой протекционизм в виде навигационного акта, а за-тем два столетия придерживаясь его. Последующий от-каз от замкнутости дал ведущим державам товарный и финансовый инструмент, за счет которого начался захват богатств всего мира. Но он же открыл их рынки и посте-пенно лишил их производства конкурентных преиму-ществ в сравнении с теми, которые были построены в бывших колониях, где за счет дешевой рабочей силы со-здаются более дешевые товары.

Эти примеры свидетельствуют, что только укрепившие-ся в стабильном и независимом развитии страны могут по-зволить себе конкурировать на открытом рынке. Тем не менее существование «открытой экономики» связано с ис-черпанием преимуществ, ослаблением экономической экспансии и утратой хозяйственного суверенитета. Этот процесс обозначен наметившейся деиндустриализацией США и очевидной утратой Великобританией роли веду-щей промышленной державы.

Построение «замкнутого торгового государства» пред-полагает заградительные пошлины для иностранных то-варов и протекционизм в отношении отечественного про-изводителя. В то же время протекционизм не может быть тотальным, иначе производители внутри страны не будут иметь стимула к развитию и инновациям. Зарубежные то-вары, присутствующие на рынке, должны за счет пошлин

75

Национальный манифест

быть дороже отечественных в аналогичном классе това-ров, но в целом доступными. Это создает здоровую конку-ренцию и подхлестывает развитие отечественных отрас-лей экономики.

Государство обязано заботиться о том, чтобы произво-дить максимально возможную номенклатуру товаров, необходимых для жизни нации, и не искать возможно-стей расширения импорта. Любая зависимость от им-порта – это лазейка для мировой олигархии, для порабо-щающего нацию глобализма. Государство обязано сти-мулировать импортозамещение, поддерживая те произ-водства, которые делают это на высоком технологиче-ском уровне.

По мере развития собственного производства необхо-димо снижать пошлины и тарифы, стремясь включать в сферу своего влияния и иные рынки. Однако внешнеэко-номические цели не должны доминировать. Если заводы

  • фабрики ориентируются на зарубежного потребителя, то рано или поздно они попадут в зависимость и будут разорены. Ориентация на внешнего потребителя опасна влиянием кризисов чужих экономик, на которые нацио-нальное правительство не может в должной мере отреа-гировать.

Любое государство, желающее защитить себя от раз-грабления, обречено на определенного рода изоляцио-низм, фильтрующий неблагоприятные экономические от-ношения, проникающие из-за границы. Но разумная эко-номическая политика не может устанавливать «железный занавес».

Международный обмен товарами неизбежен, поскольку необходимо иметь средства на закупку техники и природ-ных ресурсов, отсутствующих в стране. Продукты пита-ния, которые невозможно вырастить из-за климатических

76

Национальная экономика

условий, тоже можно приобретать за рубежом, но они не должны быть столь же доступными по цене, что и мест-ные, а в перспективе необходимо находить им замену в отечественном производстве. Обмен с другими государст-вами может оказаться необходимым также в случае неуро-жаев и стихийных бедствий. Однако надо учитывать, что, не отстаивая свой хозяйственный суверенитет, можно бы-стро лишиться и политического суверенитета. Состояние национальной экономики определяется не положитель-ным торговым балансом, а мощностью национальной ин-дустрии и сельского производства, их восприимчивостью

  • новым технологиям и управленческим схемам. Нация благополучна, если в экономике на первом месте стоят ин-тересы производителей, когда чиновники не смеют коман-довать частным производством и препятствовать выпуску продукции, когда законы и налоговая система просты и до-ступны пониманию каждого человека, когда система обра-зования обеспечивает экономику квалифицированными и ответственными кадрами. В этом случае отрицательный торговый баланс означает только колебания обменного курса валют. При этом производство не сокращается, а на-ция живет в достатке.

4.4. Национализм и глобализм

Все независимые рынки, все неподотчетные олигархии экономики находятся под угрозой агрессии. При этом ис-торическое наследие оставило для организации интервен-ции множество поводов, среди которых – неурегулирован-ный статус территорий, переходивших ранее из рук в руки (Косово, Кувейт) или географическая открытость террито-рии (необустроенная южная граница России). В этих воп-росах экономика соединяется с проблемами геополитики,

77

Национальный манифест

  • экономический национализм сталкивается с олигархиче-ским глобализмом.

Для обеспечения нормального экономического развития каждое государство должно стремиться войти в свои есте-ственные границы и строить свою самодостаточную систе-му. В ней не должно быть таких противоречий, которые ве-дут к распре между народами или к попыткам других госу-дарств вернуть ранее захваченные у них территории. Есте-ственные границы – это географически и культурно обусло-вленные пределы. Если нация не ощущает этих границ, она растрачивает свои силы в войнах и подавлении мятежей.

Национализм и глобализм находятся в неразрешимом противоречии. Национализм обеспечивает суверенитет нации и свободу личности в рамках этого суверенитета, ограждающего от разбоя олигархии и транснациональ-ных корпораций. Глобализм, наоборот, ссылаясь на выду-манную универсальность «общечеловеческих» законов, направляет свои усилия против интересов наций и наци-ональных государств, подменяя взаимодействие наций их отрицанием, диалог культур – интернационализмом, национальную культуру – мультикультурализмом. Наци-онализм защищает свою экономику таможенными по-шлинами, обеспечивая всем субъектам экономической деятельности равный доступ к международной торговле,

  • глобализм с бюрократией создают систему квотирова-ния для своего обогащения.

Национализм поддерживает нацию и реальное товар-ное производство, глобализм – олигархию с ее фиктивны-ми капиталами, разрушающими реальную экономику. Гло-бализм ищет чужого через подкуп капиталами лиц с пре-ступными наклонностями и готовностью к измене интере-сам своей нации, а национализм охраняет свое и отстаива-ет независимость своей нации.

78

Национальная экономика

4.5. Национальная экономика

Если не выстроены схемы движения товаров внутри го-сударственных границ и не определены потребности и возможности территорий в зависимости от климатических

  • географических условий, то невозможно правильно раз-вить экономику страны. Национально мыслящее прави-тельство будет исходить из реальных потребностей стра-ны, а не из «общепринятых норм». Там, где зима длится более шести месяцев, государство должно стремиться снижать стоимость энергоресурсов. Те государства, кото-рые имеют протяженные транспортные магистрали, долж-ны обеспечить минимальную стоимость перевозок, чтобы удаленные от развитых регионов территории не дегради-ровали и могли предоставить всем гражданам общие для нации стандарты жизни.

Национальная экономика должна производить товары, а не денежные знаки или бухгалтерские отчеты. Только ре-альный товарный обмен важен для благополучия нации, а вовсе не финансовые потоки. Если правительство умеет считать только деньги, если главной своей задачей видит выбивание налогов, то гибель экономики не за горами. Ес-ли правительство отчитывается перед нацией объемом иностранных инвестиций, то оно расписывается в своей неспособности наладить развитие производства без зави-симости от иностранцев и мировой олигархии. Если оно видит свой успех в массе размещенных за рубежами стра-ны «международных финансовых резервов», то оно забо-тится о чужой экономике и равнодушно к своей.

Те государства, которые стремятся к «открытой эконо-мике», рано или поздно входят в неразрешимые противо-речия с мировой торговой и финансовой системой. Коле-бания спроса и предложения на внешних рынках грозят

79

Национальный манифест

крахом национальной экономике, ориентированной на за-рубежного потребителя, а свободное перетекание капита-лов может мгновенно обескровить собственный хозяйст-венный организм. Поэтому национальная экономика должна выстраиваться как независимая система, готовая обеспечить страну всем необходимым даже при полном прекращении поступления товаров из-за рубежа. При этом внутренний рынок должен быть гарантирован от поглоще-ния внешними рынками. Но ограничение свободного дви-жения товаров и капиталов за пределы страны может быть обусловлено только созданием гарантированных условий их обращения внутри страны: стабильных и справедливых правил экономической деятельности, честной судебной системы, разрешающей хозяйственные споры.

То же самое касается трудовых ресурсов. Если беспре-рывно ввозить в страну непритязательных гастарбайте-ров – этих современных кочевников, готовых порушить все цивилизации, встретившиеся у них на пути, то нет шансов развить современные производства и территории страны. Ведь экономика нации напрямую зависит от тру-довых мотиваций и ответственности работника, его куль-турного уровня, усвоенных с детства правил общежития. Но чтобы устранить иммиграционные потоки, необходи-мо создавать соответствующие мотивации и культурные стандарты у коренных жителей страны, нужно избавлять нацию от низкоквалифицированного труда, нужно обес-печивать достойной зарплатой граждан, вынужденных за-мещать непрестижные профессии.

Для государства важен процесс не только прибытия трудовых ресурсов, но и эмиграция граждан ради заработ-ка в иные страны. Если не обращать внимания на «утечку мозгов», то лучшие кадры, яркие таланты будут перекуп-лены мировым рынком, где они будут своим трудом созда-

80

Национальная экономика

вать фундамент экономического развития для других стран. В то же время закрытие границ для творческих лю-дей будет означать угасание интеллектуального и духовно-го потенциала, получаемого в результате культурного диа-лога и научных обменов с другими странами. Сохранять интеллект нации надо не столько ограничениями, сколько созданием достойного уровня жизни, широкого поприща для проявления творческих способностей, обеспечением возможностей приобщения к сокровищам мировой куль-туры и мировым банкам знаний.

Частные интересы отдельных лиц неразрывно связаны

  • успехами государства и национальной экономики. Благо-состояния для большинства населения можно добиться только при наличии национальной кооперации, разделе-ния труда, механизмов защиты частных достижений и со-вместного использования общенациональных успехов и преимуществ. Труднее добиться благополучия для неболь-ших государств, которым без организации региональной, межгосударственной кооперации не обойтись, и от того, как она будет налажена, зависит и их реальная экономиче-ская успешность. Там, где люди находятся в постоянной борьбе друг с другом, рано или поздно экономическое раз-витие прекращается и наступает разруха и нищета. Там, где государство держит население в послушании закону, где право защищает богатство, накопленное трудами поко-лений, где беспокоятся о благе своих подданных, там бла-госостояние каждого будет умножаться.

Государственный механизм призван образовать обрат-ную связь между людьми, основанную на понимании не-изменности правил, сохранности имущества, защиты де-ловой репутации и человеческого достоинства. Если такой механизм создан, возможна успешно действующая нацио-нальная экономика. Если же обратная связь разорвана, то

81

Национальный манифест

гарантом благосостояния становится чиновник, принима-ющий произвольные решения и определяющий, кто поль-зуется государственным покровительством, а кто низво-дится до рабского состояния. Если же обратная связь пере-секает границы государства, она порабощает нацию в це-лом, а местную бюрократию соединяет с мировой и лиша-ет какой-либо связи с нацией.

Национальная экономика должна быть ориентирована на обычного человека, на гражданина, а не на чиновника. Экономическая свобода – это не догмат, рожденный либе-ральной мыслью. Это требование устранения из жизни бюрократического диктата и утверждения равенства воз-можностей в экономической деятельности. Либерализм, напротив, создает свободу только для избранных, подчи-няя нацию «железному закону олигархии». Национализм требует постоянной деятельности государства по защите национального производителя от бюрократии, а нацио-нальной экономики – от мировой финансовой системы. Тем самым «железный закон» разбивается о «железную волю» нации. Либерализм же, проповедуя «открытость» экономики, позволяет международным спекулянтам и не-добросовестным конкурентам насаждать олигархию и унижать национального предпринимателя.

  • национальной экономике к производителям относят не только пролетариев и крестьян, как у марксистов, но и инженеров, художников, ученых, врачей, учителей. Все это элементы большого «производства» – производства нации. Могущество нации определяется не станками, а людьми. Богатство нации не товары, а люди. Одни могут производить необходимое для жизни, другие – творить вы-сокую культуру, третьи – воспитывать будущее поколение, четвертые – нести ратную службу, пятые – управлять госу-дарством. Экономика нации неотделима от нее самой и

82

Национальная экономика

служит не целью, а средством существования нации и го-сударства. Такое понимание экономики не вмещается ни в либеральные, ни в коммунистические доктрины.

4.6. Государственное устроение

Национальная экономика должна опираться на веду-щий экономический уклад, который диктует также и уст-ройство власти. Если в эпоху доминирования аграрных от-ношений государство строилось как большое поместье со всеми его функциональными элементами, перенесенными из отдельной дворянской вотчины на пространства стра-ны, то в индустриальную эпоху появились еще два вида государств: одни ориентировались на торговлю, другие – на производство.

Государство-рынок было столь же пестрым и шумным, как рыночная площадь, и лишь внешне управлялось сти-хией спроса и предложения. Внимательному взгляду были видны и манипуляции товаром под прилавком, и цеховые группировки, и бдительный полицейский с дубинкой, и пронырливые воришки. Потом этот тип государства пере-рос в государство-супермаркет, расцвеченный рекламны-ми вывесками и ярким оформлением витрин. В этом су-пермаркете уже мало что производили, но удачно торгова-ли и отдыхали. Здесь государство обратилось в большой торгово-развлекательный центр.

Государство-предприятие выглядело как большой за-вод с множеством цехов. Здесь минимизировались затраты на управление, все было подчинено задачам выпуска про-дукции и согласованному действию всех элементов произ-водства. На самом примитивном уровне эта модель была реализована во времена советской индустриализации, но в дальнейшем бюрократизированная управленческая систе-

83

Национальный манифест

ма сковала формирование высокотехнологичного государ-ства-предприятия. Тем не менее концепция государства-предприятия сделала СССР ведущей экономической дер-жавой, способной победить в войне, создать ракетно-ядер-ный щит и приступить к освоению космического про-странства.

Государство-вотчина, казалось бы, отступило в про-шлое, но сегодня олигархия пытается восстановить рабст-во, а для него стремится к тому, чтобы нации согласились жить в государстве-плантации, где существует только три статуса: хозяева, надсмотрщики и рабы. Современ-ным рабам предписано глазеть на витрины и телевизион-ные шоу. И потреблять подделки самых престижных и до-рогих товаров. В большинстве случаев их труд уже нико-му не нужен. Нужно только их согласие признать власть олигархии легитимной, демократичной, гуманной и обя-зательной для всего мира.

По-настоящему современное национальное государст-во (государство-община, государство-корпорация) соот-ветствует иному типу производственных отношений, ко-торые могут использовать все научные и технические до-стижения, не превращая при этом человека в винтик боль-шой индустриальной машины государства-предприятия, но также и не позволяя ему деградировать до примитив-ного потребителя государства-супермаркета. Развиваю-щейся нации необходимо государство, где работа несет радость, где заботятся о детях, ценят честное слово, верят

  • любовь и дружбу, сопереживают общим утратам и обре-тениям, помогают соседям, а если придется, все вместе с оружием в руках защищают свой общий дом – родную страну. Все объединены общим проектом строительства своего государства-империи как высшей формы самоор-ганизации.

84

Национальная экономика

4.7. Налоги и национальный доход

Основными источниками поступления средств в бюд-жет страны является труд людей, которые ведут хозяйст-венную деятельность либо как частные предприниматели

  • владельцы предприятий, либо как наемные работники. Те и другие платят налоги. Бюджеты наполняются также налогами на имущество, денежными средствами, имити-рованными государством (инфляционная эмиссия), тамо-женными сборами и т.д. И все-таки национальный доход формируется прежде всего трудом и творчеством. Поэто-му для нормального функционирования экономики необ-ходима свобода творчества и желание трудиться. Пока на-логовая система угнетает труд и творчество, бюрократия торжествует, а олигархия беспредельно обогащается. Сле-довательно, в налоговой системе заложено либо рабство нации (к чему стремится бюрократия и олигархия), либо освобождение нации и уничтожение порабощающих ее факторов.

Для националистов чрезвычайно важно упростить си-стему налогообложения до нескольких простых в расче-те и понятных налогов и сделать субъектом налогообло-жения не предприятия, а людей. В этом случае будет из-жит конфликт между работником и работодателем. С ра-ботодателя будет снято подозрение, что он обогащается за счет работника. И каждый работник будет по ведомо-сти видеть, сколько из его зарплаты уходит на содержа-ние государственных систем: власти, армии, соцобеспе-чения и т.д.

Вся система бюрократического принуждения и порабо-щения построена на изъятии всего или почти всего дохода человека: неважно, наемный ли это рабочий или владелец фирмы. В бюрократической системе сбор средств на госу-

85

Национальный манифест

дарственные нужды основан на двухуровневом перечисле-нии налогов: сначала платит предприятие, а затем гражда-нин – часть своей зарплаты. Причем предприятие обязано еще оплатить и оборотные налоги с конечного потребите-ля (например, НДС – налог на добавленную стоимость). Так маскируется грабительская система максимального изъятия заработанных предприятием и работником средств. Что не удалось сразу получить с физического ли-ца, собирается через косвенные налоги в виде всевозмож-ных сборов при оформлении справок, лицензий, отчисле-ний при вступлении во владение имуществом и т.д.

Олигархия всегда стремится удешевить рабочую силу и минимизировать затраты на развитие нации и воспитание полноценной личности. Поэтому она всегда будет душите-лем свободы, превращая человека в «рабочую силу». На-ционалисты, наоборот, хотят раскрепостить человека, из-бавить от власти денег и сделать его гармонично развива-ющейся личностью – органичной частью единого нацио-нального организма. Если интересы нации возобладают, налоговая система должна быть кардинальным образом упрощена, налоговый пресс резко ослаблен, а огромные массы чиновников уволены из фискальных органов и на-правлены в производящие сектора экономики.

Если националисты намерены видеть каждого гражда-нина свободной и творчески развивающейся личностью, то и субъектом налогообложения должен быть только ин-дивидуум, а не юридическое лицо, за которым необходимо сохранить только функцию агента по расчету налоговой базы. Если ежемесячно наемные работники уплачивают налог от реализованных товаров (оборотный) и своего за-работка, а владелец предприятия еще и от своего дохода, то каждому будет ясна и воспроизведена в платежных ве-домостях реальная картина налогового бремени.

86

Национальная экономика

Эта прозрачность выгодна гражданину (и работнику, и предпринимателю) и невыгодна бюрократии. Человек, осознавший себя полноценным субъектом экономической деятельности и оценивающий вклад, который он вносит в национально-государственное строительство через уплату налогов, становится естественным противником распро-странения бюрократии и глобализма.

Только человек может соединить орудия и средства про-изводства, знания и программные продукты, капиталы и инновации. В производственном процессе человек – источ-ник творческой энергии, концентрирующий на нужных на-правлениях материальные ресурсы и преобразующий их в полезные вещи и прочие товарные продукты. Мешают ему два фактора: денежная удавка – противоестественные от-ношения, затрудняющие производство, и бюрократическая прослойка между ним и средствами производства, извра-щающая производственные отношения. Пока производст-венные отношения искажены фикциями, пока властвует паразитическая бюрократия, граждане не могут сплотиться

  • полноценную нацию, а экономическая система не может стать полностью суверенной национальной экономикой и избавиться от грабежа глобальной олигархии.

Налоги должны быть простыми в исчислении и про-зрачными. Примером самой простой и прозрачной систе-мы налогообложения прежних времен является десятина

– от дохода или товарооборота. Простота исчисления на-лога минимизирует как численность чиновников, так и возможности коррумпирования государственных служа-щих. Бюрократия в таких условиях не может возникнуть. Любое усложнение создает множество «специалистов» по налогообложению в государственных органах и судах, ко-торые начинают заниматься не развитием страны, а ули-чением предпринимателя в ошибках и отвлечением его от

87

Национальный манифест

производительной деятельности. Предприниматель, пута-ясь в налоговом законодательстве, вынужден содержать целый штат специалистов и платить чиновникам, пресле-дующим его со своими параграфами инструкций и разъ-яснениями налоговых органов. Тем самым предпринима-тель, а с ним и его работники становятся рабами все бо-лее размножающейся бюрократии.

Чем проще будет система налогообложения, чем яснее будет ее связь с национальным доходом, тем она будет «прозрачнее» и тем меньше в ней будет элементов, которые использует бюрократия ради закабаления производителя. Простота налоговой системы обеспечивает и снижение об-щего уровня налогов за счет устранения лишних поборов со стороны инспектирующих лиц. Чем меньше перерас-пределяет чиновник, тем проще нации производить нацио-нальный доход и тем меньше непроизводственных расхо-дов и соблазнов для чиновника зачерпнуть из госбюджета средства на какой-нибудь грандиозный проект, сулящий коррупционерам дополнительную мзду.

Бюрократия стремится запутать не только предприни-мателя, но и всех граждан, которым предлагаются фиктив-ные критерии оценки деятельности правительства. В бю-рократической системе статистическая отчетность, как и выборы, стала изощренной формой обмана граждан с це-лью обогащения олигархии и манипулирования общест-венным мнением. Теперь модно отчитываться перед «из-бирателями» привлечением иностранных инвестиций и ростом ВВП (валовой внутренний продукт). От граждан скрывается, что инвестиции, поступившие из-за рубежа, обременены выплатой дохода зарубежному инвестору, что за иностранные инвестиции приходится расплачиваться, формируя потоки материальных ценностей, перетекаю-щих в иные экономики. Скрывается, что ни инвестиции,

88

Национальная экономика

ни ВВП не отражают уровня благосостояния нации. Если методики расчета меняются, если в доход страны произ-вольно включаются разнообразные услуги и интеллекту-альный «капитал», не имеющие к реальной экономике ни-какого отношения, то экономические показатели превра-щаются в пропагандистский материал, в обман.

Национальный доход – вот критерий оценки уровня бла-госостояния. Он образуется из доходов, полученных в сфе-ре материального производства как вся масса ценностей, созданных заново и направленных на удовлетворение жиз-ненных потребностей граждан. Национальный доход – это вновь созданная стоимость, возникшая как разница между всей выручкой от произведенных товаров, доставленных потребителю, и всеми затратами на их производство. Рабо-та «на склад», услуги в сфере развлечений и частной жиз-ни в целом, личные расходы работника и работодателя на свои нужды здесь не учитываются. Когда учету подлежит только вновь созданная стоимость, понятен уровень разви-тия национальной экономики, размеры средств, которые могут быть затрачены на потребление частных лиц, расши-рение производства и содержание государственных орга-нов. Приращение национального дохода за счет новых про-изводств и сокращения издержек на создание единицы продукции отражает динамику развития национальной экономики. Если нация не тратит на свои социальные про-екты и государственные нужды более того, что она реаль-но заработала, то она живет по средствам и имеет все необ-ходимые предпосылки к полноценному развитию, не обре-меняя долгами будущие поколения.

Для националистов важны не размеры государственно-го бюджета, которым манипулируют чиновники, а разме-ры и скорость увеличения национального дохода. Увели-чение национального дохода может быть достигнуто и за

89

Национальный манифест

счет снижения налогов. Еще в Древнем Китае говорили: «Непомерные налоги – это обогащение врага». Врагом на-ционалистов является бюрократия, которая стремится к контролю за максимально большой долей национального дохода и национального достояния. Следовательно, наци-оналисты являются непримиримыми врагами бюрокра-тии, утверждая принципиально иную экономическую сис-тему, в которой налоги низкие, налоговая система предель-но проста, а национальный доход по большей части мину-ет чиновника. В такой системе граждане точно знают, сколько каждый из них отдает на содержание вооружен-ных сил, социальные программы и госаппарат. Что касает-ся своих заработанных средств, то каждый сумеет их ис-пользовать более целесообразно, нежели это за него сдела-ет чиновник.

4.8. Собственность, земля, производство

Легитимность собственности является ключевым прин-ципом для развития национальной экономики и прочности национального единства. Целостность общности граждан может покоиться только на правовом приобретении собст-венности, а право – на исконном представлении о справед-ливости. Негласный сговор бюрократии и вчерашних раз-бойников, а ныне «досточтимых олигархов» не имеет сро-ка давности, если в результате этого нарушен принцип справедливости в глазах народа. Даже закон, покрываю-щий воровство, не может быть гарантией неподсудности вора в будущем – когда этот закон будет отменен нацио-нальной властью. Всякое право собственности будет аб-сурдом, если действующая система отношений собствен-ности не даст жить большинству. Если для одних собст-венность доступна, а у других нет никаких возможностей

90

Национальная экономика

  • приобрести, то общество идет в тупик и расслаивается на кланы, ведущие между собой непримиримую борьбу.

Товарный производитель стоит в национальном госу-дарстве на особом счету. Ему необходимо обеспечить воз-можность свободного доступа к рынку сырья и материа-лов для его производства и обеспечить свободный сбыт произведенных товаров. Либеральная система, ориентиро-ванная на движение капиталов, ставит прямо противопо-ложные цели. Сырье и материалы, являясь биржевыми спекулятивными товарами, становятся дороже за счет бан-ковских процентов по кредитам и многократных посред-нических операций, а рынки сбыта сжимаются сетевыми структурами, лишая производителя всей созданной им до-бавочной стоимости. Бюрократия к этому процессу (либе-ральная монополизация) добавляет различные процедуры по квотированию и лицензированию (бюрократическая монополизация), делая производство еще более уязвимым. Либералы требуют минимизации роли государства в эко-номике. Националисты требуют минимизации роли чи-новника и его произвольных решений; роль государства они видят в разворачивании крупных инновационных про-изводств и в контроле за стратегическими отраслями, где риск монополизации слишком велик, а коммерческий риск слишком опасен для нации. Государство обязано планиро-вать развитие нации на отдаленную перспективу, которая не видна частным предпринимателям или находится за пределами их экономических интересов. Роль государства должна проявляться в размещении госзаказов на продук-цию стратегического значения и во внедрении новейших технологий, имеющих значение для развития националь-ной экономики в целом.

Все это будет приносить плоды только в одном случае: если бюрократия будет подчинена нации. Сами по себе

91

Национальный манифест

чиновники, даже имея всю полноту власти в администра-тивном и хозяйственном управлении государством, не мо-гут обеспечить эффективного функционирования эконо-мики. Яркий пример тому – советская система, основан-ная на бюрократической уравниловке. Она создала пере-довые производства, но живая ткань экономики в целом так и не была создана, поскольку подавлялась частная инициатива, творческий труд, ответственность каждого за свое дело, а новые технологии вязли в бюрократических согласованиях.

Частная и коллективная собственность в сельскохозяй-ственном производстве также по-разному видятся в оли-гархической экономической модели и в модели нацио-нальной. У либералов-монетаристов государство устраня-ется от регулирования сельскохозяйственного производст-ва, оставляя сельского производителя один на один с опто-выми покупателями, которые, формируя рынок закупоч-ных цен, заставляют продавать продукцию ниже себесто-имости. Заниженные цены на продукты питания на время создают горожанам хорошее настроение и обеспечивают лояльность к правительству, но для села становятся разо-рительными.

Бюрократия создает противостояние между городом и деревней, при котором сельский производитель полно-стью лишается надежных гарантий поддержания произ-водства и приемлемых условий для жизни сельских тру-жеников. Чтобы селяне не имели возможности перебрать-ся в город, создаются всевозможные преграды – например, за счет высоких цен на городское жилье. У этих «крепост-ных» современной сельской экономики через залог изыма-ют земли, а их самих оставляют прозябать в нищете. На-ция раскалывается на городское большинство и вымираю-щее и бесправное сельское меньшинство. И только в са-

92

Национальная экономика

мых богатых странах, где перекосы бюрократической сис-темы компенсируются громадными субсидиями, сельское хозяйство процветает, будучи исключенным из экономиче-ского механизма и во всем зависимым от бюрократии.

Сельскохозяйственное предприятие может сосущество-вать успешно только при условии, что земельный участок не будет дробиться до бесконечности и что государство бу-дет стоять на страже интересов нации, установив твердые цены, по которым оно будет закупать продукты питания, если покупатель по более высокой цене не найдется в ча-стном секторе. Такая политика – необходимое условие нормального функционирования сельхозпроизводства и сельхозпереработки. В этом случае другие операторы не отстраняются от свободного рынка, но свои закупки могут вести по ценам не ниже установленных государством, тем самым обеспечивая рентабельность сельскому производ-ству. Влияние государства на формирование политики в земельном вопросе должно быть определяющим. Земля не может быть предметом залога и входить в конкурсную массу при банкротстве. Пахотная земля, сельские угодья имеют такое же значение для государства, как и полезные ископаемые. Варварская эксплуатация земли, перевод па-хотных земель и лесного фонда под жилищную застройку, захват водоохранных зон – все это примеры бюрократиче-ского расточительства и расхищения национального дос-тояния.

Забота государства о сохранности сельхозпроизводства должна быть такой же, как забота о своей армии и ее сол-датах. Можно наказать проворовавшегося управляющего или отдать под суд трусливого солдата. Но национальные интересы требуют, чтобы изменение в численности армий

  • в назначении использования земель были под полным государственным контролем. При любой смене собствен-

93

Национальный манифест

ника, при любых трудностях землепользования процесс сельскохозяйственного производства не должен останав-ливаться. Страну надо кормить каждый день, поэтому для остановки сельского производства не может быть никаких оправданий. И это совместная ответственность предпри-нимателя и госслужащего.

Современные средства производства, технологии и коммуникации создают возможность для каждого владеть землей, обрабатывать ее и жить в бытовых условиях, близ-ких к городским, пользуясь при этом простором приуса-дебных участков, питаясь свежими продуктами и наслаж-даясь чистым воздухом и красотой природы. Все это поз-воляет, наделяя людей землей, расселять мегаполисы – эти крематории национального духа – и обеспечивать необхо-димый баланс численности населения. В просторных жи-лищах могут создаваться большие семьи, работающие как

  • городах, так и на своей земле, в условиях, когда совре-менные транспортные магистрали и средства коммуника-ций обеспечивают доступность к городским и сельским профессиям, национальной и мировой культуре. Именно такое направление воспитания «чувства собственника» – домовладельца должно стимулироваться национальным правительством, глядящим в будущее.

4.9. Пенсионное обеспечение

Пенсионное обеспечение часто становится поводом для политических сражений между либеральными и социаль-ными партиями, предлагающими различные способы на-полнения пенсионных фондов и использующими пенсио-неров как объект пропаганды в избирательных кампаниях.

Пока нация молода, многочисленные поколения трудо-способных граждан могут содержать поколения, утратив-

94

Национальная экономика

шие трудоспособность. Но по мере увеличения продолжи-тельности жизни без увеличения пенсионного возраста груз, возлагаемый на плечи трудоспособных граждан, уве-личивается все больше.

Европейские и некоторые азиатские нации давно испы-тывают трудности в поддержании достойного уровня жиз-ни пожилых поколений, первоначально сильно завысив его. Теперь государства пытаются изменить пенсионное законодательство, переложив ответственность на частные пенсионные фонды. При этом предполагается, что каждый сам будет «зарабатывать себе на старость» и развивать разнообразные формы страхования на случай инвалидно-сти. Тем самым государство обкладывает своих граждан еще одним налогом, который собирается впрок, но, суще-ствуя в денежной форме, не обеспечен будущим производ-ством товаров.

  • национальном государстве нет необходимости в при-нудительном накоплении. Если вся нация создает свой на-циональный доход, то и вся нация может пользоваться его плодами. Часть средств от этого дохода должна идти на го-сударственные нужды, а часть – на социальные нужды, в которых одно из главных мест занимает пенсионное обес-печение. Пенсия рассчитывается не в денежной форме, а в доле текущего национального дохода. При утверждении бюджета государство должно ежегодно формировать рас-ходы, которые оно может себе позволить на пенсионеров. Распределено может быть только то, что нация заработала
  • истекшем году.

Открытость данных о национальном доходе, налоговой системе, доле бюджетных расходов, направляемых на пен-сионное обеспечение, дает каждому поколению мотив, чтобы стремиться к максимальной отдаче в общенацио-нальном деле – поддержке производителя, повышении эф-

95

Национальный манифест

фективности труда, подавлении бюрократии, тунеядства и воровства.

4.10. Богатство и бедность

Если понимать богатство только как набор материаль-ных благ и возможностей пользоваться разнообразными услугами, то справедливо будет евангельское утвержде-ние, что богатому так же сложно попасть в Царство небес-ное, как верблюду пройти сквозь игольное ушко. Такое бо-гатство идет только во вред личности. Но также вредно и понимание бедности исключительно как недостатка мате-риальных благ. Тогда бедняк может мечтать только о том, чтобы ограбить богатого и занять его место, помыкая те-ми, кто такой захват осуществить не смог.

Чтобы социальный конфликт между богатством и бед-ностью был изжит, необходимо понять, что бедность – об-щая проблема, затрагивающая все слои общества, а пози-тивный смысл частного богатства возникает, когда в нем заложено изживание бедности как таковой. Проще говоря, богатство оправдано, если оно становится источником увеличения хозяйственной мощи нации и способствует ее нравственному и физическому здоровью. Одно дело, когда богатство паразитирует на денежном дефиците и несовер-шенстве финансовой системы, другое – когда оно органи-зует производство, воспроизводя рабочую силу (включая рабочую силу самого предпринимателя) и производствен-ные системы. Одно дело – стричь купоны, другое дело – создавать производство. Первое – форма паразитизма, вто-рое – достойная уважения деятельность.

Богатство – это соблазн, склоняющий предпринимателя отказаться от труда и превратиться в паразита-рантье. От-сюда возникает риск нравственного падения и духовного

96

Национальная экономика

заблуждения, чреватый распадом личности. Соответствен-но предпринимательство – рискованное дело еще и с этой точки зрения. Но наша оценка предпринимателя должна исходить из того, есть ли предпринимателю что терять в духовном смысле. Если он заведомо лишен совести, то ему нечем рисковать – он в духовном смысле оказывается нищим.

Рентные настроения в связи с надеждами на чудесное обогащение опасны тем, что парализуют экономику: биз-несменом становится не организатор производства, а фи-нансист, манипулирующий мнимыми величинами, абст-рактными сущностями. Рентные настроения угнетают лю-бовь к труду, заставляя доверяться финансовым аферистам

  • организаторам разного рода лотерей и маркетинговых пирамид. Массы потенциально трудоспособного населе-ния бросаются в несообразно распухающую сферу обслу-живания роскоши и изощренных услуг, также превраща-ясь в рантье или в их персонал.

Олигархическая модель государства предоставляет возможности экономической активности преимущественно в обслуживании ренты, посредничества, примитивной спекуляции. Рента угнетает труд и делает предпринимательство зависимым от массы паразитических структур. Национальное законодательство должно стать преградой этому злу, возложив дополнительное налоговое бремя на ренту и роскошь, превратив обслуживание праздности в малопривлекательный вид бизнеса.

4.11. Экономический базис национальной элиты

  • ХХ веке произошло смещение в системе ценностей,
  • к элите общества стали причислять не героев и мудре-цов, а богачей и правителей, независимо от их нравствен-

97

Национальный манифест

ных качеств и плодов их деятельности. Формирование «элит» вопреки интеллекту и заслугам повлекло за собой деградацию общественных институтов и заложило осно-ву кризисным явлениям во всех сферах жизнедеятельно-сти человека.

Проблема современных обществ состоит в том, что го-сударственная служба полностью оторвана от интересов нации и государства. Судьба государственного чиновника

  • его материальное благосостояние зависят только от его положения в слое госуправленцев и возможностей участия в коррупционных процессах. Кроме того, госслужба не об-разуется национальной элитой. После крушения аристо-кратий «элиты» – это скорее олигархия, а не первые люди государства, кровно связанные с ним.

Деградация и предательство элит всегда вели к краху государства. Устоять перед различными угрозами государ-ство может, когда элиты вписываются в экономическую модель и имеют в ней законное место, принятое нацией как должное. Либеральная бюрократия создает «элиты», которые включены в экономику только через коррупцию, а сохранение этого положения обеспечивается тотальной пропагандой, убеждающей в справедливости такой орга-низации общества. При этом «элиты» вовсе не заинтересо-ваны в благополучии нации и используют ее в своих коры-стных целях.

Прежняя аристократия получала за свою службу госу-дарю и государству не только должности, но и земли, иму-щество, слуг, рабов. Ее благосостояние зависело от верной службы и ратных подвигов. Если аристократ, дворянин по-гибал в сражениях, его семья не шла по миру, а пользова-лась приобретенными благами. Если представитель ари-стократической элиты уходил от дел по возрасту или по болезни, он не становился нищим: земля, полученная за

98

Национальная экономика

службу, кормила его и его семью. С возникновением мощ-ной индустрии аристократия потеряла экономический ба-зис, а налоги на имущество и наследство уничтожили до-стояние аристократов. Они вынуждены были уступить инициативу чиновникам, которые в трудную минуту цени-ли собственную жизнь выше интересов государства. По этой причине мощнейшие империи утратили устойчи-вость и пали.

Сегодняшняя государственная служба ничем не гаран-тирует положение в элите общества и не дает гарантий се-мье чиновника или офицера. С невероятно разросшимся аппаратом управления такие гарантии и невозможны. По-этому чиновник стремится быть в «элите», превращая службу в род бизнеса, где коррупция является неотъемле-мой частью должности.

Бюрократия предпочитает воспроизводить себя, воз-вышая в каждом департаменте менее талантливые кадры, чем их руководители. Такая кадровая политика заводит управление государством в тупик в течение двух-трех по-колений. Власть временщиков перестает обеспечивать не только страну, но и сам бюрократический слой, который становится все более жестоким по отношению к народу, все более циничным в попрании интересов нации. Все меньше сдерживающих факторов, препятствующих обо-гащению за счет предательства интересов нации. На спо-койную и обеспеченную старость чиновник уже не рас-считывает, стремясь обогатиться немедленно и самыми стремительными темпами.

Чтобы государственная служба формировала настоя-щую национальную элиту, она должна быть сопряжена не

  • денежными поощрениями, а с включением чиновника в экономическую систему общества, от эффективности ко-торой зависит его благосостояние. Восстановление связи

99

Национальный манифест

государственной службы с национальным хозяйством и многократное сокращение госаппарата послужат форми-рованию новой национальной аристократии, получающей статус и материальное обеспечение за службу.

Элита нации, принесшая ей существенную пользу, должна быть «привязана» к акционерным капиталам, вла-дея «золотой акцией» – с правом получать доход, но без права вмешиваться в управление предприятием. Это соз-даст заинтересованность аристократии в развитии нацио-нальной экономики в целом и конкретных национальных предприятий, подкрепит желание служить государству, ко-торое в свою очередь позаботится об обеспечении аристо-кратической элиты.

Доход от предприятия, направляемый чиновнику, дол-жен устанавливаться только в рамках существующих на-логов – как небольшая их часть. При этом никакого уча-стия в управлении предприятиями, никакого распределе-ния «бонусов», никаких прочих поощрений быть не мо-жет. Кроме того, речь идет не обо всем чиновничестве, а только о национальной элите – этой форме современной аристократии, которой много дается, но с нее же многое и спрашивается. Отступление от интересов нации, исполь-зование служебного положения в личных интересах должны быть исключены, а верность нации гарантирова-на помимо факторов воспитания еще и тем, что в случае преобладания личного материальные потери и поражение

  • правах будут катастрофическими.

4.12. Опора на национализм

Говоря о германской экономике, Макс Вебер сформули-ровал общезначимый принцип: задача национальной эко-номики состоит в том, чтобы обеспечить преимущества

100

Национальная экономика

высокотехнологичным производствам перед мелкоторго-вой стихией «восточного базара» и перед финансовой и сырьевой спекуляцией с ее бесконечной коррупцией.

Победа высоких технологий над низкими, высших ти-пов производственных отношений над низшими может быть гарантирована только активной ролью государства в экономике и защитой малого и среднего предприниматель-ства как от вторжения иностранных конкурентов, так и от подавления внутренними монополиями и произволом чи-новников. Устранение государства из этой области означа-ет неизбежный крах нации. Поэтому экономическая поли-тика должна опираться на национализм.

Национальные стратегии экономического развития оп-ределяются традициями производительной деятельности, национальными инженерными и научными школами, ре-сурсным потенциалом каждой отдельно взятой страны. Сверх здравого смысла нет никаких универсальных зако-нов экономики. Любая наперед заданная человеческим ра-зумом закономерность реализуется в национальной моде-ли экономики, где торжествует нация – ее разум и воля, а не олигархия с ее алчностью и страстью к лжи.

101

  1. Служение добру

5.1. Олигархия и религии

Через веру человек постигает абсолютные истины, смысл жизни (зачем жить), в философии он ищет общие представления о себе и о природе (как жить), в науке – фундаментальные и прикладные знания о природе, обще-стве, индивиде (чем жить).

Мировые цивилизации рождены мировыми религия-ми. Современная цивилизация пытается ее отбросить и вместо вопроса о смысле жизни, вместо вопроса «зачем жить» внедряет в сознание людей культ денег. Воинству-ющий атеизм и равнодушный абсентеизм – это средства порабощения наций бюрократией и олигархией. Нацио-нальное самосознание, из которого изъята вера предков, лишается возможности осознавать разницу между сво-бодой и рабством.

Идеи побеждаются только силой других идей. Поэто-му мировая олигархия ведет наступление на мировые ре-лигии подспудно – внедряя заменители религиозного са-мосознания, превращая священные ритуалы в шоу, под-меняя миссию служения Истине рабской покорностью перед якобы непогрешимым авторитетом первоиерархов. Священство и верующих склоняют к признанию «симфо-

102

Служение добру

нии» с погрязшей в пороке властью, говоря, что «всякая власть от Бога». Но забывают добавить, что власть быва-ет Божьей милостью и Божиим попущением за грехи. И второе нельзя принимать как Дар Божий. Когда не помо-гают увещевания, то угрозами и репрессиями понуждают

  • лояльности тех, кто склонен уступить олигархии – лишь бы сохранить возможность совершать религиозные ритуалы.

Путь многих подвижников указывает на возможность обретения Истины в индивидуальном акте спасения. Но это путь единиц, а не миллионов. А сегодня вместо объе-динения нации общей верой нам предлагают ограничить-ся индивидуальным духовным выбором, в котором каж-дый произвольно ищет ответы на вопросы бытия, никак не связывая себя с судьбой страны и ее историей. Подоб-ное извращение духовной жизни касается и священства, становящегося кастой жрецов, оторвавшейся от религиоз-ных корней и смысла своего служения. Разделяя свою жизнь на частную и публичную, они предпочитают про-возглашать на словах вечные истины для других, но не ут-руждают себя следованием этим истинам. В этой среде олигархией всячески поощряется и культивируется стре-мление к материальному достатку и роскоши. Если кто-то из священнослужителей пытается воспротивиться, высту-пать в защиту канонов, его обвиняют в отступлении от ве-ры и изгоняют как еретика.

Материализм, доведенный до фетишизма, стал религи-ей, которую олигархия внедряет повсеместно, подрывая прежде всего мировые религии, ставшие духовной осно-вой исторических наций. Создается «симфония» между церковной и государственной бюрократиями, в которой священству предложена постыдная роль усмирения наци-ональных сил и проповеди безнационального мира. Дру-

103

Национальный манифест

гой стороной процесса разложения мировых религий яв-ляется насаждение культа насилия, отбрасывающего всю глубину вероучения и оставляющего вместо религиозного самосознания только ненависть к «неверным».

Вера, застывшая в пустых словах, умирает в душе. Сло-ва все еще произносятся, но догматам уже не служат. Именно поэтому религиозная риторика, которую пытают-ся брать на вооружение националистические организации, не оказывает воздействия на массы. Пустые слова без под-вижничества никого не трогают.

Народ, дезориентированный религиозными деятелями, теряет возможность избавиться от культа денег и сползает

  • пропасть пошлости, насилия, бессовестности и бесстыд-ства. Люди превращаются в биомассу без культуры и исто-рии, глумящуюся над образцами подвижнической жизни, клеймя ее за религиозный фанатизм. Все эти «индивидуу-мы», отрекшиеся от веры предков, от культурной, полити-ческой и родовой общности, составляют «клуб само-убийц», продавших душу олигархии, не живущих, а гнию-щих в преисподней, которую они сами себе создали на зе-мле. И только бескорыстные подвижники не дают устро-ить ад кромешный для человечества в целом, мешают по-ставить последнюю точку в земной истории и соединить мир человека с царством греха.

5.2. Вера и идея прогресса

Человечеству пришлось пережить кровавые револю-ции и войны, заплатив миллионами жертв, прежде чем для власти денег было расчищено социальное и геогра-фическое пространство, а религиозное мировоззрение подавлено. Начался этот путь от древнейших времен, от бунтарей, отрицавших нематериальное и клеветавших на

104

Служение добру

историю и традицию. Все их помыслы соединились в идее прогресса и догматах Просвещения. Прогресс есте-ствознания обеспечил Европе контроль за всем миром, захват огромных колоний, создание системы мировой торговли. И возникла иллюзия, что помимо науки и тех-ники человечеству уже больше ничего не надо, что имен-но в этом и есть его «естество». И европейские просвети-тели предприняли ревизию всех существующих смыслов общежития, доведя Европу до кризиса религиозного ми-ровоззрения и немыслимого в прошлые века кровопроли-тия. С идеями Просвещения мир вошел в эпоху разруши-тельных революций и войн. На фоне нарастающего мате-риального благополучия стал очевиден закат современ-ной цивилизации.

Один из пропагандистских штампов, выработанных ли-бералами и коммунистами, объявляет Средневековье вре-менем мракобесия, «темными веками», продымленными кострами инквизиции. В действительности именно в эту эпоху под воздействием мировых религий сложились су-ществующие ныне цивилизации, охватившие страны и континенты. Именно тогда произошло становление само-бытного духовного мира и самобытных способов произ-водства, присущих этим цивилизациям и предопределив-ших их развитие. Тогда же стали складываться социаль-ные и политические общности, в конечном счете создав-шие великие государства и великие нации, несущие на се-бе и поныне основное бремя мирового экономического развития и сохранения мировой культуры.

На почве различных деклараций, питавшихся идеями так называемых гуманистов, возникла идеология либера-лизма. Выдвинутые ею лозунги свободы, равенства и братства были подменой смыслов и дьявольским соблаз-ном, прикрытым заботой о человеке. Разоблачение поро-

105

Национальный манифест

ков буржуазного либерализма стало причиной появления нового соблазна – пролетарского интернационализма и коммунизма, которые идейно повторяли большинство идей Просвещения, переиначивая их на свой лад и про-славляя крах наций и государств как пролог «светлого бу-дущего».

Объявляя от имени международной партии пролетари-ата войну буржуазной собственности, буржуазному об-ществу и эксплуатации, коммунизм, как и либерализм, имел в виду стремление к земному счастью, которое вы-ражалось в сытости и праздности. Но, в отличие от ло-зунгов либеральных и их призывов к царству справедли-вого народного правительства, с которого начинали свой путь по миру в поисках счастья «демократы», признаком пролетарского счастья была провозглашена будущая все-мирная ассоциация индивидов, в которой «свободное развитие каждого является условием свободного разви-тия всех».

Что принесли человечеству два призрака, рожденные мятежным сознанием безбожников, – либерализм и ком-мунизм? Не прошло и двух столетий после провозглаше-ния истин либерализма, как в тех странах, где ему уда-лось овладеть массами, господствующие высоты оказа-лись в руках олигархии. Не потребовалось и ста лет ком-мунистического господства в странах, где людей вдохно-вили коммунистические идеи, как власть в этих странах была присвоена бюрократией, партноменклатурой. Надо ли напоминать, что сталось с идеями либерального сча-стья при олигархии, до какого уродства были доведены идеи пролетарского счастья под управлением коммуни-стов?

Попытка вытеснить религиозное сознание наукой не уда-лась ни либералам, ни коммунистам. Попытка подменить

106

Служение добру

веру в Бога верой в политическую идею, опустошила души людей и не привела ни к чему разумному и долговечному. Наука без системы ценностей, утвержденной в веках, ис-черпала свои возможности. Идеологии выродились в догма-тический формализм фальшивых «ценностей» и фиктив-ных процедур, имитирующих народную поддержку издева-тельствам над здравым смыслом. Автономия человека от Бога не состоялась. Она лишь отделила человека от того, что спасало его в прежние эпохи: религии, нравственности, семьи, нации.

Общества, не связанные подвигом веры, созерцанием традиции, переживанием исторического прошлого, еди-ными представлениями о грехе и добродетели, неизбежно идут к своему краху. Будущее принадлежит тем, для кого вера, Отечество, нация, честь, долг, любовь выше земных благ и самой жизни.

5.3. Вера и знание

Крупнейшие ученые мира, основатели классической и современной науки были почти все без исключения веру-ющими. И только те, кто стремился ниспровергнуть тра-диционное общество, противопоставляли веру и научное знание. В действительности вера и знание дополняют друг друга. В сознании человека они не существуют раз-дельно, поскольку знание добывается откровением, оза-рением, актом творчества. Религия создает творческий порыв и нравственный мотив научной деятельности. Ре-лигия создает условия для любви к знаниям, уважения к учености. Не случайно монастыри были центрами хране-ния знаний, а первые университеты не мыслили образо-вание без теологии. Классическая система образования предусматривала понимание основ религии, традицион-

107

Национальный манифест

ная мораль передавалась подрастающим поколениям в семье – через приобщение к религиозному ритуалу и ос-новным догматам веры. Современность кичится своим уровнем образования, своими знаниями о мире. В дейст-вительности отделение образования и науки от религии привело к духовному отупению и деградации культурно-го уровня. Слой ученых, создающих и поддерживающих современный уровень техники и технологии, стреми-тельно сужается. Уравнительные демократические про-цедуры грозят сделать основную массу граждан чужды-ми глубинам знания. И тогда рухнут не только моральные устои, но и вся инфраструктура цивилизации, обеспечи-вающая жизнь более сытную и безопасную, чем во вре-мена, предшествовавшие индустриальной и научно-тех-нической революции.

Олигархия стремится к тому, чтобы оторвать образова-ние и науку от религии, развести пути Богопознания с ми-ропознанием. Она заинтересована в том, чтобы манипу-лировать малограмотными рабами, заставляя людей по-треблять «продукцию» СМИ. Тем самым олигархия, за-полняя сознание граждан «пустой породой» своей пропа-ганды, лишает их элементарных знаний о мире и о самих себе. Мир под руководством олигархии катится в про-пасть невежества и краха всех достижений человечества последних веков.

Жизнь и мир человека извечно разделены на добро и зло. История человечества всегда была схваткой между добром и злом. Но отдельному человеку не всегда дано определить, где пролегает граница в этой схватке. Блуж-дание в сумерках порой заводит человека в стан врага Божьего и человеческого. И сегодня чаще, чем когда-ли-бо, потому что истина современному человеку открывает-ся не на полях сражений и не в кельях мудрецов. Враг ро-

108

Служение добру

да человеческого стал изощреннее и хитрее, изобрел но-вые соблазны, предлагая взамен истины лукавое умство-вание и славу ученых званий, взамен подвигу – почести, воздаваемые по должности, взамен результатов труда – жалование и развлечения. Средства массовой информа-ции насаждают жизненные стереотипы, разрушающие личность и погружающие человека в порок. В центре его ценностей оказывается не Бог, не цели нравственного со-вершенства, не духовный или ратный подвиг, а блажь раз-вращенной натуры.

Либералы и коммунисты, отвергая религию, паразити-руют на прежних достижениях мысли и на деятельности сложившихся в прежние эпохи научных школ. В своих собственных прогнозах, политических и экономических стратегиях они постоянно терпят поражение, но цинично объясняют все проблемы и кризисы, которыми сопровож-дается их деятельность, объективными обстоятельствами. Бюрократия, поглотившая обе по видимости альтернатив-ные, но в действительности родственные концепции, ис-пользует их для одурачивания избирателей, предлагая им выбирать между «левыми» и «правыми», не меняя при этом ничего по существу. Фактически такой выбор лиша-ет граждан возможности задуматься о смысле жизни и подчиняет гибельной политике жрецов «золотого тель-ца». И только духовно очищенное и просветленное знание позволяет увидеть за играми партий козни олигархии. По-этому задача националистов – каждого в отдельности и всех организаций националистов – приобщаться к вере и знаниям лично и склонять к этому других. Это один из важнейших компонентов формирования национального мировоззрения и борьбы с диктатурой олигархии. Одухо-творенная верой мысль творит будущее и оберегает нации от разрушения.

109

Национальный манифест

5.4. Солдаты империй

Религия не проповедует смирения перед злом и непроти-вления злу. Религия требует смирения перед Богом. Поэто-му мировые религии создают империи. Нации, замкнувши-еся в себе, не ставящие себе общемировых задач, не ищу-щие союзников в государственном и культурном строитель-стве, быстро уходят в небытие. Нации, имеющие мироуст-роительные задачи, определяют будущее человечества.

Государственный идеал националистов – это государ-ство-нация и государство-империя. Империя – высшая форма царства, объединяющего в своих границах боль-шую часть самобытной цивилизации, охватывающей родственные народы. Империя – это земное царство, по-строенное по небесным заветам.

Глобалисты хотят единства мира без наций, хотят по-строить свою империю, в которой вместо национального ядра будет сатанинская секта, поклоняющаяся «золотому тельцу». Чтобы восторжествовать, глобалисты стремятся опорочить в глазах людей саму идею империи, представ-ляя ее не хранителем цивилизации и распространителем веры, знания и культуры, а поработителем народов. Они хотят, чтобы нации не сплачивались, не объединялись, а бесконечно дробились – до той степени, пока мировой олигархии не будет противостоять всего лишь одинокий и жалкий индивид. Мир без империй – это мир всеобщего рабства, мир умирающих наций, культур, цивилизаций. Это мир без будущего.

Глобализм стремится разорвать связь народов с их ду-ховными и культурными истоками. Ему нужен хаос, а империи не позволяют рассыпать мозаику наций, раздро-бить их. Тем самым империи препятствуют гибельным процессам, столь выгодным мировой олигархии.

110

Служение добру

Каждый, в ком не умерла искра Божья, может стать солдатом Империи. Быть воином – удел сильных духом людей, не поддавшихся дьявольским соблазнам и иску-шениям, возлюбивших ближних, как самих себя, посвя-тивших жизнь тому, ради чего не страшно умереть. Ми-лосердие и мужество составляют честь солдат Империи, сопротивление злу силой – моральный долг.

Настоящий национализм отличается тем, что знает вы-сшую меру всего, он понимает мироустройство, следуя не за жрецами, а за Богом. Такое служение освещает путь всем нациям и народам. Тот, кто пытается упростить свою жизнь, чураясь ответственности служения и усилий самообразования, рано или поздно впадает в заблужде-ние. И с путей, ведущих нации к благу и утверждению высших истин, переходит на пути, проторенные сатаной для ленивых, нелюбопытных и глупых. Там – гибель лич-ности, нации, государства.

Нейтралитет невозможен, невозможно уклониться от схватки, которая проходит через твое собственное сердце. Теплохладное отношение к схватке, которая как будто про-исходит не с тобой, а где-то в стороне, – то же самое, что сочувствие злу.

Мы можем знать о «своих» и «чужих» по делам. Одни служат Богу и нации, другие им не служат. Одни рискуют собой: своей жизнью, благополучием, карьерой – и стре-мятся к результату. Другие подменяют результат обеща-ниями, которые никогда не выполняются, ложью, покры-вающей их истинные цели. «Чужих» изобличает беспло-дие в делах нации и чрезвычайная активность в делах личного обогащения.

Олигархия повсеместно насаждает бесчувствие и равно-душие, стремясь убить в людях даже саму мысль о добре, а с нею и мысль о Боге. Порожденные олигархией «прагма-

111

Национальный манифест

тики» вялы и скучны в сравнении с теми, кто сражается за веру и Отечество, кто искренне стремится к добру и благу для своих ближних: семьи, рода, нации. Противостояние злу – это путь воина. Только воитель остается свободным и не покоряется диктатуре олигархии. Эта жизненная пози-ция не имеет ничего общего с революцией. Первый рево-люционер – сатана. Солдат Империи – из другого войска, из тех, кто живет заповедью «спаси и сохрани». Чтобы вос-становить, а не разрушить, чтобы обустроить, а не разо-рить, нужен не только духовный порыв, но и высокий про-фессионализм, знания и дисциплина, а также способность объединять людей, используя их сильные стороны. Единст-во духа сильнее любого партийного формализма, но дух обретает силу в организованности, в сотрудничестве еди-номышленников, а не в бесплодных мечтаниях.

Надежда на бунт не может принести никаких плодов. Только рухнувшее государство слабее взбунтовавшейся толпы, а это крайняя степень упадка. Государственная власть должна быть сильнее любой другой силы, чтобы отстоять суверенитет и не позволить авантюристам по-дорвать его. Когда армия, полиция, чиновничество не за-хотят противостоять своему народу во имя интересов куч-ки олигархов, это и будет означать переход власти к наци-оналистам – без разрушительного бунта, без утраты госу-дарственности.

Солдатам Империи нет нужды тащить народ на барри-кады и ратовать за гражданскую войну. Победа придет к тому, кто не обманом, а духом и разумением поведет за со-бой людей. Олигархия, прежде чем лишиться власти, должна быть лишена поддержки в глазах большинства лю-дей, трудом которых живет государство. Слово правды подрывает несправедливость гораздо сильнее, чем бунту-ющие толпы, которые не видят грани между добром и

112

Служение добру

злом и лишь мстят без разбора. Нация, отбросив ложь оли-гархии, неминуемо победит. И эта победа даст ей правите-лей, способных созидать национальное величие и творить будущее нации.

Стать солдатом Империи – значит, вступить в простран-ство, в котором ведется непрерывный бой за Истину. Это борьба прежде всего с самим собой – с собственными со-блазнами и предрассудками. Первая победа – это победа над собой, открывающая глаза: где законы Божьи, а где за-коны, навязанные людям бюрократией и олигархией – зем-ными агентами сатаны.

Поле боя – душа человека. Заглянуть в свою душу и со-отнести себя с абсолютными, вечными ценностями – не-просто. Духовная работа происходит через преодоление себя, через усилия мысли и через деятельность. Прекра-тить усилия, пугаясь громадности задач, стоящих перед человечеством и отдельным человеком, – это капитуля-ция. Националист должен быть солдатом Империи – дей-ствовать, понуждать себя и других к добру, справедливо-сти и благу. Приобретая глубокие знания, мы лучше пони-маем друг друга и можем действовать в одном направле-нии. И тогда солдаты Империи соединяются в армию, ут-верждающую высшие истины в земном существовании наций и государств.

Стремление к частному материальному успеху в конце концов оставляет человека в дураках, показывая ему: что было успехом – является провалом, что казалось триум-фом – было добровольным принятием рабского клейма. Только познание смысла жизни и борьба за Истину делает человека свободным, способным побеждать

113

  1. Там, где правит нация

6.1. Искоренение олигархии

Олигархия добровольно не уступит своих позиций, да-же если отдельные ее представители осознают пагубность своей роли и включатся в дело освобождения наций. Оли-гархия до своего смертного часа будет стремиться потре-бить возможно больше материальных благ, совратить как можно больше душ материальными соблазнами. Она пой-дет на любые подлости и зверства, лишь бы сохранить по-рочную систему. И, даже издыхая, олигархия будет стре-миться утащить в небытие народы и государства, оставляя после себя только мрак пустоты.

Все это означает, что нациям придется выдержать жес-точайшую войну, проводимую против них самыми совре-менными средствами уничтожения – теми, что направле-ны на изменение сознания, превращение унылого раба в радостного идиота, довольного своим положением. Этому оружию нации могут противопоставить силу Правды и Добра и объединение тех, кто органически не приемлет олигархии и навязанных ею жизненных стандартов, кто готов противостоять олигархии словом и делом.

Изничтожение олигархии необходимо осуществить прежде всего в той сфере, где она стремися угнездиться

114

Там, где правит нация

особенно прочно, развертывая свою инфраструктуру, по-рабощая ею нации под прикрытием демократических ло-зунгов и псевдонаучной экономической риторики – в сфе-ре финансов. Необходимо выстроить экономическую сис-тему, в которой торговля деньгами и денежными суррога-тами запрещена, а финансовые институты лишь обслужи-вают реальный сектор экономики. Запрет на сделки, в ко-торых не участвуют товары, реквизиция капиталов, нахо-дящихся в ростовщическом и спекулятивном обороте (вне инвестиционного процесса), расчленение монополий и пе-ревод государствообразующих производств под контроль нации – вот тот перечень минимальных мер, который дол-жен быть обеспечен. Уничтожение олигархии внутри госу-дарства – это и недопущение монопольного захвата внут-ренних рынков и природных ресурсов. Создание даже не-значительных препятствий свободному обращению това-ров и услуг (за исключением подпадающих под государст-венное регулирование: наркотические вещества, оружие и т.д.) должно рассматриваться как покушение на свободу граждан. Захват рынков «удешевленными» продуктами питания (с заменой натурального продукта на суррогат-ный) должно рассматриваться как покушение на здоровье граждан.

Уничтожение олигархии в каждой отдельной стране за-висит от готовности наций к сопротивлению своим пора-ботителям и степени деградации международной олигар-хии. Каждая нация должна найти свой путь освобождения.

6.2. Разбюрокрачивание

Победить бюрократию гораздо сложнее, чем олигар-хию. Бюрократия опирается на пороки человечества, разнузданные в ХХ веке с особой силой и уничтожив-

115

Национальный манифест

шие моральные устои целых поколений. Бюрократия не была бы возможна без готовности многих людей обслу-живать ее, подобострастно заглядывая в глаза любому чиновнику.

Если общество развивается, если оно экономически свободно и поддерживает свою традицию, не позволяя по-рушить общественные институты, если сохраняется кол-лективная форма выработки значимых решений, то чинов-ничество не может переродиться в бюрократию. Но как только в обществе возникает трещина, когда возникают споры по поводу того, кто будет пользоваться плодами развития национальной экономики, бюрократия возвраща-ется вновь. Пока идет схватка между «левыми» и «правы-ми», ортодоксами и реформаторами, бюрократия расцве-тает пышным цветом и поглощает все противоборствую-щие стороны.

Законодательство, созданное либеральными и «левы-ми» парламентскими партиями, имитирует справедли-вость, оставляя в реальной жизни лишь произвол чинов-ника, утратившего смысл своей службы. Абсурдное зако-нодательство может быть исправлено и заменено разум-ной правовой системой только националистами. При этом чиновничество должно быть лишено права законо-дательной инициативы в сфере политического и эконо-мического устроения общества.

Борьба с бюрократией в стратегическом плане требует формирования власти, полностью независимой от чинов-ника. На вершине власти нация должно утвердить либо верховного арбитра, которым может выступать монарх или представляющий народ верховный правитель, либо коллегиальное народное представительство. Все эти вари-анты непротиворечивы и могут совмещаться в одной сис-теме государственного устройства и управления. Власть

116

Там, где правит нация

народного представительства должна быть заведомо выше власти любого чиновника.

Для исключения бюрократизации народного представи-тельства требуется прежде всего преодолеть догму о пря-мом и тайном голосовании избирателей за тех людей, о ко-торых они лично ничего не знают и вынуждены пользо-ваться выдумками, которые им навязывают в избиратель-ных кампаниях. Все голосования должны быть открыты-ми. Вышестоящие представительные органы должны из-бираться выборщиками, которым делегировано право из-бирать: от тех, из кого сформирован нижестоящий уровень представительства.

Вопросы установления правил и норм работы местного самоуправления, политической и экономической конку-ренции решаются без участия чиновника.

Второе условие преодоления бюрократии – отделение чиновника от общества и резкое сокращение численности чиновников. Современные средства коммуникации и ком-пьютерные программы учета позволяют содержать ком-пактный госаппарат, в десятки раз меньший, тот, который сегодня вынуждены содержать своим трудом граждане. Сокращение численности чиновничества должно сопро-вождаться введением строгих регламентов их деятельно-сти, а также четким определением: чиновник обязан дей-ствовать строго по закону, а исполнение противозаконной инструкции должно расцениваться как соучастие в право-нарушении. Напротив, для гражданина обязателен только закон и решения народных собраний, утверждающие ус-ловия местного общежития. Установления исполнитель-ных органов власти к ним не должны иметь никакого от-ношения и издаваться только для чиновников. Статус чи-новника – только деятельный исполнитель, имеющий право отдавать распоряжения только своим подчиненным

117

Национальный манифест

  • только на основании закона. Принимают решения толь-ко те, кому это доверено народом. Вмешиваться в процесс законотворчества чиновнику должно быть строжайше за-прещено.

Третье условие – уничтожение всех корпораций чинов-ников, даже тех, которые имитируют общественную жизнь. Чиновник должен исполнять свою функцию и не иметь никаких иных взаимоотношений с сослуживцами, помимо определенных должностной инструкцией. Родст-венные связи, деловые контакты в госаппарате и других системах управления страной должны быть исключены. Владеть собственностью чиновник имеет право только в размерах, необходимых ему для поддержания определен-ного стандарта жизни. Всё сверх того должно поступать для хранения или использования специально созданными государством учреждениями.

Уничтожение корпораций чиновников должно начаться с ликвидации профессиональной корпорации судей, кото-рая в силу либеральной догмы поставила судей вне крити-ки и закона, стала самым удобным инструментом обслужи-вания олигархии и бюрократии. Справедливый суд в таких условиях невозможен, поскольку народное понятие о спра-ведливости не проникает в сознание судей, независимых от народа и его традиций. Суд должен формироваться гражда-нами, имеющими необходимый жизненный опыт и знания, которых общество привлекает на судебный процесс в по-рядке исполнения общественной обязанности. Судить должны добропорядочные граждане, состав суда должен формироваться на каждый судебный процесс по тому же принципу, как ныне формируются коллегии присяжных за-седателей. Споры между предпринимателями должны ре-шаться третейским судом, формируемым самими спорящи-ми сторонами и предпринимательскими союзами.

118

Там, где правит нация

Скорый и справедливый суд возможен только при упро-щении законодательства, его кодификации и внимании к прецедентам, которые соединяют право с жизнью. При-дется пересмотреть тысячи бесполезных и даже вредных законов, принятых за последние полвека, а рассмотрение проблемных ситуаций и принятие решений по ним отне-сти к компетенции общин, сформированных гражданами по месту жительства.

Подавление бюрократии и «закручивание гаек» в отно-шении общественных отношений, препятствующих раз-витию нации, должно сопровождаться возвращением гра-жданам широких политических прав и свобод, которые позволяют им вступать в открытые дискуссии и выражать свое мнение. Для этого силовые структуры должны быть лишены какой-либо политической функции и направлены исключительно против внешней угрозы и уголовной пре-ступности, а средства массовой информации (прежде все-го общенациональные каналы телевидения) сначала наци-онализированы, а потом переданы в управление общест-венным советам.

  • такой системе аппарат чиновников будет служить об-ществу, а за верность и преданность нации чиновнику и его семье будет гарантирован достойный уровень жизни как при исполнении возложенных на чиновника обязанно-стей, так и после ухода в отставку.

По мере разоблачения и демонтажа бюрократии, ее ста-вленники будут использовать самые бесстыдные методы, дабы сохранить свои властные полномочия. Бюрократия готова выстраивать международные отношения с другими странами, захваченными олигархией, так, чтобы воору-женные силы из этих стран могли прийти ей на помощь и «гуманитарными интервенциями» отнять суверенитет у освобождающейся нации. Поэтому национальным силам

119

Национальный манифест

потребуется решимость в борьбе с корпорацией чиновни-ков, готовность пресекать их солидарные действия, напра-вленные против интересов нации.

Уничтожение бюрократии и недопущение ее возникно-вения требует от нации повседневных усилий. Закон прево-сходства нации над бюрократией – это закон ее развития.

6.3. Нейтрализация интеллигентского нигилизма

Если нация монолитна и может направлять экономиче-ские и социальные новации на созидательные цели, а не на распри религиозного или идеологического характера, то она крепнет и развивается. Если возникающие проти-воречия между новациями и традициями невозможно на-править в конструктивное русло, то возникают центро-бежные силы, разрывающие устои нации и разделяющие общество. Эти силы поддерживаются мировыми олигар-хическими кланами, которые пользуются космополитиз-мом и беспочвенностью ориентиров социальных групп, переставших ощущать под собой опору в отечественной истории, традиции, вере. Олигархия подкармливает ниги-лизм своими ресурсами.

  • каждом обществе появляются нигилисты, отвергаю-щие устоявшиеся нормы и традиции. Но только ХХ век дал нигилистам невиданный простор для разрушительной деятельности. Многие интеллектуальные силы в ХХ веке приобрели место в обществе исключительно на эксплуата-ции разрушительных лозунгов, на пропаганде антинацио-нальных теорий и проповеди веры в «золотого тельца».

Эпоха освобождения наций должна загнать опасных беспочвенных фантазеров в информационные резервации

  • избавить общество и государство от их тлетворного воз-действия. Только тот, кто связан со своим народом через

120

Там, где правит нация

семью, веру, службу, а также землю и имущество, вклю-ченные в воспроизводство нации – ее материальных и ду-ховных богатств, – должен определять, какие идеи распро-страняют средства массовой информации.

Расколы нации по религиозному или социальному принципу постоянно организуются силами, которые в этом видят свою выгоду и миссию. Поэтому духовное здоровье нации должно находиться под надежной защи-той, а массовое распространение информации не должно пропагандировать произвольно явившееся частное мне-ние, идущее вразрез с моралью и традицией. Само обще-ство должно контролировать свое состояние и пресекать попытки раздробления на непримиримые группировки. Нация должна выбрать из своих рядов самых авторитет-ных людей для цензурных комитетов, призванных пресе-кать пропаганду нетрадиционных культов, алчности, эго-изма и безнравственности.

По той же причине национальные силы должны поста-вить под контроль систему образования. В эту систему должны быть включены ведущие средства массовой инфор-мации, которым определены основные функции: информи-ровать, просвещать, образовывать, воспитывать. Система школьного образования вместе с семьей должна формиро-вать из ребенка полноценного гражданина, способного жить самостоятельно и отвечать за свои поступки. Именно через систему образования необходимо закладывать в соз-нание людей понимание ответственности каждого за состо-яние нации, неприемлемости уклонения от выполнения об-щественных обязанностей и уступок олигархии. Система образования должна преподносить детям в школьные годы выверенные стандарты религиозных, исторических, лите-ратурных, естественнонаучных знаний, необходимые для самостоятельной жизни умения; молодым людям в вузах и

121

Национальный манифест

университетах – научные знания мирового уровня и основ-ные методики их творческого применения.

Воспроизводство нации можно обеспечить только при условии образования нового слоя профессуры и учитель-ства, который формируется из лиц, склонных к данной профессии и владеющих необходимыми знаниями и навы-ками. Этот слой, обогащенный национальным мировоз-зрением, способен воссоздать нацию, в которой не будет «потерянных поколений» и брошенных на произвол судь-бы социальных групп, не будет нигилистов, ненавидящих свою страну с младых ногтей. Учитель и профессор долж-ны создать из массы дезориентированных детей и моло-дых людей нацию новой эпохи – нацию творцов и труже-ников, руководимую национальной элитой.

6.4. Собирание нации

Будущее нации зависит от ее духовных и физических сил, от глубины единства, численности нации, ее здоро-вья, интеллекта, качества жизни, творческого потенциа-ла, мощи национальной экономики, обороны, правильно-сти стратегических решений государственной власти и эффективности повседневного управления.

Кому Бог даровал возможность видеть глубину общест-венных и экономических процессов, кто получил необхо-димые знания, тот приобретает и более высокую ответст-венность перед своим народом и нацией – служить нации на государственной гражданской или военной службе, участвовать в органах народного представительства, доби-ваться справедливости в судах в роли народного предста-вителя. Не будет служения – не будет и нации.

Служение находится в глубоком противоречии с инте-ресами олигархии, бюрократии и беспочвенной и безрод-

122

Там, где правит нация

ной интеллигенции. Эти враги нации обозначены в струк-туре современных обществ достаточно отчетливо, и при-надлежность тех или иных личностей к этим силам выяв-ляется с высокой степенью достоверности. Это облегчает националистам определение своего противника и задачу собирания собственных сил. Все, что ослабляет нацию и усиливает олигархию и бюрократию, все, что способству-ет отвлечению нации от ее насущных задач и захвату соз-нания людей идеями и образами, не имеющими ничего об-щего с интересами нации, означает сотрудничество с вра-гами нации в пособничестве силам зла.

Если частный интерес возобладает над национальным, то, выйдя за пределы своего дома, каждый столкнется с ужасающей действительностью: разгулом преступности и нищетой, бесправием и неволей, обманом и аморализмом. Даже сохранив иной мир в стенах своего дома, гражданин не избавляется от погружения в жизнь, полную страданий. Его потомки обречены испытать муки, которые приготовле-ны пассивными уступками врагам нации. Поэтому сбереже-ние нации является общим делом, прямо связанным с инте-ресами каждого, кто в состоянии осознать эти интересы.

Как только нация перестает видеть высшие цели своего земного существования – утверждение добра и справедли-вости, – взамен им внедряются цели временные, недостой-ные, а порой и просто губительные, она отдает себя под контроль олигархии, выжимающей из нее последние соки. Поэтому тот, кто хочет жить в благополучной стране, обя-зан встать в ряды национальных сил, оказывать им по-сильную помощь в деле защиты, сбережения и развития нации. Националисты, собирая нацию, концентрируя ее духовный, творческий и трудовой потенциал, готовят ус-ловия к тому, чтобы нация обрела свободу, а ее поработи-тели потерпели сокрушительное поражение.

123

  1. Национальное единство

История человечества объединила людей сначала в бес-численные племена, затем в несколько тысяч народов, за-селивших континенты Земли. Народы, сливаясь или обо-сабливаясь, создали политическую форму своей самоорга-низации – государство. Когда государственные дела стано-вились общим делом всех, возникали нации. Связь между народами сохранялась через великие культуры, объеди-нявшие многие государства в цивилизации. Исторические нации, предопределявшие путь человечества, создавали великие государства, великие империи. Разрушителем им-перий становится глобальная олигархия, стирающая с кар-ты мира государственные границы, нивелирующая культу-ры, попирающая исторические достижения наций.

История человечества была историей столкновения го-сударств, мировая политика – столкновением интересов правителей и стоящих за их плечами закулисных групп.

  • век стал эпохой войн между нациями, которые помимо своей воли столкнулись в тотальной войне. Появление оружия массового поражения вынудило человечество пе-реосмыслить многие формы соперничества, заставило от-казаться от тотальных войн. Но появление глобальной фи-нансовой системы и мировой олигархии привело к новым формам войн, которые ведутся теперь не между нациями, а против всех наций. Разложение моральных основ обще-ства, деградация культуры, этнические мятежи, измена правительств, подрыв экономической самостоятельно-

124

Национальное единство

сти – эти и другие методы олигархии направлены на то-тальное подчинение наций внешнему управлению.

Эпоха столкновения наций оставила для олигархии удоб-ный инструмент их порабощения – бюрократию, эпоха Прос-вещения – космополитическую интеллигенцию, сплоченную ненавистью к Традиции. Практичный материализм прежних исторических периодов в системе управления, образования, воспитания переродился в тотальную утопию единообразно-го управления человечеством на основе универсальных принципов. Главным принципом, скрытым за гуманистиче-ской риторикой, оказался принцип тотальной лжи и амора-лизма, разлагающий национальное самосознание.

Олигархию, бюрократию и интеллигентов-космополитов страшит свободная мысль, которую они постоянно хотят оболгать, а национально мыслящих людей устрашить, пода-вить полицейским или судебным насилием.

Чтобы поработить нации, их изолируют от традиций и знаний, обрабатывая психику людей повседневной пропаган-дой. На решение этой задачи брошены огромные ресурсы, сконцентрированные грабежом, коррупцией, финансовыми махинациями. Но на стороне националистов – сила правды, которая неизбежно берет верх в борьбе за умы. Несмотря на насилие глобальной олигархии, сознание наций сильнее вла-сти денег, а построенная на этой власти система пожирает са-ма себя. В свою могилу она стремится утащить и все челове-чество. И только национализм противостоит этому всеобще-му «концу истории», открывая нациям новую эпоху – эпоху свободы, достоинства и процветания.

Что могут противопоставить национализму его про-тивники?

Вместо власти идей – тиранию доктринеров, вместо власти закона – деспотизм бюрократии, вместо долга и че-сти – беспощадную, кровожадную диктатуру денежных

125

Национальный манифест

мешков. Таков характер политических, экономических и духовных отношений, насаждаемых олигархией.

Наглость, жестокость, коварство, догматизм – вот основ-ные черты современной бюрократии, растаптывающей на-циональные интересы, богатеющей на измене и коррупции.

Цинизм вместо веры, «прогресс» вместо культуры, «мо-дерн» вместо традиции, варварство вместо цивилизации – таковы подмены «постмодернистской» космополитиче-ской интеллигенции.

Чего хотят они – эти жрецы и надсмотрщики «мирового порядка»? Они хотят перемешать народы, упразднить госу-дарства, отбросить в прошлое национальный суверенитет, убить высокую культуру, опошлить человеческие отноше-ния, стереть духовный мир человека. Их цель – всемирное рабство под управлением интернациональной олигархии.

Задача национализма – нанести поражение олигархии, отнять у нее экономический и политический базис, пода-вить бюрократию и сделать чиновника слугой нации, за-щитить духовную свободу от болезнетворных измышле-ний беспочвенной интеллигенции.

Война, развязанная олигархией против наций, должна быть стимулом для национальной консолидации и совме-стной борьбы наций против порабощения. Объединению олигархий следует противопоставить союз суверенных на-ций, глобализму – национализм.

Олигархия не сдерживается никакими моральными ог-раничениями или юридическими условиями. Это жесто-кий и коварный враг, который не знает пощады. Он никого не щадит, а значит, и сам не достоин пощады.

Национализм выкорчует это мировое зло. Ангелы вос-трубили, отметив начало новой эпохи – время борьбы на-ций за свободу.

Воля нации вместо диктатуры олигархии!

 

126

Оглавление

  1. НАЦИИИОЛИГАРХИЯ……………………………3

1.1.Интервенциязла ……………………………3

1.2.Господствобюрократии ………………………5

1.3.Олигархическийкульт ………………………..7

1.4.Методыпорабощения ………………………..9

1.5.Иллюзииисуррогаты ……………………….12

1.6.Альтернатива……………………………..13

  1. К ИСТОРИИ ПОЛИТИЧЕСКИХ УЧЕНИЙ

ИХОЗЯЙСТВЕННЫХПРАКТИК …………………….16

2.1.Обладаниебудущим   ………………………..16

2.2.Эволюция«свободы» ………………………..18

2.3.Крах«справедливости» ………………………21

  1. 4. Смыкание противоположностей . . . . . . . . . . . . . . . . . . .24
  1. 5. Противостояние нации и тоталитарной

бюрократии ………………………………26

  1. 6. «История обществ» – история борьбы . . . . . . . . . . . . . .31
  1. 7. «Открытое общество» – новый

маркетинговыйход …………………………33

2.8.Национализм–путьсвободы ………………….38

  1. НАЦИОНАЛИЗМ И ЕГО ИДЕЙНЫЕ ПРОТИВНИКИ . . . . . . . . . . 41

3.1.Пониманиенации    ………………………….41

3.2.НацияиИмперия      ………………………….45

  1. 3. Национальное самосознание – арена

борьбыДобраиЗла …………………………48

127

  1. 4. Истинный и ложный национализм . . . . . . . . . . . . . . . . . 52
  1. 5. Олигархия и аристократия, демос и охлос . . . . . . . . . . . 54
  1. 6. Конструктивное и деструктивное . . . . . . . . . . . . . . . . . 57

3.7.Законность……………………………….58

3.8.Национальнаяиерархия………………………59

3.9.Проблемынародонаселения……………………60

3.10.Смутаглобализма ………………………….62

4.НАЦИОНАЛЬНАЯЭКОНОМИКА …………………….65

4.1.«Свободныйрынок» …………………………65

4.2.Деньгиитовар      ……………………………68

4.3.Протекционизм ……………………………74

4.4.Национализмиглобализм …………………….77

4.5.Национальнаяэкономика …………………….79

4.6.Государственноеустроение …………………..83

4.7.Налогиинациональныйдоход ………………….85

  1. 8. Собственность, земля, производство . . . . . . . . . . . . . . .90

4.9.Пенсионноеобеспечение   …………………….94

4.10.Богатствоибедность ………………………96

4.11. Экономический базис национальной элиты . . . . . . . . . . .97

4.12.Опорананационализм ………………………100

5.СЛУЖЕНИЕДОБРУ ……………………………102

5.1.Олигархияирелигии    ……………………….102

5.2.Вераиидеяпрогресса ………………………104

5.3.Вераизнание …………………………….107

5.4.Солдатыимперий …………………………110

6.ТАМ,ГДЕПРАВИТНАЦИЯ ……………………….114

6.1.Искоренениеолигархии ……………………..114

6.2.Разбюрокрачивание ………………………..115

6.3. Нейтрализация интеллигентского нигилизма . . . . . . . . 120

6.4.Собираниенации     …………………………122

7.НАЦИОНАЛЬНОЕЕДИНСТВО ……………………..124

128

Национальный

 

манифест

Москва

 

2009

 

  • А. Н.Савельев
  • С. П.Пыхтин
  • И. М.Калядин

© Издательство «Клиония»

ISBN 978−5−9900737−4−6

Издательство «Клиония»

109029, Москва, Михайловский проезд,

д. 3, строение 13

www.nmanifest.ru

Подписано в печать 27.08.2009.

2−е издание, дополненное

Формат 60х90/16

Печать офсетная

Тираж 1000 экз.

  1. Нации и олигархия

1.1. Интервенция зла

Мировая война не закончилась, когда замолчали пуш-ки. Она лишь отступила в тень, прикрывшись миролюби-вой риторикой и гуманными намерениями. Агрессор сме-нил стратегию: вместо физического истребления народов

  • государств он занялся уничтожением народной души, рассудка политиков, разума мыслителей, веры, верности, любви, чести – всего, что составляет достоинство чело-века и складывает из отдельных людей нации. Убивая дух нации, агрессор стремится остановить историю, за-держать ее в тот момент, когда ему удалось подчинить и обратить в рабов самые свободолюбивые и творческие народы. Имя агрессору – мировая олигархия. Сущность ее – мировое зло.
  • тиши кабинетов и вдали от фронтов мировых войн, а затем и «холодной войны», занявших весь XX век, под по-кровом пропагандистской перестрелки «противополож-ных формаций», отвлекавшей нации от преодоления ре-альных проблем, был подготовлен новый план-заговор, по которому сложившаяся в ХХ веке мировая финансово-по-литическая олигархия и ее сторонники в господствующих группировках ведущих мировых держав пытаются обеспе-

Национальный манифест

чить свое доминирование, подавляя нации и разрушая су-веренитет государств.

Против свободы наций сегодня ведется мировая вой-на с целью утверждения, сохранения и усиления господ-ства олигархии, в которой наемные отряды лицемерных писак и циничных демагогов применяют самые изощ-ренные, вероломные и подлые приемы и методы, высту-пая под знаменами с лозунгами «общечеловеческих цен-ностей», «здравого смысла», «любви к свободе». Когда эти виртуальные армии исчерпывают в конце концов средства воздействия, их сменяют финансовые и торго-вые агенты, призванные обращать в прах экономический потенциал стран, которые они выбрали в качестве жерт-вы, или, если представляется подходящий момент, при-зываются оккупационные вооруженные силы. Послед-ние вступают в дело, чтобы железом и кровью, уже окон-чательно, утвердить в той или иной точке земного шара «безграничную справедливость», не останавливаясь и перед широкомасштабным, устрашающим использова-нием «литого свинца».

Не «ценности», «смысл» и «свободу» несут народам новоявленные спасители человечества. «Гуманитарные» интервенции уже несколько десятилетий оборачиваются по отношению к народам, «освобождаемым» от «средне-вековья», «тоталитаризма» или «отсталости», беспощад-ной эксплуатацией, обнищанием, утратой независимости, закабалением и оккупацией. «Горячие» войны сохрани-лись как дополнительное подкрепление «гуманитарных» операций; они носят кратковременный или локальный ха-рактер. Зато не прекращаются ни на день, ни на минуту и приобрели перманентный и всеобщий характер информа-ционные войны, объектом которых являются массовое со-знание, мировоззрение, образ жизни.

4

Нации и олигархия

1.2. Господство бюрократии

Бюрократия узурпирует политическую власть, отбрасы-вая исторические традиции служилого сословия, для кото-рого интересы нации и государства были превыше всего. Крупнейшие корпорации, переходя от производства к рос-товщичеству и спекуляции, превращаются в плутократию, присваивающую себе практически весь прибавочный про-дукт, создаваемый предпринимательским сословием и трудом наемных работников. Бюрократия и плутократия, порабощая нацию, заставляя ее жить без развития, терпеть монополизм и нелепые правовые установления, создают олигархию – власть немногих, венчающую пирамиду но-вого рабовладельческого порядка. Вместе с узким слоем либеральной интеллигенции олигархия, используя любые методы принуждения, стремится заставить нации при-знать свое господство и подчиниться своей идеологии – глобализму.

Ни монархическая, ни республиканская формы правле-ния не сумели противостоять перерождению чиновниче-ства и воспрепятствовать захвату этой новоявленной кас-той основных рычагов управления. Государству, предста-вляющему собой в сущности политически организован-ное общество, невозможно обойтись без органов управле-ния. В естественном порядке самоуправляющиеся струк-туры общества остаются самодеятельными и самодоста-точными и не вмешиваются в дела высших государствен-ных институтов. Но с ослабеванием ведущих сословий на место главенствующего слоя общества стремится чинов-ничество, а самоуправляющиеся институты ослабевают и исчезают.

Так случилось, что нации, рожденные из гражданской солидарности, самоуправления и «ежедневного плебисци-

5

Национальный манифест

та», были сначала брошены в мясорубку мировых войн, а потом, когда цвет наций был погублен, когда на фронтах полегли верные сыны своих Отечеств, бюрократия захва-тила власть и открыла путь для образования мировой оли-гархии. XXI век показал, что не имело значения, под каки-ми лозунгами – либеральными или под социалистически-ми – произошло порабощение наций. Различия между ре-жимами нивелировались, мировая олигархия стала оче-видной реальностью.

Если чиновник использует свои должностные полномо-чия для личного обогащения, игнорирует идеалы и инте-ресы нации, если чиновничество становится корпорацией

  • внутренней «этикой» и солидарностью, отличной от об-щегражданской, все формы правления сводятся к одной – бюрократической. Пораженная вирусом коррупции и из-мены, бюрократия стремится присвоить себе монополию на власть и уйти от ответственности перед народом, на-родным представительством, национальной элитой и госу-дарем. Наиболее циничная часть бюрократии в ХХ веке монополизировала управление государственными актива-ми, обратила их в свою собственность.

Две мировые войны и продолжавшаяся более полуве-ка «холодная война», в которые практически были втяну-ты все государства планеты, довели этот процесс до ло-гической развязки – до формирования глобальной оли-гархии. Пока нации изводили друг друга на фронтах больших и малых войн, бюрократия действовала под-спудно, но в «холодной войне» ослабленные нации были принуждены бюрократией к существованию в режиме чрезвычайного положения. Это позволило многократно увеличить численность чиновничества и свести к мини-муму роль народного представительства. Нация стала во всем зависимой от бюрократии. Напротив, кредитные ин-

6

Нации и олигархия

ституты приобрели невероятную самостоятельность, подмяв под себя производящие отрасли и превратившись из обслуживающих институтов в главенствующие. Пока бюрократия держала нации в узде, жрецы «золотого тельца» образовали глобальную финансовую систему, а вместе с ней сложилась в нынешнем виде и глобальная олигархия.

После распада социалистического лагеря стан глобали-стов расширился за счет бюрократии компартий, присво-ившей себе национальное достояние прежних социали-стических государств. Мировая олигархия готова рекрути-ровать в свои ряды изменников самых разных идеологиче-ских направлений. Сдача национальных интересов и соз-дание «открытых» экономик, легко разграбляемых глоба-листами, происходили в расчете на участие изменников в мировом олигархическом «клубе». Чем решительнее про-исходил разрыв с собственной нацией, тем больше шло сближение с мировой олигархией.

Выход крупных капиталов из-под контроля наций, сращивание бюрократии с ростовщичеством и развора-чивание невероятной пропагандистской машины, обру-шившей на человечество комплексы и фантазии либе-ральной интеллигенции, привели к образованию самой грозной и жестокой силы – альянса глобалистов, решив-ших, что утверждение их господства означает «конец ис-тории» и закрепление сложившегося порядка до сконча-ния веков.

1.3. Олигархический культ

  • ветхозаветных времен «золотой телец» источает со-блазны, порабощающие людей. ХХ век, отрекшись от тра-диций, спалив в мировых войнах и революциях старинные

7

Национальный манифест

обычаи и моральные нормы, превратил поклонение «тель-цу» из верования тайной секты в открыто исповеданную «религию». Народы и государства уверились, что можно построить свое благополучие, управляя денежными пото-ками. Все, кто не поклоняется культу денег, выставляются теперь как дикари или ретрограды.

Развитие средств коммуникации обеспечило новоявлен-ным жрецам широчайшие возможности для пропаганды своей «веры». Средства массовой информации стали их главным оружием. Свобода слова утонула в потоках славо-словия «золотому тельцу» и в проклятиях, высмеивании и лжи в адрес тех, кто еще не поклонился ему. Свобода сло-ва обернулась свободой обслуживать власть и принимать от нее знаки уважения и денежное вознаграждение. Бюро-кратия и «свободная пресса», отбросив сентименталь-ность и порядочность, утверждают новые эталоны поведе-ния людей, необходимые для формирования олигархиче-ского капитала. Деньги становятся единственным крите-рием успеха и достоинства личности.

Олигархия неизменно опирается на «левые» идеи (то социалистические, то либеральные), чтобы соблазнить людей теоретической возможностью делить национальное достояние на всех поровну или присваивать себе его несо-образно большую долю в разного рода частных авантю-рах. В обоих случаях – соблазн состоит в том, чтобы мень-ше трудиться и больше потреблять. В результате нация производит все меньше, а львиная доля потребления при-ходится на олигархические кланы. Тем временем пропа-ганда превращает граждан в холопов, лишенных возмож-ности распоряжаться своей судьбой, а всех, кто выступает за государственные интересы, за сохранение и развитие нации, обвиняют в самых немыслимых и отвратительных замыслах: в стремлении к физическому истреблению лю-

8

Нации и олигархия

дей и даже к развязыванию войн, в которых должно погиб-нуть все человечество. Так вор кричит: «Держите вора!», чтобы самому ускользнуть от ответственности.

Средства массовой информации, подконтрольные плу-тократии или правительствам «свободных держав», их исполнительным комитетам, последовательно и постоян-но дискредитируют и шельмуют священников и филосо-фов, мыслителей и писателей, политиков и обществен-ных деятелей, публицистов и полководцев, идеологии, доктрины и партии – словом, всех, кто открыто выступа-ет за честь и достоинство своего народа, и всё, что спо-собствует национальному самосознанию. Для этого хо-роши любые средства: заткнуть рот, запугать, ограничить или лишить возможности участия в общественной дея-тельности, создать непреодолимые препятствия в ис-пользовании печати, телевидения или радио, сфабрико-вать вздорные обвинения.

Бюрократии, плутократии и олигархии выгодно одоб-рять или поощрять деятельность только тех публичных деятелей, которые обслуживают их интересы и морочат людям головы давно выхолощенными и безнадежно ус-таревшими политическими лозунгами, идеями, концеп-циями и догматами. Сегодня в новой пропагандистской упаковке нациям навязывают некоторые политические теории XIX века, которые теперь совершенно лишены связи с действительностью и служат только одному: дез-ориентации граждан.

1.4. Методы порабощения

Главный противник мировой олигархии – народы и на-ции с их религиозной и культурной самобытностью и го-сударственными интересами. Ей же удобны только атоми-

9

Национальный манифест

зированные индивиды, не способные к самоорганизации и тем более к сопротивлению своим поработителям. Поэто-му олигархия враждебна любым проявлениям народной самобытности, национальных идеалов и государственных интересов. Именно этим объясняется повсеместное сти-мулирование ею миграции: оседлые, коренные народы, со-здавшие государства и национальные правительства, она, где только ей это удается, «разбавляет» переселенцами с иной культурой, требуя от «туземцев» по отношению к ним «толерантности». Между тем толерантность – это от-каз от собственной народной и национальной идентично-сти и усвоение некой «общечеловеческой морали», прием-лемой для олигархов. Но какая мораль может быть у тех, кто принципиально аморален?

Государства, сохранившие национальную идентич-ность и политическую независимость, отстаивающие су-веренитет и экономическую самостоятельность, являются для олигархии первейшими врагами. В то время как из по-рабощенных олигархией стран формируются агрессивные коалиции и развязываются войны против суверенных го-сударств, подконтрольные ей СМИ обеспечивают необхо-димую агитацию и пропаганду, обосновывая и оправдывая творимую несправедливость.

Эпоха Просвещения обещала свободный мир всем, но свобода досталась лишь немногим. Избирательные систе-мы превратились в инструмент бюрократии, которая пред-лагает гражданам выбирать между «плохим» и «очень плохим». Такова ее версия свободы.

То же самое происходит и в экономике. Для порабоще-ния народов созданы законы, подавляющие как экономи-ческое, так и политическое развитие. Разработанные меж-дународными организациями «всемирные правила торго-вли» стали подавлять национальное предпринимательст-

10

Нации и олигархия

во. Преференции получил бизнес, призванный размывать национальную природу собственности и национальные границы. Перемещение дешевых трудовых ресурсов при-вело к подавлению традиционных отраслей производства, подорвало моральные устои предпринимательства и отно-шений между работником и работодателем, разрушило трудовую этику. Рабский труд – малокультурный и мало-производительный – сочетается с монополией, позволяю-щей использовать самую современную технику, чтобы ис-ключить ученого, инженера и мастера из процесса произ-водства. Целые отрасли национальных экономик жертву-ются в пользу «отверточных производств». Транснацио-нальные корпорации, принадлежащие олигархии, злоупо-требляя искусственным правом интеллектуальной собст-венности, присвоили все технические достижения, накла-дывая запрет на их использование и тем самым препятст-вуя прогрессу.

Политика при такой организации хозяйственной жизни неизбежно приобретает имитационный характер. Для под-держания в народах убежденности в том, что их прави-тельства отстаивают государственные интересы, олигар-хия то и дело инициирует публичные кампании под патри-отическими лозунгами и развязывает локальные войны с заведомо предрешенными результатами, оправдывая свою деятельность патриотической риторикой и требованиями свободы и справедливости для всего мира. При этом леги-тимируются марионеточные правительства, во всем по-слушные секте «золотого тельца» и интересам олигархии, которая присваивает богатства, создаваемые потом и кро-вью порабощенных народов.

Чтобы держать народы в покорности, олигархия ис-пользует старое как мир средство – удовлетворение низ-менных запросов масс. «Хлеба и зрелищ» – эта формула

11

Национальный манифест

проверена веками. В наше время бои гладиаторов на аре-нах заменили спортивными соревнованиями и шоу на ста-дионах и на телеэкране. Сытый голодного не разумеет, и ему кажется невозможным наступление трудных времен для него самого. Голодный же, получая «пайку» хлеба, го-тов забыть, что этой подачкой у него покупают право рас-поряжаться всеми богатствами не только нынешних, но и будущих поколений, лишают нацию даже минимального шанса на достойное существование. Разложение нации материальными соблазнами ведет ее к культурному и эко-номическому упадку, к демографической катастрофе, к ут-рате государственности.

1.5. Иллюзии и суррогаты

Круг тех, кто имеет доступ к колоссальным ресурсам – практически ко всему, что создано человечеством или об-наружено им в земных недрах, – замкнулся. Капиталы на-ращиваются за счет ростовщического оборота и спекуля-ции, предметом которой являются готовые товары и при-родные ресурсы. Этот «бег по кругу» сплотил мировую олигархию, которая сама или через своих агентов в стра-нах, где управление считается демократическим, вращает-ся вместе с капиталами, перетекая из политики в экономи-ку и обратно, конвертируя власть в деньги и за деньги по-купая власть.

Псевдодемократические процедуры навязываются на-родам, а за кулисами политической сцены, превращенной

  • балаган, процветает олигархическое правление, не ста-вящее мнение народа ни в грош. Иллюзия «свободного рынка» и «демократии» призвана обеспечить легальные формы расхищения национального достояния и порабо-щение производственного капитала, который вынуждают

12

Нации и олигархия

отдавать ростовщикам, посредникам и спекулянтам прак-тически весь прибавочный продукт. Реальный сектор эко-номики, занятый непосредственно производством, вос-принимается олигархией как нечто чужеродное, что до по-ры приходится лишь терпеть. Но при любом удобном слу-чае создается необходимая законодательная база, отнима-ющая у этого «крепостного» современности все, что он су-мел накопить и что смог заработать.

Грабитель, ненавидя ограбленного, будет публично лить слезу умиления, объясняя публике, собравшейся у эк-ранов телевизоров для очередного «промывания мозгов» и уже отвыкшей отделять правду от лжи, как он старается для всеобщего блага. Собственное производство, нацио-нальная независимость и государственный суверенитет оказываются меньшей ценностью, нежели рекламные сур-рогаты – товарное изобилие магазинных прилавков, иллю-зия демократического курса «партии власти», материаль-ные признаки растущего индивидуального благополу-чия… Все это есть в ведущих странах мира, и все рухнет

  • одночасье, как это уже было в истории человечества, чтобы закулисные игроки могли проклясть своих против-ников и начать свою игру снова.

1.6. Альтернатива

События XX века дали возможность человечеству рас-статься с иллюзиями, которые очаровывали его на протя-жении последних трех столетий. Просвещение, капита-лизм, социализм, либерализм и прочие фантомы рассыпа-лись в прах. Этот период завершился, поставив человече-ские сообщества перед проблемами иного времени. Воз-никли непримиримые противоречия между олигархией и бюрократией с их алчностью, своекорыстием и тщеслави-

13

Национальный манифест

ем, стремящимися к мировому господству, с одной сторо-ны, и народами и нациями с их святынями, заповедями святых, заветами предков, жизненными интересами – с другой. Это конфликт всемирного масштаба, в котором нации сталкиваются с тотальной информационной вой-ной, которую под флагом глобализма развязала олигар-хия. Нациям не остается ничего иного, как ответить на этот вызов.

Некоторые нации вступили на путь осознания пагубно-сти сложившейся системы и пытаются обособиться от олигархического глобализма. Они создают реальную экономику, чтобы народ имел возможность развивать материальную и духовную культуру, передавая ее буду-щим поколениям. В других нациях это осознание косну-лось лишь небольших групп интеллектуалов или пред-принимателей, задумавшихся о причинах столь больших трудностей в организации простейших хозяйственных институтов. Это только обозначившиеся ростки нового – предвестники масштабного процесса освобождения. По-ка же идет проба сил, поиск опоры в политических и ре-лигиозных концепциях, открытие грядущих управленче-ских решений. Становится все очевидней, что денежные знаки крайне трудно и даже невозможно обратить в по-лезные продукты. Это просто бумага или электронные записи! Если кто-то научился манипулировать ими с вы-годой для себя, это еще не значит, что подобный про-цесс, в основе которого нет ничего, кроме спекуляции, может длиться бесконечно долго. Рано или поздно эко-номическая и общественная модель, альтернативная олигархической, будет успешно представлена человече-ству и покажет свою жизненную силу. После чего она будет востребована народами, не утратившими волю к свободе и суверенитету.

14

Нации и олигархия

  • начавшейся борьбе, стратегическими высотами ко-торой являются прежде всего сознание, чувства и на-строения людей, самым эффективным и сокрушитель-ным оружием неизбежно будет выступать национальная идеология. Она должна раскрепостить нации – труд и капитал, честь и достоинство, творчество и дух.

С целью вооружения национальных патриотов пони-манием современности и представления средств дости-жения победы над олигархией подготовлен данный Ма-нифест.

15

  1. К истории политических учений и хозяйственных практик

2.1. Обладание будущим

Предсказание будущего – одна из фундаментальных за-дач человеческого разума, стремящегося постигнуть зако-номерности природы и общества. Людям всегда хотелось знать будущее, выводя его из логики истории и повседнев-ного опыта, чтобы планировать свою жизнь. Чем основа-тельнее прогноз, чем глубже он прослеживает грядущие события, тем успешнее деятельность тех, кто понял суть текущих явлений, познал причины поведения людей, про-никся духом эпохи, выяснил закономерности историче-ских процессов.

Теории общественного развития всегда стремятся вы-строить некую систему, которая, подобно классической физике, становится истиной, не подлежащей пересмотру в своих основах и применимой всюду, за исключением ка-ких-нибудь экзотических случаев. Будущее логично выво-дится из универсальных принципов и законов. Огромный массив исторических событий сжимается до нескольких кратких формул, которые берутся на вооружение полити-ками и общественными объединениями. Дальнейшее сжи-

16

К истории политических учений и хозяйственных практик

мание теории в руках политических практиков изгоняет из нее рациональность, оставляя лишь приверженность конъ-юнктуре, апелляцию к эмоциям, расчет на впечатление. Осколки теории у циников всех времен (начиная от антич-ных киников) служат одному – соблазну, которым полити-ки пытаются привлечь публику, ожидающую чуда быстро-го обогащения, и клевете в адрес оппонентов. Что же каса-ется научной истины, то через нее переступают в угоду интересам разнообразных групп и кланов. Научность и си-стемность отодвигаются в сторону, когда пропагандист-ская машина призывается, чтобы насадить выгодные ко-му-то идеи.

Открытое противостояние в XX веке либеральных и со-циалистических идей создало иллюзию, что никакое иное миропонимание не может всерьез претендовать на конку-ренцию с двумя мировоззренческими подходами. Тради-ция вместе с национализмом, казалось, отошла в прошлое,

  • за свое видение будущего борются только мировые сис-темы: капитализм и социализм. Все остальное предлага-лось считать «мраком Средневековья», пережитками про-шлых эпох. И даже сами нации и государства, возникшие в эти эпохи, представлялись лишь фигурами на шахмат-ной доске, где великое противостояние решает, каким бу-дет мир.

Гроссмейстерам «нового времени» казалось, что все сыгранные до них партии ничего не стоят, что в них не бы-ло ни мастерства, ни системы, ни научного подхода. На де-ле же оказалось, что в противостоянии систем забылись и их фундаментальные основания: декларации о правах че-ловека и гражданина и труды отцов-основателей либе-рального лагеря, с одной стороны, и «левая» идея «царст-ва свободы» для трудящихся, преодолевших отчуждение от средств производства, с другой стороны. Даже сама со-

17

Национальный манифест

циальная «архитектура» наций и государств, в рамках ко-торых все эти идеи вызревали и получали популярность, была признана анахронизмом.

2.2. Эволюция «свободы»

Либерализм мы знаем по его современным лозунгам, но аналогичные лозунги существуют с древних времен. Тогда демократические государства одним мыслителям казались воплощением идеи свободы от какой-либо регла-ментации жизни (включая семью и мораль), другим – ха-оса, беспорядка, бессмысленности. Рабы были частью на-селения, по отношению к которой вообще не могло суще-ствовать никакой морали и лишь самые примитивные правовые установления. Там, где рабство было малозна-чительным институтом, возникали режимы, которые те-перь принято считать «тоталитарными». Если Платон строил теорию идеального государства, во многом опира-ясь на опыт Спарты, то для множества современных ему

  • более поздних мыслителей этот опыт был, напротив, не-приемлем, ибо теснил свободу личности. До нашего вре-мени Платон числится среди «тоталитарных» мыслителей за свои идеи, которые интегрировали Традицию и опыт его эпохи.
  • Античности анализ Аристотеля выявил государства-олигархии, основанные на власти немногих, которые пра-вят в своих частных интересах, а свои богатства ставят вы-ше статуса аристократии, военной доблести, мудрости, гражданского мужества. Власть денег в олигархиях прево-сходила власть Традиции, что демонстрировало вовсе не борьбу партий «демократов» и «недемократов», а более фундаментальное мировоззренческое противостояние – между культом денег и культом героев, подвижников, муд-

18

К истории политических учений и хозяйственных практик

рецов и тружеников. Идеальное государство, с точки зре-ния Платона и Аристотеля, исключает как олигархию, так

  • демократию. Платон называл демократов распутниками, скупердяями, наглецами и бесстыдниками, рабами своего каприза, живущими ради удовлетворения нечистых жела-ний. Но рассматривал и олигархию как наихудшую форму правления, отдавая предпочтение аристократии и монар-хии. Аристотель писал, что демократии чаще всего выро-ждаются в олигархии, а затем и в тирании, что хорошо прослеживалось на примере родных ему Афин. «Правиль-ными» формами государства он считал монархию и ари-стократию, а затем – смешанные формы, где соединялись разные типы правления. В наиболее жизнеспособных ре-жимах сочетались элементы монархии, аристократии и де-мократии (политии). Это было важное теоретическое от-крытие древних мыслителей, которым современные нам правители пренебрегли, предпочитая власть денег или ти-ранического диктата.

Средние века восстанавливали власть Традиции после масштабного краха Античности, наступившего, когда гражданам стало нечего защищать, не за что бороться, когда материальный интерес консолидировал паразити-ческие слои населения и разрушил духовное единство – основу государственности Рима, а потом Византии. Впоследствии Россия, принявшая на себя миссию духов-ного центра христианства, противостояла культу денег, но материальный интерес продолжал свое разлагающее действие, возвышая материальные ценности над духов-ными.

Древние мыслители, опиравшиеся на традиции, ставили общественное Благо выше частной Свободы. Новое время ввело понятие о «свободе», которая якобы является единст-венным вожделением общества, и все развитие общества

19

Национальный манифест

ведет к расширению свобод. Эпоха Просвещения соедини-ла понятие «свободы» с личностью, в которой свобода буд-то бы, только и могла быть реализована в полной мере. Всякая социальность, возникающая до частного выбора личности, признавалась порочной, отчего предшествую-щая история становилась обузой и подлежала дискредита-ции. Гуманисты мечтали о временах, когда последнего ца-ря можно будет удавить кишками последнего попа. Идея Прогресса противопоставлялась Традиции. В государстве видели только чудовищного Левиафана, власть которого неизбежна только потому, что люди от природы мечтают перебить друг друга.

Французская революция показала, что навязчивая идея, превращенная пропагандой в идеологию, на прак-тике воплотилась в кромешный ад – террор и насилие. Невероятные человеческие жертвы либеральных (буржу-азных) революций многократно превысили все издержки монархических и аристократических государств, осно-ванных на Традиции. Гимн Разуму, который звучал из ря-дов просветителей, был заглушен грохотом войн и крика-ми казненных. «Общественный договор», который чу-дился им как основа счастливого общества, нигде не об-рел жизненной формы, «естественное право» нигде не утвердилось. Либерализм лишь дал алчности новый им-пульс, освободив ее от подчинения традиционной мора-ли. Разум и рассудок торжествовали только там, где цар-ствовал частный интерес, творивший несправедливость, позволявший жить за счет других, обманывать и превра-щать людей в рабов.

Либералы обычно с большим уважением относятся к методологии марксизма и многое заимствуют из него. По-литэкономия социализма и либерализма имеют общий ис-точник – идею интернационального рынка. Социализм ви-

20

К истории политических учений и хозяйственных практик

дит в нем возможность захвата власти пролетарскими пар-тиями, либерализм – партиями транснациональных корпо-раций. Прославление Марксом и Энгельсом прогрессив-ной миссии буржуазии стало частью теоретического дог-мата либерализма, ставшего пропагандистским инстру-ментом олигархии во второй половине ХХ века. Вывод о ненужности и даже вредности государства также переко-чевал из марксизма в либеральные учения современности.

2.3. Крах «справедливости»

Свобода оказалась кровожаднее Традиции, отчего на свет начали появляться идеи, ставящие во главу угла Справедливость. Противостояние все менее привлека-тельным идеям либералов, превозносящих частный успех

  • авантюристов, идущих по головам неудачников, выли-лось в требование коллективной свободы – освобождения от «пут» нации и государства. Общественная солидар-ность, укорененная в Традиции и Государстве, теперь под-менялась классовой солидарностью на основе общего со-циально-экономического статуса. Если Просвещение оп-ровергало Традицию, то социалистические учения начали опровергать порожденный Просвещением буржуазный порядок. Но в этом опровержении места Традиции и тра-диционной морали не нашлось. Платон точно оценил от-ношение между либеральной олигархией и теми, кого марксисты потом назвали пролетариатом: «Богатство раз-вратило душу людей роскошью, бедность их вскормила страданием и довела до бесстыдства».

Наибольшая глубина социалистических идей была дос-тигнута в марксизме, где отрицание будущей ведущей ро-ли буржуазии было дополнено прогностической идеей о неизбежной и закономерной смене социально-экономиче-

21

Национальный манифест

ских формаций. От первобытнообщинного строя – к рабо-владению, затем к феодализму, которому на смену прихо-дит капитализм, а за ним начинается эпоха социалистиче-ских революций и построение коммунизма. Переходу к новой формации предшествует появление передового об-щественного класса, который призван преодолеть накоп-ленные в прежней формации противоречия между произ-водительными силами и производственными отношения-ми. Смена формации означает отбрасывание прежних от-ношений, мешающих развитию производительных сил, и установление новых отношений.

  • этой историософской конструкции изначально при-сутствовал дефект: уверенность в том, что в земном суще-ствовании можно построить идеальное общество, которо-му не нужно ни государство, ни социальная иерархия, ни нация. В этом смысле марксизм радикально разрывал с Традицией и даже полагал этот разрыв принципиальной закономерностью исторического процесса.

Марксизм утверждал, что очередная смена формаций не за горами, потому что родился на свет «могильщик» капитализма – рабочий класс с его «пролетарским интер-национализмом». Коль скоро капитализм не обеспечивал наемным рабочим даже рабского существования, то про-летариату «нечего терять, кроме своих цепей». Пролета-рий, разламывая революцией прежние отношения, дол-жен был уничтожить частную собственность и в конце концов ликвидировать государство. При этом «реакцион-ные народы» должны были погибнуть во всемирной про-летарской революции. Классовая солидарность делала на-роды не нужными для реализации любимых идей маркси-стов. Интернационализм стал одной из ключевых догм социализма. Теория отмирания государства роднила со-циалистов и либералов: интернационализм и свободные

22

К истории политических учений и хозяйственных практик

мировые рынки соединены в общих для тех и других иде-ях глобализма.

Пропагандистским замыслом марксистов была опора на материальный соблазн, обращенный к массам. Им до-казывалось, что достаточно отречься от своего государ-ства, от своей веры, достаточно истребить «эксплуата-торские классы», чтобы жить богато и трудиться в меру желания. Сначала предполагалось вознаграждение каж-дому по труду, а при коммунизме – по потребностям, вне зависимости от труда. Критерий воздаяния «по труду» и критерий разумных потребностей так и не был опреде-лен. Да это и не предполагалось, поскольку марксизм со-здавал сказку о чудесном обогащении и праздности, о земном рае для тунеядцев. Тем же соблазном были зара-жены не только пролетарии, но и образованные слои об-щества, которому еще только предстояло стать нацией и

  • полной мере освоить свою традицию. Вместо этого об-ществу было предложено мечтать о Справедливости и Свободе.

Соблазны материального обогащения разъединили на-род, противопоставив классовые интересы и доведя отно-шения между классами до ненависти и вражды. В этой схватке была отброшена ответственность перед царствую-щими династиями и честь аристократии. Результатом кро-вавых схваток за «светлое будущее» стало вовсе не торже-ство «революционных» трудящихся или «контрреволюци-онных» капиталистов и помещиков, а перетекание власти

  • руки бюрократии.

Основанные на весьма узком эмпирическом материале, идеи марксизма оказались актуальными лишь в течение очень короткого исторического периода. Они стали не столько теорией, сколько пропагандой, смущающей умы народов, рвущихся к знанию. Революции XIX и XX веков,

23

Национальный манифест

затеянные под знаменами компартий (начиная с Париж-ской коммуны), опровергли сами себя, доказали несостоя-тельность марксизма. Марксизм сохранил значимость лишь как критика издержек капитализма и методология анализа простейших экономических отношений. Он осла-бил жизнеспособность мировых цивилизаций, но не опро-верг ни гуманистических иллюзий Просвещения, ни фун-даментальных ценностей Традиции.

Человечество увидело, как социализм топтал Тради-цию и уничтожал социальные слои, охваченные либе-ральными и социалистическими мифами. Жертвы «ре-ального социализма» многократно превысили жертвы буржуазных революций. Социализм надорвал жизнен-ные силы многих народов. И поэтому мир увидел крах социалистической системы, оказавшейся не способной переступить через догматы марксизма и ответить на вы-зовы времени. Научный коммунизм, марксистская фило-софия, исторический материализм – все это оказалось ненаучным и нежизненным.

Наемные рабочие не только не стали передовым клас-сом, создающим более эффективные производственные отношения, но и не сложились в нечто единое. Мировые войны показали, что историческими субъектами остают-ся народы и государства, но не классы. Там, где социа-лизм победил и догмы марксизма стали новой «религи-ей», он отдал власть в руки бюрократии – партийной но-менклатуры, миссия которой состояла в одном: в сдержи-вании нации в ее духовном и политическом становлении.

2.4. Смыкание противоположностей

Мутация либеральных взглядов в ХХ веке привела к сближению с социализмом и заимствованию у него ряда

24

К истории политических учений и хозяйственных практик

идей. Либеральный социализм, зачатки которого при-шлись на довоенную эпоху, расцвел к концу ХХ века и полностью впитал в себя обе концепции. Либерализм, ут-ратив прежний пафос защиты свободы личности, «социа-лизировался» – сделал ставку на многочисленные соци-альные программы. Социализм стал высшим принципом свободы, либерализмом в действии, призванным раскре-постить пролетариат, представив большинству некую «усредненную свободу». Либерализм, признав значи-мость некоторых социалистических принципов, стал бо-лее изощренным в своей лжи о сущности общества и че-ловека. После краха социалистического лагеря либера-лизм унаследовал от поверженного противника не только материальные ресурсы, но и идеологию, которую адапти-ровал к целям мировой олигархии. Фикции демократии дополнились фикциями социального равенства и социаль-ного партнерства. Институты демократического и либе-рального социализма приняты на содержание олигархии, предпочитающей контролировать все идеи и все общест-венные течения, перекупая лидеров, идеологов, мыслите-лей, оскопляя общественную мысль, где только возможно.

Либерализм и социализм, различаясь в декларируемых целях и ценностях, едины в стремлении уничтожить госу-дарства и нации, соединить их в одно общество с едины-ми для всех «общечеловеческими ценностями». Для этого приходится отрицать национальные и цивилизационные различия, считая их пережитком, а любые различия между людьми – негативными факторами, подлежащими устра-нению. Обе по виду противоречивые идеологии едины в одном – в противостоянии религиозно-философскому ми-ровоззрению, отражающему национальное самосознание.

Либерализм, как и социализм, калечит рассудок челове-ка. Если социализм создает личность, целостность которой

25

Национальный манифест

полностью зависит от коллектива и политического догмата, то либерализм видит идеал в личности с расщепленным со-знанием – мультикультурной и не связанной ни с одной че-ловеческой общностью постоянными узами. Либерализм и социализм отрывают человека от семьи, нации и морали.

  • либерала семья – нечто временное, от нации можно в лю-бой момент отречься, а мораль – химера. У социалиста се-мья – нечто второстепенное, нация – нечто преходящее, а мораль за пределами партийной догмы отсутствует.

Либерализм, как и социализм, лукав. В нем «общече-ловеческое» – лишь пропагандистский трюк. Всеобщая свобода оборачивается свободой ограниченного числа субъектов, которым предоставляется монопольное право повсеместно оборачивать свой капитал. Глобализация нужна олигархии для того, чтобы отработанная ею мо-дель закрепощения народов и наций стала универсаль-ной и получила распространение во всем мире. Капитал олигархии нигде не должен встречать сопротивления своим разрушительным планам. Поэтому любое госу-дарство, отстаивающее национальные интересы и веду-щее независимую политику, объявляется врагом, «импе-рией зла», пособником терроризма. Врагом для олигар-хии является все, что связано со свободным существова-нием наций, а значит, все, что сохраняет традиционный духовный уклад, верность историческому пути, проч-ность моральных императивов.

2.5. Противостояние нации и тоталитарной бюрократии

Бюрократия всегда желала получить пожизненные права на ведущую роль в государстве и стремилась сде-лать свое положение независимым от воли монарха, ари-

26

К истории политических учений и хозяйственных практик

стократии, народа. Именно это толкало бюрократию ис-пользовать изъяны в общественном устроении госу-дарств для укоренения своей власти. Интриги во дворцах то и дело выплескивались на улицы столиц, где взбудора-женные люди искали справедливости. Плоды побед неиз-менно переходили к правящим кланам, а толпу усмиряли подачками: временными послаблениями режима, мало-значащими реформами, броскими лозунгами. В результа-те бюрократия только крепла и умножалась численно, со-здавая себе инструменты для захвата национального дос-тояния и безудержного обогащения. Бюрократический контроль за государственным аппаратом, национальным имуществом, госбюджетом применял самые изощренные методы унижения народа.

Ответное сопротивление народа могло опираться толь-ко на высшую аристократию – духовную и военную силу, призванную быть опорой государства и монарха, стремя-щегося передать своему наследнику процветающую страну. Поэтому силы революционного террора нашли в бюрократии тайного союзника. Если революционеры де-лали ставку на убийство монарха и публичную дискреди-тацию аристократии, то бюрократия вела свою разруши-тельную работу подспудно и пыталась «украсть» у ари-стократии ее народ: плела интриги в правящих кругах, доводила тяготы управления до абсурда, дезинформиро-вала, заводила в тупик реформы и т.д. Политические тео-рии, представлявшие этот процесс как борьбу классов, могли быть только на руку бюрократии. Их утопизм оча-ровывал образованные слои общества, мутил сознание масс и давал бюрократии перспективу всевластия, не ско-ванного никакой традицией.

Революционный пафос либерализма опирался на стре-мление убрать с дороги аристократию с ее этикой служе-

27

Национальный манифест

ния своему народу и Государю. Бюрократия, используя ин-тересы промышленников (или, как их охарактеризовали в прошлом веке, буржуазии), рвалась к власти, чтобы пере-строить все отношения в обществе и сделать морально оп-равданной безудержную наживу и присвоение всех ре-зультатов промышленной революции. Это желание накла-дывалось на становление политических наций. Многие буржуазные революции были одновременно и националь-ными – избавляющими от зависимости от других госу-дарств. Неспособность «третьего сословия» осознать свою миссию как лидера нации, неспособность совмес-тить Традицию и Модернизацию привели к захвату лиди-рующих позиций ростовщиками и спекулянтами. Одни торговали деньгами, другие перепродавали готовые това-ры и сырье. Иные не гнушались торговать и живым това-ром – людьми. При этом гуманистические ценности Прос-вещения стали догматом, ради которого железом и кровью усмирялись обездоленные социальные слои и колонизуе-мые территории.

Революциям всегда противостояли охранительные идеи, которые в последующие эпохи постарались забыть или взять из них только то, что подходило под текущую политическую конъюнктуру. Идеи либералов не стали бесспорными благодаря мыслителям-традиционалистам. Жозеф де Местр указывал, что не может быть никаких универсальных законов общества, что дух свободы в от-сутствие «канонизированных предков» влечет к хаосу, что только национальный разум, подавляющий индиви-дуальные догмы, может дать счастье и процветание наро-дам. Эдмунд Берк считал, что индивид рождается в при-сутствии традиции и государства и невозможности сло-жения частных эгоизмов. Адам Мюллер, а за ним Гегель, утверждали, что нация есть основание любого отдельно-

28

К истории политических учений и хозяйственных практик

го индивида и государства, что общая свобода – это сво-бода незабвенных предков. Фихте, Шеллинг и многие другие мыслители считали народ органической сущно-стью, а государство считали средством для нации. Луч-шая форма правления для консервативных мыслителей почти всегда есть монархия. Гегель писал: «Личность го-сударства действительна лишь как некое лицо – монарх».

  • ХХ веке консервативные идеи развивались как в не-мецкой, так и в русской философии, но не нашли доста-точно приверженцев, чтобы остановить войны и револю-ции.

Становление западного индустриального общества ли-бералы пытаются приписать себе, придумав миф о «сво-бодной рыночной экономике». В действительности, как показано Максом Вебером, успешная хозяйственная прак-тика имела религиозные корни – протестантскую этику, рожденную в восстании народа против бюрократизации католической церкви. Увы, западное общество в Реформа-ции со временем отбросило и Традицию, а новая бюрокра-тия навязала нациям свою волю.

Попытки разрыва с бюрократией и освобождения на-ций были в предвоенные годы предприняты в европей-ских государствах. Но революционный и военный аван-тюризм, инспирированный агентами олигархии, подме-нил национальную идею нацизмом. Либеральная, или «левая», бюрократия была заменена не национальными институтами управления, а тоталитарной бюрократией, партократией, уничтожившей любое самоуправление и элементарные общественные свободы, в условиях кото-рых нация только и может формироваться и развиваться. Авантюризм Гитлера и других лидеров агрессивных ре-жимов, а также интриги мировой олигархии привели мир к войне и не позволили нациям преодолеть тоталь-

29

Национальный манифест

ную бюрократизацию. Олигархия была заинтересована в схватке фашистcкой Германии и Советского Союза, по-тому что видела в этих режимах то, что мешало ее миро-вому господству, и не хотела, чтобы суверенные нации самостоятельно преодолели тоталитарные тенденции. Олигархия Запада нашла себе союзника в тоталитарных бюрократиях, которые жаждали войны, ибо иначе не могли держать народ в подчинении. Харизматические лидеры ХХ века опирались на бюрократию и жестокими репрессиями пытались подчинить ее себе. Но природа лидера нации противна природе бюрократии. Лидеры с течением времени сходили с политической сцены, а бю-рократия неизменно восстанавливала и усиливала свои позиции.

Торжество либеральных режимов и обогащение оли-гархий за время Второй мировой войны и послевоенного восстановления направили человечество по ложному пу-ти. Подавляя национальное самосознание там, где оли-гархия встречала стремление к суверенитету, она объяви-ла национализм тождественным нацизму. Либеральный Запад и его бюрократия начали диктовать свои условия тем странам, где национальная идентичность еще только зарождалась. Отказавшись от цивилизующей миссии в колониях, Запад заменил ее неоколониальной политикой.

  • результате потерявшие ориентиры народы, не имевшие собственного исторического опыта или утратившие его, позволили явиться на свет самым жестоким тираниям и многие годы вели кровавые гражданские войны. И все же там, куда не дотянулась рука либеральной олигархии, из-под обломков колониальных режимов проступили циви-лизации – носители Традиции.

Либерализм не предполагает преимуществ для про-мышленного капитала, который по своей роли в жизни об-

30

К истории политических учений и хозяйственных практик

щества должен доминировать над финансовым и торго-вым капиталом. Догмы либерализма привели к власти транснациональную олигархию, жонглирующую фиктив-ными ценностями. Деловые круги, отстранившиеся от Традиции, превратились в обслуживающий персонал оли-гархии, стали соучастниками глобального мошенничества.

2.6. «История обществ» – история борьбы

Когда национальные силы были искусственно выведе-ны из политической борьбы, сработал «железный закон олигархии», сформулированный в начале XX века Робер-том Михельсом. Любая форма социальной организации, будь то партия или производственная корпорация, госу-дарство или общественная организация, вне зависимости от ее первоначальной демократичности либо автократич-ности, неизбежно вырождается во власть немногих, то есть в олигархию. Соотношение производительных сил и производственных отношений здесь совершенно ни при чем. Единственной силой, противостоящей олигархии, является Нация – со всеми ее историческими традициями: верой предков, историческим опытом, родовой памятью, навыками государственного управления и общественного самовыражения. Отрекаясь от наций в пользу разнообраз-ных интернациональных федераций – производственных

  • политических – производственный капитал с неизбеж-ностью оказывался в подчиненном положении. Вернуть лидирующее положение предпринимателям, сделать ре-альный сектор экономики гарантом стремительного раз-вития экономики, залогом процветания народов может только Нация и Традиция.

Давно минули времена, когда служилое сословие заме-стило вялую аристократию в деле управления и стало опо-

31

Национальный манифест

рой царствующих династий. Забирая себе власть на ниж-них этажах управления, разносословное чиновничество постепенно из опоры государства превратилось в парази-тический слой, все больше отделяющий свои интересы от интересов нации и государства, одни социальные слои от других. В отсутствие механизма смены элит сработал все тот же «железный закон олигархии». Произошло вырож-дение аристократии в косные режимы с олигархией во гла-ве, которые стали чужды всякому развитию.

Закончилось и время, когда государственные чинов-ники обслуживали интересы капитала, выступая в каче-стве исполнительных комитетов по защите экономиче-ских интересов буржуазии. В результате сращивания политической власти со спекулятивно-ростовщически-ми кругами бизнеса, выстроившими интернациональ-ные структуры, формирование мировой олигархии ста-ло неизбежным. Чиновничество сложилось в местные бюрократии и бюрократии международных организа-ций и поступило на службу олигархии. Производствен-ный капитал лишился своего лидирующего статуса, на-чалась деиндустриализация национальных экономик ве-дущих держав, разложение национальных суверените-тов. Бюрократия породила монополию, которая убивает предпринимательство и промышленное развитие. В ре-зультате нация порабощается косным слоем чиновни-ков, ростовщиков и спекулянтов. И на повестку дня ста-вится вопрос о выживании нации: либо нация, либо олигархия.

Вся история развития человечества, или «история обществ», является вовсе не историей борьбы классов,

  • историей борьбы между нациями и народами, с одной стороны, и олигархией и обслуживающей ее бюрокра-тией – с другой.

 

32

  • истории политических учений и хозяйственных практик

 

  • одной стороны, воля к духовному развитию, к суве-ренности своей культуры и цивилизации, с другой – страсть к наживе любой ценой. Невероятно разросшиеся госаппараты стоят на страже интересов ростовщиков, блу-ждающих по миру в поиске новых территорий для порабо-щения и ограбления народов. Международная бюрократия обслуживает свободу мировой спекуляции, убивающей мировые экономики ради прибыли, которую олигархия по-лучит от дешевой рабочей силы, образующейся в странах «третьего мира».

2.7. «Открытое общество» – новый маркетинговый ход

«Золотой век» олигархии, начавшийся в ХХ веке, когда большая часть человечества согласилась жить без веры, морали, традиции, истории, национальных ценностей, оказался на поверку очень коротким. Олигархия натолк-нулась на непреодолимое препятствие – несоответствие между своими притязаниями, которые могут быть реали-зованы только «обществом потребления», и наличными ресурсами – человеческими и природными. Возникли не-разрешимые противоречия между «капитализацией воз-духа», безграничной эмиссией «мировых денег» и реаль-ным производством товаров. Модель управления миром через торговлю деньгами и денежными суррогатами дала сбой. Иного и не могло быть, когда объем операций с фи-ктивными ценностями в сотни раз превзошел оборот про-изведенных товаров. Кризис экономики финансовых фик-ций, исчерпание природных ресурсов, сопротивление ци-вилизаций силовому диктату США вскрыли недееспособ-ность, историческую ограниченность олигархической си-стемы, гнилость религии «золотого тельца».

33

Национальный манифест

Видимая успешность тактики олигархии в том, что она действует скрытно и не представляет интересов пуб-лично действующей власти. Таким образом, олигархия оказывается вне действия самых острых конфликтов со-временности и не расходует на их разрешение свои ре-сурсы. Олигархии нет надобности в прямой оккупации территорий, нет надобности в прямой пропаганде собст-венного мировоззрения. Непрямые действия, контроль за территориями через марионеточные режимы, фальси-фикация истории наций, внедрение полезных олигархии политических мифов – все это инструментарий олигар-хии.

  • прошлом центрами денежного господства были Ган-зейский союз, Генуя и Венеция. В наше время – подконт-рольные США международные институты: МВФ, Всемир-ный банк, ВТО. Не случайно олигархический капитал, блуждавший на протяжении тысячелетий по разным стра-нам и континентам Старого Света, в ХХ веке выбрал сво-им центром США. Было создано новое государство, где традиция европейских наций была отброшена, а за основу взяты принципы государственного строительства, извест-ные со времен Древнего Рима. Но и эти древние принци-пы государственного строительства оказались лишь ло-зунгами, благими намерениями.

Нация, образовавшаяся в США, была изначально ос-вобождена от государственной и церковной бюрократии, но также и от многих моральных запретов, действие ко-торых образует общество на столетия. На короткий исто-рический промежуток, пока моральные ценности еще не были до конца подавлены, американская нация приобре-ла динамизм и привлекательность для деятельных лю-дей. Это позволило США сначала стать ведущей индуст-риальной державой, а в ХХ веке – «мировым кошель-

34

К истории политических учений и хозяйственных практик

ком». Но протестантская этика прививалась без Церкви,

  • общество – без государственных и культурных тради-ций. Поэтому с течением времени все идейные искания североамериканцев склонили нацию к культу наживы, культу денег.

Там, где над людьми властвуют не религиозные запо-веди и укорененные в национальной культуре философ-ские доктрины, а дух алчности и жажда барыша, все по-ставлено с ног на голову и превращается в свою противо-положность: безобразное выдается за прекрасное, спра-ведливость выглядит глупостью, доброе – злым, а над идеалами и святынями совершаются акты глумления и осквернения.

«Золотой телец» совершил переворот в мировоззрении, направив по ложному пути, заставив забыть о свободе и равенстве – главных ценностях, на которых стояли отцы-основатели США. Затем из цитадели мировых денег пос-ледовали многочисленные интервенции против суверен-ных наций и государств. Ради ублажения интересов оли-гархии по всему миру американская олигархия организует войны и революции, в которых применяют самое совре-менное оружие, внедряют идеологические вирусы, прово-дят массированные информационные кампании. Ложь и аморализм – вот главные составляющие успеха этой поли-тики. И причины ее неизбежного краха.

Олигархия, мечтающая о мировом господстве, может существовать лишь за счет присвоения реальных ресур-сов, расплачиваясь за них знаками стоимости в виде элек-тронных записей или нарезанной цветной бумаги с водя-ными знаками, определенными как «мировая валюта». Олигархический капитал не признает государственных границ, разрушение которых является его навязчивой иде-ей. Тем самым он пилит сук, на котором сидит: под угро-

35

Национальный манифест

зой разложения и разрушения оказываются национальные экономики. Нанимая политических пособников, олигар-хия препятствует становлению национальной власти, а значит, организации производств, основанных на самых современных достижениях науки, и эффективного нацио-нального хозяйствования в целом.

Для подавления любой сколько-нибудь серьезной по-пытки нации стать независимой от власти денег олигар-хия через бюрократию проводит законы и правила, сог-ласно которым жизнь национального капитала подавляет-ся административным произволом. Деятельность органов государственного управления, подчиненная интересам олигархии, призвана задушить и подчинить себе любое предпринимательство, если оно осмеливается противопо-ставить себя бюрократии и вести себя независимо. Поэто-му бюрократия обрушивается на национально ориентиро-ванные стратегически значимые и крупные предприятия, ликвидация которых происходит путем поглощения транснациональными корпорациями. Что касается сред-них и малых производств, то для достижения той же цели бюрократия использует методы от прямой криминальной расправы до организации рейдерства с участием чинов-ников и судей.

Если деньги становятся товаром, если они не служат хо-зяйственному учету и реальному товарному обмену, то они утрачивают свои естественные функции. Они утрачи-вают связь с конкретным производством и национальными экономиками. Во главу угла ставится не Дело, а стяжатель-ство любой ценой. Слой деловых людей, на инициативе которых держится благосостояние нации, размывается и подменяется слоем бесстыдных ростовщиков и спекулян-тов, которые оправдывают свою деятельность «общечело-веческими ценностями». Обещанное всем равнодоступное

36

К истории политических учений и хозяйственных практик

денежное счастье оборачивается подавлением и запретом всего, что выходит за пределы культа денег. И в этом зало-жена неизбежная гибель мировой олигархии.

Изобретение новых денежных суррогатов, учреждение новых региональных валют, игра ставками кредита – все это только продлит агонию либерально-олигархического правления. Без реального товарного эквивалента, соответ-ствующего всей массе денежных знаков, без отказа от при-знания товаром «резаной бумаги», прикинувшейся знака-ми стоимости, невозможны продуктивные отношения ме-жду дееспособными нациями, невозможна продуктивная национальная экономика.

Современные «маркетинговые» войны косят людей не хуже пулеметов, уничтожая среду обитания, распростра-няя наркотики, алкоголизм, порнографию. Не целесооб-разная производительная деятельность, удовлетворяющая насущные потребности наций, а спекуляции знаками сто-имости или их суррогатами создают миллиардные состоя-ния, избегающие причастности к производственным про-цессам. Что это, как ни война меньшинства против боль-шинства? Что это, как ни доказательство того, что либе-ральные догматы могут реализоваться на практике только для подобного меньшинства? Войны развязывают ради добычи. Если посмотреть, кто богатеет на крови, то уви-дишь врага нации.

Технический прогресс и ядерное оружие в ХХ веке ста-ли гарантом суверенитета для многих государств, что сор-вало планы олигархии. Поэтому центр тяжести своей раз-рушительной работы олигархия перенесла на подрыв са-мосознания наций, которым навязывается доктрина «от-крытого общества» – без национальных границ и протек-ционизма правительства по отношению к национальному предпринимательству.

37

Национальный манифест

2.8. Национализм – путь свободы

Как бы ни различались человеческие сообщества при-родно-климатическими условиями и историческими «биографиями», психологические типы диктуют одни и те же мировоззренческие комплексы, которые объединя-ют или разъединяют людей больше, чем принадлежность

  • различным социальным или политическим группам. В современности эти типы обозначились в трех мировоз-зренческих доктринах: либерализме и социализме, еди-ных в стремлении уравнять людей, уничтожить цивилиза-ции и культуры, убить нации бюрократическими процеду-рами, и противостоящем им национализме, для которого Нация и ее цивилизационные достижения – высшая цен-ность. Время покажет, какие нации согласятся на само-убийственные уступки олигархии, а какие, усвоив уроки истории, возьмут свою судьбу в свои руки.

Низменная страсть меньшинства, желающего вечно вку-шать плоды чуждого труда, явлена нам как основа либе-рального мировоззрения. Удовлетворить эту страсть может только гибель цивилизаций и вырождение самых талантли-вых и гордых народов мира. Народы, способные легко обеспечить себя всем необходимым, уничтожаются наем-никами олигархии, создающими неэффективные хозяйст-венные механизмы, через которые идет конфискация всего национального достояния. Антинациональная система вос-питания и образования должна завершить процесс, через который проводится уничтожение памяти поколений и раз-рушаются традиции, культура, мораль. Выбивание из наро-дов исторической памяти, проверенных веками представ-лений о добре и зле оборачивается оскудением духовного начала, присущего человеческой природе, что в конечном итоге неминуемо перерастает в физическую деградацию.

38

К истории политических учений и хозяйственных практик

Только национальная модель социальной организа-ции может противостоять хаосу, входящему в жизнь «железным законом олигархии». Только нация со свои-ми традициями может ограничить произвол чиновни-ков, подавить бюрократию и исключить возникновение олигархии. Только национализм обеспечивает необхо-димое сочетание Традиции и Модернизации и устраня-ет причины социальных революций, обеспечивая усло-вия революции научно-технической. Там, где во главу угла поставлены национальные интересы, там кипит жизнь и бурно развивается хозяйство, восстанавливают-ся моральные устои, люди возвращаются к полноцен-ной жизни.

Те нации, которые первыми сбросят диктат олигархии, получат мощнейший импульс развития и быстро обгонят деградирующую экономику «золотого тельца». Избавле-ние от олигархии вернет прежним историческим нациям имперскую мощь, роль мировых лидеров, а малым наци-ям – собственное достоинство и суверенное существова-ние. Исторические нации объединят под своим патрона-жем цивилизации, проложат границы культур и народов так, чтобы между ними был возможен уважительный ди-алог, остановят конфликт между цивилизациями и гаран-тируют им свободное развитие. Вместо универсального рецепта, по которому история должна закончиться все-мирным принятием «либеральных ценностей», мир на-ций и цивилизаций продолжит историю во всем разнооб-разии верований, культур и экономических укладов. Те нации, которые, напротив, согласятся остаться под пятой олигархии, обречены на обескровливание национальных экономик в играх фиктивными ценностями, на закулис-ные интриги вместо публичного права, на деиндустриа-лизацию и крах культуры.

39

Национальный манифест

Национализм сегодня – самое перспективное мировоз-зрение, оставляющее позади ХХ век с его либеральными и социалистическими экспериментами, в которых были без-жалостно уничтожены миллионы людей и десятки жизне-способных государств. Национализм способен вернуть че-ловечество на путь, прочерченный столетиями, – путь культурной и духовной свободы национально-государст-венных организмов, составляющих мировой симбиоз раз-нообразных цивилизаций.

40

  1. Национализм и его идейные противники

3.1. Понимание нации

Во все времена государства создавались и поддержи-вались теми, кто воспринимал гражданство и подданство как долг и честь. Это было и в древнегреческих полисах,

  • в мощнейших империях, и в национальных государст-вах современности. Ощущение своей причастности к судьбе Отечества мы называем теперь «национальным самосознанием».

Родовые, культурные и политические общности соеди-няют людей в сообщество, которое мы определяем как «нацию». В нации могут присутствовать и разные народы,

  • разные культуры, и разные политические воззрения, но всегда имеется стержень – ведущий народ с его осознани-ем родства и культурными доминантами, ведущая полити-ческая идея, поддержанная этим народом. Рассматривая родовое начало и связанные с ним нормы жизни, мы гово-рим об «этносе», переходя же к культурным и политиче-ским основаниям общежития в государстве, мы говорим о «нации».

Иногда нациями называют народы, не создавшие значи-мых явлений мировой истории: высокой культуры, госу-дарства. Такое понимание нации на руку тем, кто стремит-

41

Национальный манифест

ся к разрушению государств, пропагандируя принцип на-ционального самоопределения. Прежде всего оно направ-лено против наций, создавших империи, в которых объе-динялись народы, а национальное укреплялось импер-ским. Признание нациями этнографических групп, напро-тив, разъединяет народы. Малые народы, вставшие на путь самоопределения не в силу объективно сложившейся необходимости, а следуя указаниям мировой олигархии, в обмен на денежное довольствие, идут против ведущих на-ций современности и выступают в роли сепаратистов и уг-нетателей стержневого народа.

  • западной науке существуют различные понимания нации: «французское», исходящее из идеи свободного со-общества граждан государства, основанного на полити-ческом выборе, и «немецкое», базирующееся на культуре
  • общем происхождении. Французская академия в 1694 году определила нацию как совокупность всех жителей «одного и того же государства, одной и той же страны, которые живут по одним и тем же законам и используют один и тот же язык». Французский богослов Эрнест Ре-нан в 1882 году выдвинул идею общей воли, возникшей из чувства прежних и предстоящих жертв, прежней и бу-дущей славы. В отличие от этой концепции, в Германии национальное сознание было больше ориентировано на культуру, поскольку национальная идентичность сталки-валась с противоречием – необходимостью соотносить себя, с одной стороны, с малым княжеством или городом, а с другой – с империей. Поэтому нация была поставлена выше государства, выше подданства и гражданства, при-обретая культурное и духовное измерение. Иоганн Гот-фрид Гердер утверждал, что народы – это мысли Бога, что формы государства зависят от самобытности наро-дов, что каждый народ создает свои нормы права и име-

42

Национализм и его идейные противники

ет свои представления о счастье. Государство в «немец-ком» понимании нации считалось производным от на-ции.

Оба подхода к пониманию нации в современных усло-виях сблизились. И оба находятся в противоречии с уст-ройством власти в современных государствах, которые иг-норируют как волю граждан, так и национальные интере-сы. Основанием для подмены того и другого произволом бюрократии служат политические догматы и интересы олигархии.

Марксистской традиции соответствует подход, опреде-ляющий нацию через перечисление определенных качеств (общность языка, территории, особенности культуры, соз-нания и психологии). Признавая реальность нации, марк-систы отрицают ее ценность, предпочитая суверенитету нации интернациональную классовую общность. Тем са-мым марксизм оказывается враждебен нациям, националь-ному самосознанию. Аналогична установка современного либерализма – для него нации представляют препятствие

  • формировании произвольных и постоянно меняющихся федераций, заключаемых между индивидуумами. В своем противостоянии нации либералы доходят до отрицания родового единства человеческих сообществ, до отрицания нации вообще.
  • русской философии нация понимается как форма че-ловеческого объединения, обусловленная не только и не столько интересами, сколько идеей. Причем в большей мере мировоззренческой, чем политической. Поиск соб-ственной судьбы, адекватной национальной идее, служа-щей проектом Отечества, – задача нации. Нация – это ду-ховное единство, создаваемое и поддерживаемое общно-стью культуры, духовного содержания жизни, завещанно-го прошлым и живого в настоящем. Нация исчезает, если

43

Национальный манифест

граждане перестают размышлять о причинах своей общ-ности и солидарности, о миссии своей нации и пережи-вать ослабление национального самосознания как лич-ную беду. Народ в этом случае становится просто населе-нием, утрачивает ощущение «мы», перестает различать окружающих как «своих», «наших».

  • соединении социального с национальным в ХХ веке думали и писали представители течения, получившего на-звание «консервативная революция»: Освальд Шпенглер, Артур Меллер, Эрнст Юнгер, Карл Шмитт, Юлиус Эвола.
  • русской философии идею нации разрабатывали Иван Ильин, Николай Алексеев, Николай Данилевский, Нико-лай Бердяев и другие, а также выдающиеся публицисты своего времени Михаил Катков, Михаил Меньшиков, Иван Солоневич. Многое из наследия консерваторов про-шлого сохранило свою ценность и злободневность до на-ших дней.

Идейные искания и теоретические разработки консер-вативного направления были отброшены в эпоху мировых войн и революций, в результате которых к власти пришли приверженцы либерализма и марксизма. Государственные концепции тех и других предполагали только бюрократи-ческое манипулирование населением и не признавали ценности нации как родовой, культурной и политической общности. Взамен нации в политических теориях либера-лов и марксистов вошел термин «общество», которым обозначалась активность индивидов за пределами госу-дарственных институтов, противопоставленных этому «обществу». При этом на вооружение была взята лукавая доктрина о контроле общества за государством. В реаль-ности подобный «контроль» лишь легитимировал власть бюрократии и создавал условия для подавления нации и выращивания олигархии.

44

Национализм и его идейные противники

Считается, что современный национализм охватил массы только в конце XIX века, когда выдвигался тезис о том, что каждой нации соответствует одно государство и каждому государству – одна нация. И хотя эта формула XIX века определяла всю последующую политическую историю Европы, многие западные исследователи требу-ют от политики денационализации. Подспудной причи-ной такой странной установки является убеждение, что по окончании Второй мировой войны и особенно после падения Берлинской стены мир настолько изменился, что государство стало утрачивать свое значение, а вместе с ним и национализм со своей государствостроительной функцией оказывается препятствием на пути прогресса.

Те тенденции, которые свидетельствуют о бесспорном росте национализма, списываются на особенности вос-точноевропейского менталитета (аналогичного, как под-разумевается, азиатскому). В действительности же мы видим признаки подспудно идущего исторического про-цесса: если неевропейские страны отвечают на глоба-лизм локализацией общественных институтов, то евро-пейцы имеют все основания для их национализации. И если в первом случае можно говорить о разворачивании этнического национализма, то во втором – в большей сте-пени о гражданском национализме ведущих политиче-ских наций.

3.2. Нация и Империя

Во Франции, Великобритании, США нация исходно понималась как сообщество граждан. Поскольку здесь не просматривается никакой промежуточной структуры ме-жду гражданином и государством, управление могло строиться на централизованных, унитарных началах. Но

45

Национальный манифест

при этом пришлось проводить жестокую ассимиляцию, изничтожая родовое сознание территориальных сооб-ществ и малых народов. Тем не менее история показала, что начала насильственной централизации оказались слабыми: бюрократия использовала их только с целью разобщения граждан, ослабления и формализации наци-онального самосознания.

При ином подходе к государственному строительству учитывалась историческая память, сохранившая симво-лы догосударственного родового и территориального единства более мелких общностей. В этом случае для на-ции более приемлемой оказывалась имперская модель. При этом почти всегда находилась одна из родовых тер-риторий, осуществившая государственный суверенитет и ставшая в процессе объединения гегемоном (Пруссия в Германии, Кастилия в Испании, Пьемонт в Италии, Мос-ковия в России).

Объединяющая идея Империи вбирает в себя культур-ные достижения народов и цивилизаций на огромных пространствах и в обширных временных промежутках, сплавляя их в сложную, а оттого долговременную и спо-собную к развитию иерархическую систему. Каждый из дееспособных подданных империи понимает себя, с од-ной стороны, принадлежащим к своей малой родине, ее языку, нравам и обычаям, но, с другой стороны, ощущает себя одновременно и подданным императора. Тем самым родовое чувство национальных меньшинств (народов, не причисляющих себя к ведущей нации) не противоречит государственной идее и поддерживает имперскую на-цию. Имперская форма государственного строительства становится и высшей формой самоорганизации нации. Именно поэтому объектом атаки со стороны агентов бю-рократии стали империи, разрушение которых породило

46

Национализм и его идейные противники

кровавые конфликты ХХ века, каких не знала предшест-вующая история.

Нация не есть нечто застывшее. Она постоянно меняю-щийся и совершенствующийся целостный организм: ан-тичная нация связана с городом-государством или импери-ей, состоящей из множества полисов, соединенных в про-винции. Средневековая европейская нация охватывает ландшафты, впервые соединяя нацию с пространными территориями и открывая возможность построения поли-тии (по Аристотелю – наилучшая форма правления, соче-тающая монархию, аристократию и волю народа), где го-сударственные решения делегируются определенному слою в акте доверия. В более поздних империях (Арабско-го халифата, Российской, Османской) нация соединяется общностью задач, письменностью и веротерпимостью (при ведущей роли одной из религий). Наконец, современ-ная нация соединяется с государством – унитарным или имперским.

Далеко не всем народам доводилось превращаться в нации – сообщества, где единство созревало до осозна-ния и живого воплощения политической общности. К современности не все народы пришли хотя бы к какой-то форме нации. Население большинства государств за пре-делами Европейского мира зачастую лишено националь-ного самосознания. В них сувереном является не нация

  • даже не архаичная монархия, а родовые кланы, воен-ные хунты, закулисные иностранные олигархии с мест-ными марионеточными политиками на привязи. Но и в Европейском мире нации (как сложившиеся, так и нахо-дящиеся в стадии становления) находятся перед опасно-стью разрушения и перехода общества в донациональ-ное состояние: при утрате связи с государством (бюро-кратизация, тирания, олигархия, анархия), при уступке

47

Национальный манифест

суверенитета (глобализм), при разделении на отдельные родовые или субкультурные общины (федерализм, муль-тикультурализм), при торжестве индивидуального над национальным (либерализм), при доминировании эконо-мической солидарности взамен национальной (социа-лизм).

Дробление империй, распад больших государств, обра-зование марионеточных режимов, искусно управляемых олигархиями, – основа не для процветания, а для нового рабства, опасного тем, что оно утверждается набором про-пагандистских инструментов, лишающих нации ощуще-ния порабощенности. Всему этому противостоит национа-лизм, который ставит ценность нации выше эгоизма част-ных лиц.

3.3. Национальное самосознание – арена борьбы Добра и Зла

Либералы пытаются представить нацию как выдумку, называют ее «воображаемой общностью», «идеологиче-ской конструкцией», внушенным мифом об общем проис-хождении. Иногда в нации хотят видеть всего лишь ре-зультат развития современных средств коммуникации. Ра-дикальные либералы предпочитают видеть ближайшее будущее – их «коммунизм» – как «постиндустриальный мир», в котором разнородные меньшинства доказывают себе и окружающим свое право «быть другими», а нации должны отойти в прошлое. Творческий потенциал инди-видуумов противопоставляется производству «общест-венных ценностей» и благ. Бюрократия приемлет такой подход, сохраняя контроль за некоторыми сторонами по-ведения своих рабов, гомогенизируя и уравнивая людей в мировом масштабе своими процедурами. Ритуалы лояль-

48

Национализм и его идейные противники

ности бюрократии формируют сознание, нечувствитель-ное к прошлому и не отвечающее за будущее страны и на-рода. Фабрикуется ложное представление о некой единой «мировой цивилизации» и опасности любых уклонений от «магистрального пути человечества», представленного

  • стандартах теплохладного общества потребления, чуж-дого всякому творчеству, нечувствительного к несправед-ливости, равнодушного к Истине. Странам и народам на-вязывается «первобытное мышление», обнаруженное ис-следователями у все еще сохранившихся на земле диких племен. Тем самым вытесняется национальное самосоз-нание. Здравый смысл нации подменяется «здравым смыслом» бюрократии, свобода подменяется фикциями – рабством рабов, не замечающих постыдности своего по-ложения.

Нации в ХХI веке отчаянно сопротивляются диктату либеральной бюрократии – разложению на «меньшинст-ва» и одновременной унификации в лояльности к правя-щим олигархиям. Даже разгромленные войнами и револю-циями центры мировых империй и мировых культур про-должают поддерживать дух нации, историческую память, традиционные верования. Бюрократия ведет со всем этим непримиримую борьбу, либо уничтожая очаги сопротивле-ния своему всевластию, либо заражая вирусом бюрократи-зации и зависимостью от «золотого тельца».

Формируются всевозможные пропагандистские и фи-нансовые структуры, направленные на разложение нацио-нального сознания. Ими используется целая сеть эфирно-го вещания, дурачащая человечество, вбивая в сознание вредные или ложные представления о жизни. От этого це-лые континенты наполняются инвалидами информацион-ных войн с подорванной психикой и деструктивным пове-дением.

49

Национальный манифест

Либеральные СМИ постоянно ведут прицельный огонь по основам жизни нации, содействуя разрастанию олигар-хических капиталов. Ими сформирован набор постоянно решаемых задач: над олигархическими группами не долж-но быть высшего арбитра – верховной власти; в обществе должен быть вытравлен или фальсифицирован патрио-тизм, задавлен независимый национальный предпринима-тель. Особенно разнузданна клевета на героические лич-ности, составившие славу Отечества. Против них действу-ет целый сонм фальсификаторов, пересказывающих био-графии как набор скабрезностей.

Патриотизм у нанятых олигархами журналистов ста-новится «прибежищем негодяев», а национализм – на-столько антигуманным явлением, что подлежит разобла-чению как прямое потомство нацизма и расизма. Товаро-производитель для либеральных СМИ – это либо покор-ный обслуживающий персонал олигархии, либо жулик, а сами олигархи представляются в роли крупных капита-листов, на которых только и держится экономика. Мол, современное производство немыслимо без крупных кор-пораций, а потому их создание и существование оправ-дывает любые преступления. Либеральная публицистика отводит от олигархии любые претензии и взваливает их на производителей реальной экономики, на тех, кого оли-гархия давит своей налоговой системой, монополиями-перекупщиками, чиновничьим рэкетом. СМИ либералов нетерпимы ко всем, кто пытается защищать отечествен-ного производителя. Они льют потоки клеветы на естест-венного союзника товаропроизводителей – национали-стов.

Национальный предприниматель и национальный по-литик подлежат травле всюду, где правит олигархия. И главным оружием этой травли являются средства массо-

50

Национализм и его идейные противники

вой информации. Это ставит перед националистами одну из ключевых задач – национализацию крупнейших СМИ и направление их деятельности на воссоздание националь-ного самосознания.

Сегодня от имени «прогресса» и «общечеловеческих ценностей» идет навязывание разрушительного социаль-ного проекта. Растравливаются низменные чувства, са-мые ужасные грехи проповедуются как нечто естествен-ное для человека. Рабам олигархии прививаются страсть

  • наживе, мечты о случайном успехе, грезы о жизни без труда и ответственности перед будущими поколениями. Единственной моделью общества представляется мифо-логизированный Запад, ничтожный миг его относитель-ного благополучия во второй половине ХХ века, предста-вленный глянцевыми обложками и образом жизни из множества лишенных какой бы то ни было правды кино-фильмов.

Показывая картинки беззаботной жизни, сладкого ни-чегонеделанья, олигархия создает соблазны и обосновы-вает свое право «спасать человечество» от его собствен-ной истории и культуры. На деле это «спасение» обора-чивается ковровыми бомбардировками городов, выжига-нием напалмом жилых кварталов, пытками военноплен-ных, зверскими казнями политических противников, бе-зумной гонкой вооружений, разрушением суверенных го-сударств, уничтожением памятников национальной куль-туры.

Нанимая самые бойкие перья, самых циничных режис-серов любых зрелищ, проводя для них и вместе с ними масштабные рекламные кампании, олигархия стремится, чтобы общество порвало с национальной историей. Ее из-вращают, опошляют, высмеивают. Из человека стремятся вырвать его душу, сделать его рабом олигархии, подобост-

51

Национальный манифест

растно ожидающим подачек и регулярного впрыскивания информационного наркотика. Виртуозы лжи считают себя интеллигенцией, мнят о своей роли распорядителей исто-рии. На самом деле они остаются жалкими наемниками из профессионального цеха растлителей и пошляков, кото-рым Богом и Историей на этом и на том свете определено самое постыдное место.

Противостоящая растлителям и пошлякам националь-ная мысль спасает не только рассудок нации, но и души людей, атакуемые бесовщиной. В этой борьбе вся история, политика и даже жизнь частного человека становятся аре-ной столкновения Добра и Зла.

3.4. Истинный и ложный национализм

Националист отвергает не иные народы, а те элементы

  • их ментальности, которые претят его культуре и вере. Национализм – это стремление к национальной демокра-тии и прочной государственности. Национализм подлин-ный – это сила, мобилизующая нацию на саморазвитие и отстаивание суверенитета. Патриотизм есть производная национализма – любовь к своему дому и своему государ-ству, к тем традициям, которые сформировались в нем. Бюрократия насаждает имитации патриотизма, которые сводятся к демонстрации лояльности, к поддержке поряд-ка, при котором в политике нет места националистам, а у нации – никаких перспектив.

Если национализм утвердился в политике, если патрио-тизм стал неотъемлемым элементом гражданского самосо-знания, то народ способен к мобилизации в условиях кри-зиса, к адаптации к новым веяниям, имеющим место в ми-ре. Национализм – ощущение силы, которая позволяет быть открытым миру без ущерба для национального само-

52

Национализм и его идейные противники

сознания. Открытость к достижениям всех народов дает осознанное восприятие и понимание мира, а это наполня-ет патриотизм смыслом. Сознание, ориентированное на традиционные ценности, позволяет находить правильные решения.

Настоящий национализм действует прежде всего в интересах своего народа, а ложный – в интересах оли-гархии. Выпячивание стародавних родовых мифов, не имеющих исторической достоверности, превращение их в «учебные пособия», оправдывающие давно минув-шими заслугами современные претензии на обособле-ние, пренебрежение опытом народов, строивших совме-стно единую нацию и единую империю, – все это лож-ный национализм. Он используется олигархией для ос-лабления настоящего национализма, для подрыва духовного единства народа, для ослабления государст-ва. Лживый национализм переносит критику либераль-ных режимов на само государство, которое готов разру-шить. Олигархия за кулисами радостно аплодирует это-му единению с антигосударственными идеями либера-лов и марксистов.

Ложный национализм выражен в анархических, анти-религиозных, нигилистических, криминальных формах.

  • нем есть только болезненная жажда возвыситься над другими, замешанная на неполноценности личности, в которой ненависть замещает все: любовь, разум, честь, совесть. Не представляя ценностей родовых связей, зача-стую не имея способности даже создать собственную се-мью, эти люди, называя себя националистами, предпочи-тают подменять духовную общность зоологической. Не зная истинной природы родства, не имея представлений о научных методиках, они смеют определять, кто на кого «похож», и на глаз оценивать национальную принадлеж-

53

Национальный манифест

ность. Рассуждая о братстве «по крови», они не имеют представления ни о «крови» (генетическом родстве), ни о братстве, ни о духовном единстве между людьми. Такие зоологические типажи весьма любимы идеологами либе-ральных СМИ, которые представляют их как типичных националистов, скрывая от граждан, что есть на самом деле истинный национализм и кто является его выразите-лем.

Националист не может быть анархистом, не может быть нигилистом, выступающим против государства. На-ционалисты в противовес своим противникам всегда вы-ступали за сильную централизованную власть и режим единоличной власти с опорой на народное самоуправле-ние, ставящие под свой контроль аппарат государствен-ного управления и тем самым препятствующие образова-нию олигархии.

Националист чужд социальным революциям, предпо-читая революции научно-технические, революции нацио-нального возрождения. Озверелые бунты мещан, требую-щих от олигархии гарантированный паек, не имеют ниче-го общего со здоровой силой национального самосозна-ния. Националист никогда не борется с властью, он борет-ся за власть и за утверждение во власти не своего клана, а национальных ценностей и интересов.

3.5. Олигархия и аристократия, демос и охлос

Олигарх не хочет иметь Отечества: оно накладывает на него обязательства, от которых он стремится избавиться. Уклоняясь от своих гражданских обязанностей, олигарх готов обескровить нацию ради своих частных интересов и даже уничтожить ее, если эти интересы идут вразрез с су-ществованием нации. Аристократ, напротив, не видит ни-

54

Национализм и его идейные противники

какой возможности быть вне нации и связывает свой ста-тус и благополучие с ее судьбой.

Для националистов неприемлема концепция «правово-го государства», где уравниваются все правовые статусы граждан вне зависимости от их заслуг и способностей. На-ционализм требует становления новых форм аристокра-тии – аристократии служения и статуса по заслугам.

Суверенитет нации предполагает, что «демос» (ответст-венные граждане) всегда выступает против «охлоса» (тол-пы), а аристократия всегда выступает против олигархии, растаскивающей и разрушающей нацию. Поэтому олигар-хия всегда опирается на охлос (в наше время – тупеющих зрителей, упершихся в экраны телевизоров), а истинная аристократия – на демос, ответственных граждан. Поэто-му для олигархии совсем не чужды идеи социализма, ко-торыми охлос удерживается в повиновении. И поэтому же

  • национализме не может быть никакого социализма (с его принципом уравнительности). И никакого либерализма (с его ненавистью к аристократии).

Национализм связан с понятием иерархии и ранга. На вершине власти в национально ориентированном государ-стве должно находиться лицо, не зависящее от олигархи-ческих капиталов, отстаивающее интересы всего народа, – несменяемый верховный арбитр или подготавливающий его приход национальный лидер.

Предпосылка национального успеха – признание наро-дом национального лидера, в идеале – наследственного монарха, олицетворяющего нацию и всю ее историю. Ес-ли нация находит иные варианты иерархии власти, ника-кая внешняя воля не имеет оснований для вмешательства и навязывания собственного понимания национальных интересов. Однако в любом случае право на власть долж-но быть неоспоримо и укоренено исторически в принци-

55

Национальный манифест

пе правопродолжения (континуитета). Только неразрыв-ность права (которое установлено специальными законо-дательными актами) гарантирует, что у власти стоят не самозванцы, манипулирующие выборами и средствами информации.

Националист не может признавать справедливым рав-ный статус подданных государства, среди которых одни трудятся в интересах нации, а другие преследуют только свой эгоистический интерес. Полноценный гражданин характеризуется верностью закону, личным трудовым вкладом в общенациональные дела, готовностью с оружи-ем в руках служить Отечеству, знанием истории нации, стремлением иметь семью и детей – будущее нации. Пра-во должно возвышать статус таких людей через систему цензов, которые позволяют решать вопросы о судьбе на-ции, быть представителями народа, занимать государст-венные должности.

Заслужить это право может человек любого происхож-дения. Проливший кровь за государство – бесспорный гражданин. Создавший современное производство, обес-печивший нацию качественными товарами, а граждан ра-ботой – бесспорный гражданин. Интеллектуал, создаю-щий в рамках традиции культурные ценности, новые тех-нологии и открывающий научные истины, – тоже бес-спорный гражданин. Напротив, тунеядец, невежда не мо-жет получать всей полноты гражданских прав, не может участвовать в политической жизни нации. Не может иметь права определять судьбу страны тот, кто предпочи-тает жить за рубежом, пренебрегает воинским долгом, растрачивает полученное достояние в роскоши и развле-чениях, предпочитает не заводить семью и детей, уклоня-ется от уплаты налогов. В вопросе о гражданстве и в оп-ределении полноты гражданских прав нации нужен чет-

56

Национализм и его идейные противники

кий набор критериев, законно отделяющий тех, кто жи-вет вместе с нацией, и тех, кто действует против нее или предпочитает обособиться от нации и вести частную жизнь.

3.6. Конструктивное и деструктивное

Марксизм и либерализм, находясь при власти, прежде всего стремятся уничтожить связь нации с ее прошлым. Из нации изымается важнейшее – связь с предками и по-читание их заветов, следование традиции. Следующим шагом становится репрессирование родового самосозна-ния стержневого народа – вплоть до «расизма наоборот». Наконец, подрывается духовная жизнь нации – из нее вы-бивается духовная составляющая: средства массовой ин-формации пропагандируют культ наживы, насилия, рас-путства; бюрократизируется Церковь; создаются «граж-данские религии», организующие ритуалы лояльности бюрократии.

Марксизм определяет национализм как продукт мелко-буржуазного сознания и мелкобуржуазной ограниченно-сти – как предрассудок, который должен преодолеть осво-бодившийся пролетариат, у которого «нет отечества». Сов-ременные либеральные учения в основном рассматривают национализм как возрождение первобытного родового мышления, проявление варварства и дикости. В консерва-тивно-традиционалистской интерпретации национализм есть естественное проявление национального духа, исто-рического самосознания народа, а также способ отстаива-ния его жизненных интересов. Продуктивный национа-лизм отличается от ложного и деструктивного тем, что первый есть стремление сохранить свое, второй — попыт-ка захвата чужого.

57

Национальный манифест

Там, где правит олигархия, национализм вытравливают всеми возможными способами, прежде всего дискредита-цией и приписыванием национализму всех пороков – фа-шизма, нацизма, расизма, антисемитизма, на самом деле порожденных либеральными силами и теми же олигархи-ями. Националистов представляют мракобесами, крими-нальными типами, «авторитарными личностями», само-изолирующимися от остального мира.

  • действительности национализм не имеет ничего об-щего с обособлением от остального мира. Развивающиеся нации стремятся к полноте духовной жизни и восприятию достижений других народов и цивилизаций. Национализм энергичен, бюрократическая дипломатия, если только де-ло не сводится к той или иной форме грабежа, вяла и бе-зынициативна. Национализм наполнен творчеством, бю-рократия – страхами всего нового. Национализм отстаива-ет свой проект с учетом иных мнений, бюрократия – стре-мится к всеобщему усреднению мнений, к изживанию продуктивных различий.

3.7. Законность

Писаное право не исчерпывает все богатство жизни. Формализованное право, оторвавшееся от традиций и на-родного чувства справедливости идет вразрез с жизнью. Всюду, где национализм не может остановить манипуля-ции бюрократии, закон теряет свою ценность.

Более всего это заметно по международным договорам

  • деятельности международных организаций, которые подчинены интересам мировой олигархии. Творимое ими «международное право» убийственно для наций, не имеет ничего общего с пониманием справедливости и коварно непостоянно. Современные международные организации

58

Национализм и его идейные противники

поставлены на службу идеям глобализма и задачам миро-вой олигархии по подрыву национальных интересов, вследствие этого они не могут восприниматься как истина в последней инстанции.

Принцип законности, обязательный в суверенном наци-ональном государстве, не может быть для националистов опорой мировоззрения, если суверенитет под вопросом, а право искалечено бюрократией. Кто считает, что исполня-ет свой долг, буквально соблюдая закон, зачастую способ-ствует прямой задаче олигархии ограбить народ под видом защиты граждан от преступности и совершить самые страшные преступления против народа – измену и гено-цид. Следуя бюрократическому завету «исполнять инст-рукцию» и «слушать начальство», не задумываясь о сущ-ности закона, а иногда даже не заглядывая в него, увеличи-вает несправедливость, которой должен противостоять ка-ждый честный гражданин. Тем самым он соучаствует в си-стеме ограбления нации, обусловленной антинациональ-ным законодательством и враждебными стране и народу международными соглашениями, подписанными по воле олигархии.

Закон для нации – это соотнесение правового преце-дента с принципами справедливости, заложенными в на-родном самосознании. Такой закон будет милостив к со-вершившему случайную ошибку и беспощаден к врагам нации.

Когда закон расходится с Истиной, он не может быть на-правляющей силой для националиста. Нация выше закона.

3.8. Национальная иерархия

Национализм выражается в требовании справедливого распределения национального дохода: невозможность

59

Национальный манифест

частного присвоения доходов от эксплуатации недр; раз-деление всех экономических рисков, приходящихся на нацию в целом, пропорционально богатству; поступле-ние доходов от природных богатств в каждую семью; прямое материальное вознаграждение за заслуги перед нацией.

Национализм ставит производителя выше торговца, тор-говца выше финансиста. Поэтому национализму необходи-мо перевернуть сложившуюся ныне иерархию, ведущую к деиндустриализации и превращающую производителя в жертву экономического хаоса, торговца – в спекулянта, фи-нансиста – в ростовщика. Необходимо прекратить культи-вировать новоявленные нормы «общества потребителей», живущего в долг, проедающего богатства, накопленные предшествующими поколениями, безумно уничтожающего природные ресурсы планеты. Взамен догме о «мировом разделении труда» национализм требует стратегической независимости хозяйства страны от иностранных поставок

  • инвестиций. Ориентацию экономики на преимуществен-ную продажу за рубеж сырья в обмен на товары широкого спроса националист должен считать преступлением. Ино-странное присутствие в национальной экономике должно быть ограничено задачами развития самых современных технологий.

3.9. Проблемы народонаселения

Цивилизации создавались оседлым населением, жестко ограничивающим наплыв иммигрантов. Только так можно было выработать ценности, общие для всех, не размывая их представлениями пришлых элементов о нормах поведе-ния и священных символах. Национализм требует сниже-ния иммиграции до разумно необходимого уровня. Гастар-

60

Национализм и его идейные противники

байтеры позорят нацию, которая расписывается в том, что не способна самостоятельно поддерживать себя.

Также национализм не совместим со сложившейся прак-тикой градостроительной политики и расселения народа. Сосредоточение населения в городах-мегаполисах заталки-вает человечество в бетонные лабиринты, где культивирует-ся «каменный век» человеческих отношений. Именно в ме-гаполисах проще всего создать условия, ведущие к слому человеческих душ и растлению их плодами «общечеловече-ской цивилизации». Именно мегаполисы ограничивают ро-ждаемость.

Город, вырождаясь, из сообщества интеллектуалов, ре-месленников и заводчан превратился в сообщество произ-водителей развлечений и денежных суррогатов, обращае-мых бюрократией. Эта паразитическая среда требует це-лой инфраструктуры персонала, чтобы высасывать соки из страны, и нанимает гастарбайтеров на самые простей-шие работы, которые превращены в «нечистые» и «непре-стижные».

Противоречия между национально ориентированны-ми секторами экономики и олигархией с ее армией бю-рократов, гастарбайтеров и этническим криминалом за-кладывают конфликт, который должен быть разрешен в пользу национального производителя. Малый и средний город с традиционным укладом жизни должен победить космополитичный мегаполис. Националист должен по-бедить эгоиста (либерала и социалиста). В противном случае прозябание нации закончится для нее летальным исходом.

Любовь к Отечеству начинается с любви к «отеческим гробам» и любви к своей семье – семье своих родителей

  • своих детей. Эгоизм, ставший для людей пропагандист-ским соблазном в учениях либералов и социалистов, ве-

61

Национальный манифест

дет к распаду семьи, сокращению рождаемости и к утра-те мотивов к труду. Нет будущего у тех народов, которые позволяют себе превращаться в «общество потребления», развращать молодое поколение деструктивными развле-чениями и праздностью. Если нация подчиняет себя либе-ральным ценностям или марксистским догмам, то она ра-но или поздно теряет независимость, а потом исчезает из истории.

Отечество для националиста выражается не только в исторических преданиях, символах веры, кодексе чести, но и в зримом наследии отцов – в патриархальной семье. Нет основы общества – здоровой семьи – нет и основы патриотизма. Нет семьи – и демографический кризис убивает всякие перспективы развития нации, подводя черту под ее существованием в самое ближайшее время. Именно семья является основой нации. Поэтому по се-мье приходится жесточайший удар социалистических и либеральных доктрин и практик, обслуживающих оли-гархии.

Националисты выступают за увеличение рождаемости, за здоровую семью и ограждение нации от разврата, «се-ксуальной революции», «свободной любви». Если в стра-нах, подражающих «демократиям», стало нормой рожде-ние одного ребенка в семье – родителям на утеху, нации на погибель, то националисты видят будущее нации толь-ко при обращении всей социальной политики на задачи реставрации семьи, семейных ценностей, чадолюбия, мо-ды на многодетность.

3.10. Смута глобализма

Идеология глобализма, использующая в разных случаях то либеральные, то социалистические догмы, пытается по-

62

Национализм и его идейные противники

корить мир, прибрать к рукам все народы, украсть сувере-нитет всюду, где он еще не уничтожен окончательно. К власти пытаются приводить марионеток, обслуживающих интересы мировой олигархии. Говоря о цивилизации, на-саждают варварство. Говоря о мире, развязывают войны. Прославляя гуманизм, пропагандируют жестокость. Обе-щая прогресс, ведут к духовной и физической деградации, к гибели рода человеческого.

Крах глобализма с его порочными идеями и варварской практикой неизбежен. Потому что люди никогда не отка-жутся от своей семьи, своего рода. А через понимание родства они будут осваивать и понимать национальное, ценность суверенного государства, защищающего всех граждан. Сам страх смерти должен остановить гибель го-сударств, а с ними – элементарного социального порядка, который организует жизнь общества и подавляет преступ-ность. Национальный суверенитет оказывается незамет-ным гарантом обращенной к людям правовой системы, ко-торая подменяется либеральной догмой о «правах челове-ка» и делает человека беззащитным перед произволом. Разрушению наций противостоит человеческая натура, ко-торая насыщается смыслами не только через чтение газе-ты или просмотр телевизионной «жвачки». В человеке укоренены его предки, от которых исходит священное пре-дание, гордость за свой народ, эмоциональный подъем от ощущения национального единства. Духовно свободный человек не видит в том, что ему пропагандируют глобали-сты, никакой пользы. Он знает, что рожден для труда и ис-пытаний. Он рожден, чтобы быть героем и подвижником, а не потребителем и лежебокой.

Националистам нельзя быть аморфной массой, распре-деленной на группы, отстраненно обсуждающие пробле-мы мира за чайной церемонией. За свои права надо сра-

63

Национальный манифест

жаться. Необходимо отстаивать свои интересы и в идео-логии, в политике, в сопротивлении врагам своего Отече-ства и человечества в целом. Националист должен высту-пать как освободитель стран и народов от олигархии, от бюрократического плена, от смуты глобализма. Национа-лизм обязательно победит, ибо на грани жизни и смерти выбор в пользу национализма означает выбор в пользу жизни. Смутное время «общества потребления» заканчи-вается, наступает время преодоления глобализма, время освобождения наций, время созидательного труда и твор-чества.

64

  1. Национальная экономика

4.1. «Свободный рынок»

Человеческие сообщества – нации и государства – всту-пили в третье тысячелетие с баснословным по количеству и качеству вещным, техническим, интеллектуальным и культурным богатством. Казалось бы, масса благ, произве-денная и обращаемая трудом всего человечества, дает та-кое количество разнообразных продуктов, что может обес-печить на каждом освоенном клочке земли достойные ус-ловия жизни подавляющему большинству людей, предот-вращая социальные бедствия: массовую безработицу, го-лод, бездомность, эпидемии. Реальное положение дел оп-ровергает этот вывод. Многократно увеличившаяся в срав-нении с прежними эпохами масса товаров и услуг, созда-ваемая все более эффективными средствами техники и все более совершенными технологиями, не улучшает качество

  • уровень жизни, а концентрирует богатство в руках не-многих, создает потребительское рабство, не удовлетворя-ет жизненных потребностей людей.

Разрыв уровня доходов бедных и богатых в начале ХХI века стал резко увеличиваться. Разделение жителей планеты на тех, кто купается в роскоши, и тех, кто прозя-бает в трущобах в ужасающей нищете, не имея необходи-

65

Национальный манифест

мой пищи, воды, медицинского обслуживания и доступа к образованию, стало вопиющим. Войны и революции ниче-го не изменили. Государства Запада лишь за счет «выжи-мания соков» из остального мира на некоторое время ор-ганизовали для себя системы социального обеспечения. В начале XXI века они трещат по всем швам, а миграцион-ные потоки создают новые слои пауперов, готовых сокру-шить исторические нации.

Экономические отчеты о предсмертных конвульсиях одних стран и неслыханном благополучии других, дейст-вующих вроде бы по одним и тем же схемам и критериям, фиксируют результаты вульгарного шулерства: в них ме-ханически суммируют реальные ценности и фикции, ис-тинное материальное и духовное богатство и финансовые «пузыри», деньги, сохраняющие присущие им свойства, и их суррогаты, не имеющие никакой реальной ценности. Они – всего лишь слабое отражение действительной кар-тины господствующих в мире экономических процессов, почти не реагирующее на замену реальной экономики виртуальной – биржевыми фантасмагориями.

Тайны немногочисленных экономических центров, где происходят денежные обряды и совершаются финансовые жертвоприношения, уже не представляют никакого секре-та. Они никого не компрометируют. Их выставляют напо-каз, словно проституток в витринах домов терпимости Амстердама. Финансовые махинации и манипуляции, дос-тигшие невиданных размеров, совершаются в интересах олигархии, чьи личные состояния охраняются примерно 500 корпорациями и 100–150 транснациональными банка-ми. Каждая семья финансового олигарха обладает таким же количеством денег, какие получает 20 миллионов про-чих жителей Земли. Само собой разумеется, что эти богат-ства не продукт кропотливого труда и даже не результат

66

Национальная экономика

пресловутого «первоначального накопления», происхо-дившего в эпоху мануфактур, географических открытий и пиратства. Теперь богатство произрастает из администра-тивных злоупотреблений, биржевых афер и преступлений особой тяжести, которые сплачивают общим интересом чиновников и финансовых махинаторов. Не секрет, что мировой рынок, управляемый бюрократией и контролиру-емый олигархией, стоит на прибылях от торговли нефтью, оружием, наркотиками, драгметаллами, порнографией и – деньгами. Все остальные виды товаров, включая, напри-мер, продовольствие и медикаменты, существуют лишь постольку, поскольку они также приносят олигархии не-малые прибыли и без них человечество еще не научилось обходиться.

Подобно древним, верящим, что земная твердь покоит-ся на слонах, стоящих на огромной черепахе, современ-ный обыватель утвердился во мнении, что духовные, соци-альные и экономические процессы имеют единственную неколебимую опору – деньги. В послевоенные годы эта догма облеклась в формулы монетаризма – дошедшего до безумия поклонения деньгам.

Современные жрецы денег мало чем отличаются от жрецов древности, которые придавали значение непрере-каемого религиозного откровения своим взглядам на уст-ройство мира. Желание ограничить государство в эконо-мике лишь заботой об обращении денежной массы являет-ся одной из основ глобализма – этой новой религии со сво-ими догматами и идолами.

Соблазн насытить экономику деньгами через контроли-руемые бюрократией структуры порождает безудержную инфляцию. А после инфляционного шока, уничтожившего все накопления граждан, монетаристы приступают к «сжа-тию денежной массы» – фактически лишая производство

67

Национальный манифест

оборотных средств и добивая платежеспособный спрос. Это время финансовой деятельности, сравнимой с грабе-жом: выжившие в условиях шока и вставшие на ноги пред-приятия становятся добычей кредиторов – крупнейших денежных мешков. Захватив предприятия, они не заботят-ся о выпуске продукции, а запускают новый финансовый цикл, в котором материальные ценности подчиняются фикции. Вся экономика начинает превращаться в сплош-ную денежную спекуляцию.

Только простаки могут верить, что при контроле денеж-ной массы «невидимая рука рынка» решит все проблемы. Те правительства, которые дали себя уговорить и последо-вали такой стратегии, опустошили свои бюджеты и разо-рили свой народ. Не только потому, что мировую валюту контролировали другие центры принятия решений, но и потому, что правительство прекратило заботиться о благе страны и граждан. Не являясь центром эмиссии мировых валют и имея открытую экономику «свободного рынка», правительства, вставшие на путь монетаризма, становятся убийцами национальной экономики.

4.2. Деньги и товар

  • развитием материального производства был создан многообразный мир вещей, неведомый в древности. Тор-говля превратила вещи в зримый соблазн, а обладание ве-щами – в вожделенную мечту нестойких натур. С развити-ем денежного обращения возник новый идол – деньги. Ве-щи, означающие статус богача или правителя, стали фети-шами, деньги – символами потенциального обладания лю-быми вещами, а также средством удовлетворить с их по-мощью любые желания. Куски металла или стопки банк-нот, а ныне – денежные суррогаты и абстракции электрон-

68

Национальная экономика

ных записей для множества людей стали мерилом и содер-жанием всей их жизни. Этим обусловлено появление раз-нообразных экономических теорий и хозяйственных прак-тик, в которых не осталось ничего живого – только денеж-ные расчеты.

Денежный фетишизм, придающий деньгам свойства универсального и всесильного товара, который обменива-ется на любые блага и ценности, превращает весь мир в базар, все человеческие отношения – в торговлю. Коммер-ция, купцы, посредники, морские порты и города-ярмарки приобретают непомерную значимость, отодвигая на зад-ний план все остальное. Средства пропаганды, разверну-тые олигархией по всему миру, склоняют людей, целые на-роды к тому, чтобы поклоняться «золотому тельцу», обла-дающему таинственной силой. Подчинение этой силе дает олигархии многочисленную и легко управляемую массу рабов.

Деньги на протяжении большей части своей истории имели товарное наполнение. Поэтому представления лю-дей о природе денег не выходили за пределы мира вещей. Деньги казались вещью – одним из товаров, который в си-лу присущих ему свойств стал выполнять функцию уни-версального товара. Появление бумажных денег обуслов-лено страстью фетишистов, которые готовы были обла-дать если не самой универсальной вещью (золотой моне-той или слитком), то хотя бы распиской в том, что они име-ют право на эту вещь, – банкнотой. И все же за банкнотой, монетой, слитком угадывалось вещное богатство, а деньги помогали не только ростовщикам и спекулянтам, но и об-мену товаров и учету издержек.

Банковская система воспользовалась изобретением банкноты, чтобы сконцентрировать разрозненные ресур-сы инвесторов и толкнуть вперед развитие индустрии.

69

Национальный манифест

Но с течением времени денежный фетишизм поразил фи-нансовую систему, в которой новые финансовые изобре-тения сделали реальные товары ненужными. Финансы отделились от производства, но вовлекли в игру фальши-выми ценностями все богатства мира, потопив их в фик-циях. Возникла новая форма обретения реального богат-ства – за счет финансовых операций, под метелку вычи-щающих кассы заводов и фабрик. Деньги, утратив товар-ное наполнение, превратились в «кровь» финансовой си-стемы. А последняя стала средством присвоения любых богатств, престижа, власти.

Нельзя утверждать, что «золотой стандарт» есть луч-шее обеспечение стабильности денежного обращения. На-пример, поток золота в Европу после открытия Нового Света привел к резкой девальвации монеты. От этого това-рообмен пошатнулся, но не исчез. Но соблазн выпускать денег больше, чем требует товарооборот, когда взамен мо-нетам пришли банкноты и казначейские билеты, оказался для многих государств выше, чем желание сохранить ста-бильность экономики. Сначала открытая, а потом скрытая инфляция превратила нации в заложников правительств и их тайных махинаций с денежными знаками.

«Золотой стандарт», по которому денежные знаки обес-печивались золотом и другими активами государства, все-гда был обманом. Потому что реального обмена купюр на золото не было. Как только такой обмен стал более или ме-нее массовым в отношении доллара, США объявили об от-мене «золотого стандарта». Тем самым деньги в мировой торговле, как и в большинстве национальных экономик, окончательно перестали быть посредником при реальном товарообмене. Деньги из товара стали средством обраще-ния за счет изъятия из товарооборота прибыли, предназна-ченной для развития производства.

70

Национальная экономика

Когда долговые обязательства в виде векселей стали об-ращаться наравне с деньгами, произошло возвышение банкиров над производителями. В результате банки полу-чили контроль над распределением прибыли, оставив в руках предпринимателей в лучшем случае минимальный доход. Реальный сектор экономики стал зависимым не от потребностей жизни, а от потребностей финансовой сис-темы. Предприниматель, чья творческая активность долж-на служить производству, стал рабом этой системы, посто-янно шантажируемым угрозой банкротства. Финансовая система отодвинула в сторону и государство, размыв его монополию на эмиссию денег.

Денежные суррогаты захватили не только текущее про-изводство, но и прибыль будущих поколений. Пуская в об-ращение все новые и новые денежные суррогаты, финансо-вая олигархия действует как фальшивомонетчик, который целью своей деятельности ставит присвоение ценностей, произведенных людьми в натуральном виде, и выступает как вор по отношению к будущим поколениям.

Окончательную дематериализацию денег произвела революция в технике – изобретение персональных компь-ютеров и магнитных карт. Образовалось две экономики: новая – виртуальная и старая – товарная. Однако сохране-ние за деньгами статуса товара и правил, существующих

  • отношении товара, – естественных, вытекающих из при-роды человека как производителя материальных благ и необходимости обмена ими, – обернулось деградацией экономических механизмов. Будучи знаками рационально создаваемых отношений, деньги продолжают выдаваться за универсальный товар, свободный от всякого разумного регулирования.

Бесконтрольное развитие денежного обращения вне монополии государства на установление норм экономи-

71

Национальный манифест

ческих отношений привело к появлению разнообразных денежных суррогатов. Источник экономических кризи-сов, безжалостно уничтожающих материальные условия жизни людей, который прежде заключался в товарном перепроизводстве, теперь кроется в перепроизводстве денежных суррогатов, обращаемых уже не владельцами каких-либо вещей, а владельцами «нетоварных денег» – сфабрикованных экономических отношений. Эти отно-шения, реализуемые через финансовую систему, позво-ляют олигархиям присваивать любые результаты эконо-мической деятельности, а также для поддержания своего господства покупать политиков и генералов, финансиро-вать войны и революции.

Реальное производство и оборот вещных и интеллекту-альных ценностей, с одной стороны, и производство и оборот суррогатов – с другой, обречены на непримиримое противостояние. Нациям необходимо материальное произ-водство и оборот реальных ценностей, олигархиям – гос-подство финансовой системы и оборот фиктивных ценно-стей, в сотни раз превышающий оборот товаров.

Чтобы освободиться от рабства у финансовой олигархии, нациям необходимо восстановить свою власть над экономи-ческими отношениями: урегулировать их так, чтобы финан-совая система вновь подчинилась нуждам производства. В национальной экономике пирамида экономических отно-шений должна быть перевернута. На вершине экономиче-ских отношений должен стоять производитель товаров. То-варные потоки должны быть организованы без лишних по-средников, без обособления торговли от производства, без шантажа производителя монополистами в виде оптовых баз

  • сетевых магазинов. Производство и торговлю должны об-служивать финансовые учреждения, лишенные права полу-чать прибыль за счет процентов при обращении денег.

72

Национальная экономика

Самый решительный удар по олигархии – лишение фи-нансовых институтов права «торговать деньгами» и полу-чать ссудный процент. За банковской системой могут быть оставлены только функции инвестирования и получения инвестиционной прибыли, взаиморасчетов между пред-приятиями, сбережения и консалтинга. При этом сберега-тельная функция должна остаться исключительно за госу-дарством, которое гарантирует вклады граждан от инфля-ции, обеспечивая их золотом или начисляя на сбережения инфляционный процент. Банки должны стать союзниками промышленников на ключевых направлениях индустриа-лизации, получающими долю прибыли, а не процент от вложенных средств.

Для предотвращения негативных явлений, проистека-ющих из отрицательных свойств «нетоварных денег» – этой родины безродных, необходимо отказаться от еди-ной мировой валюты, не имеющей реального товарного наполнения и привязанной к одному центру эмиссии ми-ровых денег, поддержанному множеством центров эмис-сии денежных суррогатов. Задача, которую должны ре-шить свободные нации, – определение нового эталона стоимости, который должен носить безусловно природ-ный характер, иначе человеческая натура сможет приду-мывать все новые «эквиваленты». Сегодня, несмотря на отказ от «золотого стандарта», государства по-прежнему свои накопления стараются формировать не только в ва-люте иностранных государств, но и в золоте, формируя тем самым золотовалютные резервы. Поэтому один при-родный эквивалент, количество которого не определяется решениями эмиссионных центров, уже существует и не-скоро будет забыт человечеством.

Результаты развития свободных наций зависят от них самих: от того, как они сами сформируют правила конку-

73

Национальный манифест

ренции товаропроизводителей, антимонопольную полити-ку, законы внешней торговли и передвижения капиталов за пределы государственных границ; от того, как товарное производство будет связано с финансовой системой. Ре-цептов здесь множество, и каждое государство должно са-мо выбрать свой вариант исходя из своих особенностей. Но общим делом свободных наций является освобождение от финансового рабства у олигархии.

4.3. Протекционизм

Мировая торговля всегда имела целью использовать преимущества высокоразвитых экономик над низкораз-витыми. С течением времени мировая торговля преврати-лась в систему неэквивалентного обмена, обирающего страны, не умеющие защитить свой суверенитет. Миро-вая олигархия заставляет государства с подорванным су-веренитетом обмениваться товарами себе в ущерб и стро-ить хозяйственный механизм в своих странах в угоду тем, кто забирает у них львиную долю национального до-стояния.

Основные принципы отношений между нацией и внеш-ними экономическими субъектами сформулированы более 200 лет назад Фихте, который указывал, что государство должно замкнуться от иностранной торговли и образовать «такой же обособленный торговый организм, какой оно уже образовало – обособленный юридический и полити-ческий организм». Нации, намеренные вернуть себе эко-номический суверенитет, должны прекратить неэквива-лентный обмен товарами с другими странами.

Что может быть проще: вывоз возможно более обра-ботанного товара, а ввоз – возможно менее обработанно-го! Тогда труд оценен высоко, и нет необходимости рас-

74

Национальная экономика

трачивать природные ресурсы, принадлежащие будущим поколениям. Именно так в своих работах, посвященных протекционизму, видели защиту внутреннего рынка от иностранных товаров Фридрих Лист и Дмитрий Менде-леев. Именно так – заградительными пошлинами – дей-ствовали США в начале своей истории, обеспечив неви-данный экономический подъем. Так поступила и Англия

  • момент своего становления как морской державы, вве-дя свой протекционизм в виде навигационного акта, а за-тем два столетия придерживаясь его. Последующий от-каз от замкнутости дал ведущим державам товарный и финансовый инструмент, за счет которого начался захват богатств всего мира. Но он же открыл их рынки и посте-пенно лишил их производства конкурентных преиму-ществ в сравнении с теми, которые были построены в бывших колониях, где за счет дешевой рабочей силы со-здаются более дешевые товары.

Эти примеры свидетельствуют, что только укрепившие-ся в стабильном и независимом развитии страны могут по-зволить себе конкурировать на открытом рынке. Тем не менее существование «открытой экономики» связано с ис-черпанием преимуществ, ослаблением экономической экспансии и утратой хозяйственного суверенитета. Этот процесс обозначен наметившейся деиндустриализацией США и очевидной утратой Великобританией роли веду-щей промышленной державы.

Построение «замкнутого торгового государства» пред-полагает заградительные пошлины для иностранных то-варов и протекционизм в отношении отечественного про-изводителя. В то же время протекционизм не может быть тотальным, иначе производители внутри страны не будут иметь стимула к развитию и инновациям. Зарубежные то-вары, присутствующие на рынке, должны за счет пошлин

75

Национальный манифест

быть дороже отечественных в аналогичном классе това-ров, но в целом доступными. Это создает здоровую конку-ренцию и подхлестывает развитие отечественных отрас-лей экономики.

Государство обязано заботиться о том, чтобы произво-дить максимально возможную номенклатуру товаров, необходимых для жизни нации, и не искать возможно-стей расширения импорта. Любая зависимость от им-порта – это лазейка для мировой олигархии, для порабо-щающего нацию глобализма. Государство обязано сти-мулировать импортозамещение, поддерживая те произ-водства, которые делают это на высоком технологиче-ском уровне.

По мере развития собственного производства необхо-димо снижать пошлины и тарифы, стремясь включать в сферу своего влияния и иные рынки. Однако внешнеэко-номические цели не должны доминировать. Если заводы

  • фабрики ориентируются на зарубежного потребителя, то рано или поздно они попадут в зависимость и будут разорены. Ориентация на внешнего потребителя опасна влиянием кризисов чужих экономик, на которые нацио-нальное правительство не может в должной мере отреа-гировать.

Любое государство, желающее защитить себя от раз-грабления, обречено на определенного рода изоляцио-низм, фильтрующий неблагоприятные экономические от-ношения, проникающие из-за границы. Но разумная эко-номическая политика не может устанавливать «железный занавес».

Международный обмен товарами неизбежен, поскольку необходимо иметь средства на закупку техники и природ-ных ресурсов, отсутствующих в стране. Продукты пита-ния, которые невозможно вырастить из-за климатических

76

Национальная экономика

условий, тоже можно приобретать за рубежом, но они не должны быть столь же доступными по цене, что и мест-ные, а в перспективе необходимо находить им замену в отечественном производстве. Обмен с другими государст-вами может оказаться необходимым также в случае неуро-жаев и стихийных бедствий. Однако надо учитывать, что, не отстаивая свой хозяйственный суверенитет, можно бы-стро лишиться и политического суверенитета. Состояние национальной экономики определяется не положитель-ным торговым балансом, а мощностью национальной ин-дустрии и сельского производства, их восприимчивостью

  • новым технологиям и управленческим схемам. Нация благополучна, если в экономике на первом месте стоят ин-тересы производителей, когда чиновники не смеют коман-довать частным производством и препятствовать выпуску продукции, когда законы и налоговая система просты и до-ступны пониманию каждого человека, когда система обра-зования обеспечивает экономику квалифицированными и ответственными кадрами. В этом случае отрицательный торговый баланс означает только колебания обменного курса валют. При этом производство не сокращается, а на-ция живет в достатке.

4.4. Национализм и глобализм

Все независимые рынки, все неподотчетные олигархии экономики находятся под угрозой агрессии. При этом ис-торическое наследие оставило для организации интервен-ции множество поводов, среди которых – неурегулирован-ный статус территорий, переходивших ранее из рук в руки (Косово, Кувейт) или географическая открытость террито-рии (необустроенная южная граница России). В этих воп-росах экономика соединяется с проблемами геополитики,

77

Национальный манифест

  • экономический национализм сталкивается с олигархиче-ским глобализмом.

Для обеспечения нормального экономического развития каждое государство должно стремиться войти в свои есте-ственные границы и строить свою самодостаточную систе-му. В ней не должно быть таких противоречий, которые ве-дут к распре между народами или к попыткам других госу-дарств вернуть ранее захваченные у них территории. Есте-ственные границы – это географически и культурно обусло-вленные пределы. Если нация не ощущает этих границ, она растрачивает свои силы в войнах и подавлении мятежей.

Национализм и глобализм находятся в неразрешимом противоречии. Национализм обеспечивает суверенитет нации и свободу личности в рамках этого суверенитета, ограждающего от разбоя олигархии и транснациональ-ных корпораций. Глобализм, наоборот, ссылаясь на выду-манную универсальность «общечеловеческих» законов, направляет свои усилия против интересов наций и наци-ональных государств, подменяя взаимодействие наций их отрицанием, диалог культур – интернационализмом, национальную культуру – мультикультурализмом. Наци-онализм защищает свою экономику таможенными по-шлинами, обеспечивая всем субъектам экономической деятельности равный доступ к международной торговле,

  • глобализм с бюрократией создают систему квотирова-ния для своего обогащения.

Национализм поддерживает нацию и реальное товар-ное производство, глобализм – олигархию с ее фиктивны-ми капиталами, разрушающими реальную экономику. Гло-бализм ищет чужого через подкуп капиталами лиц с пре-ступными наклонностями и готовностью к измене интере-сам своей нации, а национализм охраняет свое и отстаива-ет независимость своей нации.

78

Национальная экономика

4.5. Национальная экономика

Если не выстроены схемы движения товаров внутри го-сударственных границ и не определены потребности и возможности территорий в зависимости от климатических

  • географических условий, то невозможно правильно раз-вить экономику страны. Национально мыслящее прави-тельство будет исходить из реальных потребностей стра-ны, а не из «общепринятых норм». Там, где зима длится более шести месяцев, государство должно стремиться снижать стоимость энергоресурсов. Те государства, кото-рые имеют протяженные транспортные магистрали, долж-ны обеспечить минимальную стоимость перевозок, чтобы удаленные от развитых регионов территории не дегради-ровали и могли предоставить всем гражданам общие для нации стандарты жизни.

Национальная экономика должна производить товары, а не денежные знаки или бухгалтерские отчеты. Только ре-альный товарный обмен важен для благополучия нации, а вовсе не финансовые потоки. Если правительство умеет считать только деньги, если главной своей задачей видит выбивание налогов, то гибель экономики не за горами. Ес-ли правительство отчитывается перед нацией объемом иностранных инвестиций, то оно расписывается в своей неспособности наладить развитие производства без зави-симости от иностранцев и мировой олигархии. Если оно видит свой успех в массе размещенных за рубежами стра-ны «международных финансовых резервов», то оно забо-тится о чужой экономике и равнодушно к своей.

Те государства, которые стремятся к «открытой эконо-мике», рано или поздно входят в неразрешимые противо-речия с мировой торговой и финансовой системой. Коле-бания спроса и предложения на внешних рынках грозят

79

Национальный манифест

крахом национальной экономике, ориентированной на за-рубежного потребителя, а свободное перетекание капита-лов может мгновенно обескровить собственный хозяйст-венный организм. Поэтому национальная экономика должна выстраиваться как независимая система, готовая обеспечить страну всем необходимым даже при полном прекращении поступления товаров из-за рубежа. При этом внутренний рынок должен быть гарантирован от поглоще-ния внешними рынками. Но ограничение свободного дви-жения товаров и капиталов за пределы страны может быть обусловлено только созданием гарантированных условий их обращения внутри страны: стабильных и справедливых правил экономической деятельности, честной судебной системы, разрешающей хозяйственные споры.

То же самое касается трудовых ресурсов. Если беспре-рывно ввозить в страну непритязательных гастарбайте-ров – этих современных кочевников, готовых порушить все цивилизации, встретившиеся у них на пути, то нет шансов развить современные производства и территории страны. Ведь экономика нации напрямую зависит от тру-довых мотиваций и ответственности работника, его куль-турного уровня, усвоенных с детства правил общежития. Но чтобы устранить иммиграционные потоки, необходи-мо создавать соответствующие мотивации и культурные стандарты у коренных жителей страны, нужно избавлять нацию от низкоквалифицированного труда, нужно обес-печивать достойной зарплатой граждан, вынужденных за-мещать непрестижные профессии.

Для государства важен процесс не только прибытия трудовых ресурсов, но и эмиграция граждан ради заработ-ка в иные страны. Если не обращать внимания на «утечку мозгов», то лучшие кадры, яркие таланты будут перекуп-лены мировым рынком, где они будут своим трудом созда-

80

Национальная экономика

вать фундамент экономического развития для других стран. В то же время закрытие границ для творческих лю-дей будет означать угасание интеллектуального и духовно-го потенциала, получаемого в результате культурного диа-лога и научных обменов с другими странами. Сохранять интеллект нации надо не столько ограничениями, сколько созданием достойного уровня жизни, широкого поприща для проявления творческих способностей, обеспечением возможностей приобщения к сокровищам мировой куль-туры и мировым банкам знаний.

Частные интересы отдельных лиц неразрывно связаны

  • успехами государства и национальной экономики. Благо-состояния для большинства населения можно добиться только при наличии национальной кооперации, разделе-ния труда, механизмов защиты частных достижений и со-вместного использования общенациональных успехов и преимуществ. Труднее добиться благополучия для неболь-ших государств, которым без организации региональной, межгосударственной кооперации не обойтись, и от того, как она будет налажена, зависит и их реальная экономиче-ская успешность. Там, где люди находятся в постоянной борьбе друг с другом, рано или поздно экономическое раз-витие прекращается и наступает разруха и нищета. Там, где государство держит население в послушании закону, где право защищает богатство, накопленное трудами поко-лений, где беспокоятся о благе своих подданных, там бла-госостояние каждого будет умножаться.

Государственный механизм призван образовать обрат-ную связь между людьми, основанную на понимании не-изменности правил, сохранности имущества, защиты де-ловой репутации и человеческого достоинства. Если такой механизм создан, возможна успешно действующая нацио-нальная экономика. Если же обратная связь разорвана, то

81

Национальный манифест

гарантом благосостояния становится чиновник, принима-ющий произвольные решения и определяющий, кто поль-зуется государственным покровительством, а кто низво-дится до рабского состояния. Если же обратная связь пере-секает границы государства, она порабощает нацию в це-лом, а местную бюрократию соединяет с мировой и лиша-ет какой-либо связи с нацией.

Национальная экономика должна быть ориентирована на обычного человека, на гражданина, а не на чиновника. Экономическая свобода – это не догмат, рожденный либе-ральной мыслью. Это требование устранения из жизни бюрократического диктата и утверждения равенства воз-можностей в экономической деятельности. Либерализм, напротив, создает свободу только для избранных, подчи-няя нацию «железному закону олигархии». Национализм требует постоянной деятельности государства по защите национального производителя от бюрократии, а нацио-нальной экономики – от мировой финансовой системы. Тем самым «железный закон» разбивается о «железную волю» нации. Либерализм же, проповедуя «открытость» экономики, позволяет международным спекулянтам и не-добросовестным конкурентам насаждать олигархию и унижать национального предпринимателя.

  • национальной экономике к производителям относят не только пролетариев и крестьян, как у марксистов, но и инженеров, художников, ученых, врачей, учителей. Все это элементы большого «производства» – производства нации. Могущество нации определяется не станками, а людьми. Богатство нации не товары, а люди. Одни могут производить необходимое для жизни, другие – творить вы-сокую культуру, третьи – воспитывать будущее поколение, четвертые – нести ратную службу, пятые – управлять госу-дарством. Экономика нации неотделима от нее самой и

82

Национальная экономика

служит не целью, а средством существования нации и го-сударства. Такое понимание экономики не вмещается ни в либеральные, ни в коммунистические доктрины.

4.6. Государственное устроение

Национальная экономика должна опираться на веду-щий экономический уклад, который диктует также и уст-ройство власти. Если в эпоху доминирования аграрных от-ношений государство строилось как большое поместье со всеми его функциональными элементами, перенесенными из отдельной дворянской вотчины на пространства стра-ны, то в индустриальную эпоху появились еще два вида государств: одни ориентировались на торговлю, другие – на производство.

Государство-рынок было столь же пестрым и шумным, как рыночная площадь, и лишь внешне управлялось сти-хией спроса и предложения. Внимательному взгляду были видны и манипуляции товаром под прилавком, и цеховые группировки, и бдительный полицейский с дубинкой, и пронырливые воришки. Потом этот тип государства пере-рос в государство-супермаркет, расцвеченный рекламны-ми вывесками и ярким оформлением витрин. В этом су-пермаркете уже мало что производили, но удачно торгова-ли и отдыхали. Здесь государство обратилось в большой торгово-развлекательный центр.

Государство-предприятие выглядело как большой за-вод с множеством цехов. Здесь минимизировались затраты на управление, все было подчинено задачам выпуска про-дукции и согласованному действию всех элементов произ-водства. На самом примитивном уровне эта модель была реализована во времена советской индустриализации, но в дальнейшем бюрократизированная управленческая систе-

83

Национальный манифест

ма сковала формирование высокотехнологичного государ-ства-предприятия. Тем не менее концепция государства-предприятия сделала СССР ведущей экономической дер-жавой, способной победить в войне, создать ракетно-ядер-ный щит и приступить к освоению космического про-странства.

Государство-вотчина, казалось бы, отступило в про-шлое, но сегодня олигархия пытается восстановить рабст-во, а для него стремится к тому, чтобы нации согласились жить в государстве-плантации, где существует только три статуса: хозяева, надсмотрщики и рабы. Современ-ным рабам предписано глазеть на витрины и телевизион-ные шоу. И потреблять подделки самых престижных и до-рогих товаров. В большинстве случаев их труд уже нико-му не нужен. Нужно только их согласие признать власть олигархии легитимной, демократичной, гуманной и обя-зательной для всего мира.

По-настоящему современное национальное государст-во (государство-община, государство-корпорация) соот-ветствует иному типу производственных отношений, ко-торые могут использовать все научные и технические до-стижения, не превращая при этом человека в винтик боль-шой индустриальной машины государства-предприятия, но также и не позволяя ему деградировать до примитив-ного потребителя государства-супермаркета. Развиваю-щейся нации необходимо государство, где работа несет радость, где заботятся о детях, ценят честное слово, верят

  • любовь и дружбу, сопереживают общим утратам и обре-тениям, помогают соседям, а если придется, все вместе с оружием в руках защищают свой общий дом – родную страну. Все объединены общим проектом строительства своего государства-империи как высшей формы самоор-ганизации.

84

Национальная экономика

4.7. Налоги и национальный доход

Основными источниками поступления средств в бюд-жет страны является труд людей, которые ведут хозяйст-венную деятельность либо как частные предприниматели

  • владельцы предприятий, либо как наемные работники. Те и другие платят налоги. Бюджеты наполняются также налогами на имущество, денежными средствами, имити-рованными государством (инфляционная эмиссия), тамо-женными сборами и т.д. И все-таки национальный доход формируется прежде всего трудом и творчеством. Поэто-му для нормального функционирования экономики необ-ходима свобода творчества и желание трудиться. Пока на-логовая система угнетает труд и творчество, бюрократия торжествует, а олигархия беспредельно обогащается. Сле-довательно, в налоговой системе заложено либо рабство нации (к чему стремится бюрократия и олигархия), либо освобождение нации и уничтожение порабощающих ее факторов.

Для националистов чрезвычайно важно упростить си-стему налогообложения до нескольких простых в расче-те и понятных налогов и сделать субъектом налогообло-жения не предприятия, а людей. В этом случае будет из-жит конфликт между работником и работодателем. С ра-ботодателя будет снято подозрение, что он обогащается за счет работника. И каждый работник будет по ведомо-сти видеть, сколько из его зарплаты уходит на содержа-ние государственных систем: власти, армии, соцобеспе-чения и т.д.

Вся система бюрократического принуждения и порабо-щения построена на изъятии всего или почти всего дохода человека: неважно, наемный ли это рабочий или владелец фирмы. В бюрократической системе сбор средств на госу-

85

Национальный манифест

дарственные нужды основан на двухуровневом перечисле-нии налогов: сначала платит предприятие, а затем гражда-нин – часть своей зарплаты. Причем предприятие обязано еще оплатить и оборотные налоги с конечного потребите-ля (например, НДС – налог на добавленную стоимость). Так маскируется грабительская система максимального изъятия заработанных предприятием и работником средств. Что не удалось сразу получить с физического ли-ца, собирается через косвенные налоги в виде всевозмож-ных сборов при оформлении справок, лицензий, отчисле-ний при вступлении во владение имуществом и т.д.

Олигархия всегда стремится удешевить рабочую силу и минимизировать затраты на развитие нации и воспитание полноценной личности. Поэтому она всегда будет душите-лем свободы, превращая человека в «рабочую силу». На-ционалисты, наоборот, хотят раскрепостить человека, из-бавить от власти денег и сделать его гармонично развива-ющейся личностью – органичной частью единого нацио-нального организма. Если интересы нации возобладают, налоговая система должна быть кардинальным образом упрощена, налоговый пресс резко ослаблен, а огромные массы чиновников уволены из фискальных органов и на-правлены в производящие сектора экономики.

Если националисты намерены видеть каждого гражда-нина свободной и творчески развивающейся личностью, то и субъектом налогообложения должен быть только ин-дивидуум, а не юридическое лицо, за которым необходимо сохранить только функцию агента по расчету налоговой базы. Если ежемесячно наемные работники уплачивают налог от реализованных товаров (оборотный) и своего за-работка, а владелец предприятия еще и от своего дохода, то каждому будет ясна и воспроизведена в платежных ве-домостях реальная картина налогового бремени.

86

Национальная экономика

Эта прозрачность выгодна гражданину (и работнику, и предпринимателю) и невыгодна бюрократии. Человек, осознавший себя полноценным субъектом экономической деятельности и оценивающий вклад, который он вносит в национально-государственное строительство через уплату налогов, становится естественным противником распро-странения бюрократии и глобализма.

Только человек может соединить орудия и средства про-изводства, знания и программные продукты, капиталы и инновации. В производственном процессе человек – источ-ник творческой энергии, концентрирующий на нужных на-правлениях материальные ресурсы и преобразующий их в полезные вещи и прочие товарные продукты. Мешают ему два фактора: денежная удавка – противоестественные от-ношения, затрудняющие производство, и бюрократическая прослойка между ним и средствами производства, извра-щающая производственные отношения. Пока производст-венные отношения искажены фикциями, пока властвует паразитическая бюрократия, граждане не могут сплотиться

  • полноценную нацию, а экономическая система не может стать полностью суверенной национальной экономикой и избавиться от грабежа глобальной олигархии.

Налоги должны быть простыми в исчислении и про-зрачными. Примером самой простой и прозрачной систе-мы налогообложения прежних времен является десятина

– от дохода или товарооборота. Простота исчисления на-лога минимизирует как численность чиновников, так и возможности коррумпирования государственных служа-щих. Бюрократия в таких условиях не может возникнуть. Любое усложнение создает множество «специалистов» по налогообложению в государственных органах и судах, ко-торые начинают заниматься не развитием страны, а ули-чением предпринимателя в ошибках и отвлечением его от

87

Национальный манифест

производительной деятельности. Предприниматель, пута-ясь в налоговом законодательстве, вынужден содержать целый штат специалистов и платить чиновникам, пресле-дующим его со своими параграфами инструкций и разъ-яснениями налоговых органов. Тем самым предпринима-тель, а с ним и его работники становятся рабами все бо-лее размножающейся бюрократии.

Чем проще будет система налогообложения, чем яснее будет ее связь с национальным доходом, тем она будет «прозрачнее» и тем меньше в ней будет элементов, которые использует бюрократия ради закабаления производителя. Простота налоговой системы обеспечивает и снижение об-щего уровня налогов за счет устранения лишних поборов со стороны инспектирующих лиц. Чем меньше перерас-пределяет чиновник, тем проще нации производить нацио-нальный доход и тем меньше непроизводственных расхо-дов и соблазнов для чиновника зачерпнуть из госбюджета средства на какой-нибудь грандиозный проект, сулящий коррупционерам дополнительную мзду.

Бюрократия стремится запутать не только предприни-мателя, но и всех граждан, которым предлагаются фиктив-ные критерии оценки деятельности правительства. В бю-рократической системе статистическая отчетность, как и выборы, стала изощренной формой обмана граждан с це-лью обогащения олигархии и манипулирования общест-венным мнением. Теперь модно отчитываться перед «из-бирателями» привлечением иностранных инвестиций и ростом ВВП (валовой внутренний продукт). От граждан скрывается, что инвестиции, поступившие из-за рубежа, обременены выплатой дохода зарубежному инвестору, что за иностранные инвестиции приходится расплачиваться, формируя потоки материальных ценностей, перетекаю-щих в иные экономики. Скрывается, что ни инвестиции,

88

Национальная экономика

ни ВВП не отражают уровня благосостояния нации. Если методики расчета меняются, если в доход страны произ-вольно включаются разнообразные услуги и интеллекту-альный «капитал», не имеющие к реальной экономике ни-какого отношения, то экономические показатели превра-щаются в пропагандистский материал, в обман.

Национальный доход – вот критерий оценки уровня бла-госостояния. Он образуется из доходов, полученных в сфе-ре материального производства как вся масса ценностей, созданных заново и направленных на удовлетворение жиз-ненных потребностей граждан. Национальный доход – это вновь созданная стоимость, возникшая как разница между всей выручкой от произведенных товаров, доставленных потребителю, и всеми затратами на их производство. Рабо-та «на склад», услуги в сфере развлечений и частной жиз-ни в целом, личные расходы работника и работодателя на свои нужды здесь не учитываются. Когда учету подлежит только вновь созданная стоимость, понятен уровень разви-тия национальной экономики, размеры средств, которые могут быть затрачены на потребление частных лиц, расши-рение производства и содержание государственных орга-нов. Приращение национального дохода за счет новых про-изводств и сокращения издержек на создание единицы продукции отражает динамику развития национальной экономики. Если нация не тратит на свои социальные про-екты и государственные нужды более того, что она реаль-но заработала, то она живет по средствам и имеет все необ-ходимые предпосылки к полноценному развитию, не обре-меняя долгами будущие поколения.

Для националистов важны не размеры государственно-го бюджета, которым манипулируют чиновники, а разме-ры и скорость увеличения национального дохода. Увели-чение национального дохода может быть достигнуто и за

89

Национальный манифест

счет снижения налогов. Еще в Древнем Китае говорили: «Непомерные налоги – это обогащение врага». Врагом на-ционалистов является бюрократия, которая стремится к контролю за максимально большой долей национального дохода и национального достояния. Следовательно, наци-оналисты являются непримиримыми врагами бюрокра-тии, утверждая принципиально иную экономическую сис-тему, в которой налоги низкие, налоговая система предель-но проста, а национальный доход по большей части мину-ет чиновника. В такой системе граждане точно знают, сколько каждый из них отдает на содержание вооружен-ных сил, социальные программы и госаппарат. Что касает-ся своих заработанных средств, то каждый сумеет их ис-пользовать более целесообразно, нежели это за него сдела-ет чиновник.

4.8. Собственность, земля, производство

Легитимность собственности является ключевым прин-ципом для развития национальной экономики и прочности национального единства. Целостность общности граждан может покоиться только на правовом приобретении собст-венности, а право – на исконном представлении о справед-ливости. Негласный сговор бюрократии и вчерашних раз-бойников, а ныне «досточтимых олигархов» не имеет сро-ка давности, если в результате этого нарушен принцип справедливости в глазах народа. Даже закон, покрываю-щий воровство, не может быть гарантией неподсудности вора в будущем – когда этот закон будет отменен нацио-нальной властью. Всякое право собственности будет аб-сурдом, если действующая система отношений собствен-ности не даст жить большинству. Если для одних собст-венность доступна, а у других нет никаких возможностей

90

Национальная экономика

  • приобрести, то общество идет в тупик и расслаивается на кланы, ведущие между собой непримиримую борьбу.

Товарный производитель стоит в национальном госу-дарстве на особом счету. Ему необходимо обеспечить воз-можность свободного доступа к рынку сырья и материа-лов для его производства и обеспечить свободный сбыт произведенных товаров. Либеральная система, ориентиро-ванная на движение капиталов, ставит прямо противопо-ложные цели. Сырье и материалы, являясь биржевыми спекулятивными товарами, становятся дороже за счет бан-ковских процентов по кредитам и многократных посред-нических операций, а рынки сбыта сжимаются сетевыми структурами, лишая производителя всей созданной им до-бавочной стоимости. Бюрократия к этому процессу (либе-ральная монополизация) добавляет различные процедуры по квотированию и лицензированию (бюрократическая монополизация), делая производство еще более уязвимым. Либералы требуют минимизации роли государства в эко-номике. Националисты требуют минимизации роли чи-новника и его произвольных решений; роль государства они видят в разворачивании крупных инновационных про-изводств и в контроле за стратегическими отраслями, где риск монополизации слишком велик, а коммерческий риск слишком опасен для нации. Государство обязано планиро-вать развитие нации на отдаленную перспективу, которая не видна частным предпринимателям или находится за пределами их экономических интересов. Роль государства должна проявляться в размещении госзаказов на продук-цию стратегического значения и во внедрении новейших технологий, имеющих значение для развития националь-ной экономики в целом.

Все это будет приносить плоды только в одном случае: если бюрократия будет подчинена нации. Сами по себе

91

Национальный манифест

чиновники, даже имея всю полноту власти в администра-тивном и хозяйственном управлении государством, не мо-гут обеспечить эффективного функционирования эконо-мики. Яркий пример тому – советская система, основан-ная на бюрократической уравниловке. Она создала пере-довые производства, но живая ткань экономики в целом так и не была создана, поскольку подавлялась частная инициатива, творческий труд, ответственность каждого за свое дело, а новые технологии вязли в бюрократических согласованиях.

Частная и коллективная собственность в сельскохозяй-ственном производстве также по-разному видятся в оли-гархической экономической модели и в модели нацио-нальной. У либералов-монетаристов государство устраня-ется от регулирования сельскохозяйственного производст-ва, оставляя сельского производителя один на один с опто-выми покупателями, которые, формируя рынок закупоч-ных цен, заставляют продавать продукцию ниже себесто-имости. Заниженные цены на продукты питания на время создают горожанам хорошее настроение и обеспечивают лояльность к правительству, но для села становятся разо-рительными.

Бюрократия создает противостояние между городом и деревней, при котором сельский производитель полно-стью лишается надежных гарантий поддержания произ-водства и приемлемых условий для жизни сельских тру-жеников. Чтобы селяне не имели возможности перебрать-ся в город, создаются всевозможные преграды – например, за счет высоких цен на городское жилье. У этих «крепост-ных» современной сельской экономики через залог изыма-ют земли, а их самих оставляют прозябать в нищете. На-ция раскалывается на городское большинство и вымираю-щее и бесправное сельское меньшинство. И только в са-

92

Национальная экономика

мых богатых странах, где перекосы бюрократической сис-темы компенсируются громадными субсидиями, сельское хозяйство процветает, будучи исключенным из экономиче-ского механизма и во всем зависимым от бюрократии.

Сельскохозяйственное предприятие может сосущество-вать успешно только при условии, что земельный участок не будет дробиться до бесконечности и что государство бу-дет стоять на страже интересов нации, установив твердые цены, по которым оно будет закупать продукты питания, если покупатель по более высокой цене не найдется в ча-стном секторе. Такая политика – необходимое условие нормального функционирования сельхозпроизводства и сельхозпереработки. В этом случае другие операторы не отстраняются от свободного рынка, но свои закупки могут вести по ценам не ниже установленных государством, тем самым обеспечивая рентабельность сельскому производ-ству. Влияние государства на формирование политики в земельном вопросе должно быть определяющим. Земля не может быть предметом залога и входить в конкурсную массу при банкротстве. Пахотная земля, сельские угодья имеют такое же значение для государства, как и полезные ископаемые. Варварская эксплуатация земли, перевод па-хотных земель и лесного фонда под жилищную застройку, захват водоохранных зон – все это примеры бюрократиче-ского расточительства и расхищения национального дос-тояния.

Забота государства о сохранности сельхозпроизводства должна быть такой же, как забота о своей армии и ее сол-датах. Можно наказать проворовавшегося управляющего или отдать под суд трусливого солдата. Но национальные интересы требуют, чтобы изменение в численности армий

  • в назначении использования земель были под полным государственным контролем. При любой смене собствен-

93

Национальный манифест

ника, при любых трудностях землепользования процесс сельскохозяйственного производства не должен останав-ливаться. Страну надо кормить каждый день, поэтому для остановки сельского производства не может быть никаких оправданий. И это совместная ответственность предпри-нимателя и госслужащего.

Современные средства производства, технологии и коммуникации создают возможность для каждого владеть землей, обрабатывать ее и жить в бытовых условиях, близ-ких к городским, пользуясь при этом простором приуса-дебных участков, питаясь свежими продуктами и наслаж-даясь чистым воздухом и красотой природы. Все это поз-воляет, наделяя людей землей, расселять мегаполисы – эти крематории национального духа – и обеспечивать необхо-димый баланс численности населения. В просторных жи-лищах могут создаваться большие семьи, работающие как

  • городах, так и на своей земле, в условиях, когда совре-менные транспортные магистрали и средства коммуника-ций обеспечивают доступность к городским и сельским профессиям, национальной и мировой культуре. Именно такое направление воспитания «чувства собственника» – домовладельца должно стимулироваться национальным правительством, глядящим в будущее.

4.9. Пенсионное обеспечение

Пенсионное обеспечение часто становится поводом для политических сражений между либеральными и социаль-ными партиями, предлагающими различные способы на-полнения пенсионных фондов и использующими пенсио-неров как объект пропаганды в избирательных кампаниях.

Пока нация молода, многочисленные поколения трудо-способных граждан могут содержать поколения, утратив-

94

Национальная экономика

шие трудоспособность. Но по мере увеличения продолжи-тельности жизни без увеличения пенсионного возраста груз, возлагаемый на плечи трудоспособных граждан, уве-личивается все больше.

Европейские и некоторые азиатские нации давно испы-тывают трудности в поддержании достойного уровня жиз-ни пожилых поколений, первоначально сильно завысив его. Теперь государства пытаются изменить пенсионное законодательство, переложив ответственность на частные пенсионные фонды. При этом предполагается, что каждый сам будет «зарабатывать себе на старость» и развивать разнообразные формы страхования на случай инвалидно-сти. Тем самым государство обкладывает своих граждан еще одним налогом, который собирается впрок, но, суще-ствуя в денежной форме, не обеспечен будущим производ-ством товаров.

  • национальном государстве нет необходимости в при-нудительном накоплении. Если вся нация создает свой на-циональный доход, то и вся нация может пользоваться его плодами. Часть средств от этого дохода должна идти на го-сударственные нужды, а часть – на социальные нужды, в которых одно из главных мест занимает пенсионное обес-печение. Пенсия рассчитывается не в денежной форме, а в доле текущего национального дохода. При утверждении бюджета государство должно ежегодно формировать рас-ходы, которые оно может себе позволить на пенсионеров. Распределено может быть только то, что нация заработала
  • истекшем году.

Открытость данных о национальном доходе, налоговой системе, доле бюджетных расходов, направляемых на пен-сионное обеспечение, дает каждому поколению мотив, чтобы стремиться к максимальной отдаче в общенацио-нальном деле – поддержке производителя, повышении эф-

95

Национальный манифест

фективности труда, подавлении бюрократии, тунеядства и воровства.

4.10. Богатство и бедность

Если понимать богатство только как набор материаль-ных благ и возможностей пользоваться разнообразными услугами, то справедливо будет евангельское утвержде-ние, что богатому так же сложно попасть в Царство небес-ное, как верблюду пройти сквозь игольное ушко. Такое бо-гатство идет только во вред личности. Но также вредно и понимание бедности исключительно как недостатка мате-риальных благ. Тогда бедняк может мечтать только о том, чтобы ограбить богатого и занять его место, помыкая те-ми, кто такой захват осуществить не смог.

Чтобы социальный конфликт между богатством и бед-ностью был изжит, необходимо понять, что бедность – об-щая проблема, затрагивающая все слои общества, а пози-тивный смысл частного богатства возникает, когда в нем заложено изживание бедности как таковой. Проще говоря, богатство оправдано, если оно становится источником увеличения хозяйственной мощи нации и способствует ее нравственному и физическому здоровью. Одно дело, когда богатство паразитирует на денежном дефиците и несовер-шенстве финансовой системы, другое – когда оно органи-зует производство, воспроизводя рабочую силу (включая рабочую силу самого предпринимателя) и производствен-ные системы. Одно дело – стричь купоны, другое дело – создавать производство. Первое – форма паразитизма, вто-рое – достойная уважения деятельность.

Богатство – это соблазн, склоняющий предпринимателя отказаться от труда и превратиться в паразита-рантье. От-сюда возникает риск нравственного падения и духовного

96

Национальная экономика

заблуждения, чреватый распадом личности. Соответствен-но предпринимательство – рискованное дело еще и с этой точки зрения. Но наша оценка предпринимателя должна исходить из того, есть ли предпринимателю что терять в духовном смысле. Если он заведомо лишен совести, то ему нечем рисковать – он в духовном смысле оказывается нищим.

Рентные настроения в связи с надеждами на чудесное обогащение опасны тем, что парализуют экономику: биз-несменом становится не организатор производства, а фи-нансист, манипулирующий мнимыми величинами, абст-рактными сущностями. Рентные настроения угнетают лю-бовь к труду, заставляя доверяться финансовым аферистам

  • организаторам разного рода лотерей и маркетинговых пирамид. Массы потенциально трудоспособного населе-ния бросаются в несообразно распухающую сферу обслу-живания роскоши и изощренных услуг, также превраща-ясь в рантье или в их персонал.

Олигархическая модель государства предоставляет воз-можности экономической активности преимущественно в обслуживании ренты, посредничества, примитивной спе-куляции. Рента угнетает труд и делает предприниматель-ство зависимым от массы паразитических структур. Наци-ональное законодательство должно стать преградой этому злу, возложив дополнительное налоговое бремя на ренту и роскошь, превратив обслуживание праздности в малопри-влекательный вид бизнеса.

4.11. Экономический базис национальной элиты

  • ХХ веке произошло смещение в системе ценностей,
  • к элите общества стали причислять не героев и мудре-цов, а богачей и правителей, независимо от их нравствен-

97

Национальный манифест

ных качеств и плодов их деятельности. Формирование «элит» вопреки интеллекту и заслугам повлекло за собой деградацию общественных институтов и заложило осно-ву кризисным явлениям во всех сферах жизнедеятельно-сти человека.

Проблема современных обществ состоит в том, что го-сударственная служба полностью оторвана от интересов нации и государства. Судьба государственного чиновника

  • его материальное благосостояние зависят только от его положения в слое госуправленцев и возможностей участия в коррупционных процессах. Кроме того, госслужба не об-разуется национальной элитой. После крушения аристо-кратий «элиты» – это скорее олигархия, а не первые люди государства, кровно связанные с ним.

Деградация и предательство элит всегда вели к краху государства. Устоять перед различными угрозами государ-ство может, когда элиты вписываются в экономическую модель и имеют в ней законное место, принятое нацией как должное. Либеральная бюрократия создает «элиты», которые включены в экономику только через коррупцию, а сохранение этого положения обеспечивается тотальной пропагандой, убеждающей в справедливости такой орга-низации общества. При этом «элиты» вовсе не заинтересо-ваны в благополучии нации и используют ее в своих коры-стных целях.

Прежняя аристократия получала за свою службу госу-дарю и государству не только должности, но и земли, иму-щество, слуг, рабов. Ее благосостояние зависело от верной службы и ратных подвигов. Если аристократ, дворянин по-гибал в сражениях, его семья не шла по миру, а пользова-лась приобретенными благами. Если представитель ари-стократической элиты уходил от дел по возрасту или по болезни, он не становился нищим: земля, полученная за

98

Национальная экономика

службу, кормила его и его семью. С возникновением мощ-ной индустрии аристократия потеряла экономический ба-зис, а налоги на имущество и наследство уничтожили до-стояние аристократов. Они вынуждены были уступить инициативу чиновникам, которые в трудную минуту цени-ли собственную жизнь выше интересов государства. По этой причине мощнейшие империи утратили устойчи-вость и пали.

Сегодняшняя государственная служба ничем не гаран-тирует положение в элите общества и не дает гарантий се-мье чиновника или офицера. С невероятно разросшимся аппаратом управления такие гарантии и невозможны. По-этому чиновник стремится быть в «элите», превращая службу в род бизнеса, где коррупция является неотъемле-мой частью должности.

Бюрократия предпочитает воспроизводить себя, воз-вышая в каждом департаменте менее талантливые кадры, чем их руководители. Такая кадровая политика заводит управление государством в тупик в течение двух-трех по-колений. Власть временщиков перестает обеспечивать не только страну, но и сам бюрократический слой, который становится все более жестоким по отношению к народу, все более циничным в попрании интересов нации. Все меньше сдерживающих факторов, препятствующих обо-гащению за счет предательства интересов нации. На спо-койную и обеспеченную старость чиновник уже не рас-считывает, стремясь обогатиться немедленно и самыми стремительными темпами.

Чтобы государственная служба формировала настоя-щую национальную элиту, она должна быть сопряжена не

  • денежными поощрениями, а с включением чиновника в экономическую систему общества, от эффективности ко-торой зависит его благосостояние. Восстановление связи

99

Национальный манифест

государственной службы с национальным хозяйством и многократное сокращение госаппарата послужат форми-рованию новой национальной аристократии, получающей статус и материальное обеспечение за службу.

Элита нации, принесшая ей существенную пользу, должна быть «привязана» к акционерным капиталам, вла-дея «золотой акцией» – с правом получать доход, но без права вмешиваться в управление предприятием. Это соз-даст заинтересованность аристократии в развитии нацио-нальной экономики в целом и конкретных национальных предприятий, подкрепит желание служить государству, ко-торое в свою очередь позаботится об обеспечении аристо-кратической элиты.

Доход от предприятия, направляемый чиновнику, дол-жен устанавливаться только в рамках существующих на-логов – как небольшая их часть. При этом никакого уча-стия в управлении предприятиями, никакого распределе-ния «бонусов», никаких прочих поощрений быть не мо-жет. Кроме того, речь идет не обо всем чиновничестве, а только о национальной элите – этой форме современной аристократии, которой много дается, но с нее же многое и спрашивается. Отступление от интересов нации, исполь-зование служебного положения в личных интересах должны быть исключены, а верность нации гарантирова-на помимо факторов воспитания еще и тем, что в случае преобладания личного материальные потери и поражение

  • правах будут катастрофическими.

4.12. Опора на национализм

Говоря о германской экономике, Макс Вебер сформули-ровал общезначимый принцип: задача национальной эко-номики состоит в том, чтобы обеспечить преимущества

100

Национальная экономика

высокотехнологичным производствам перед мелкоторго-вой стихией «восточного базара» и перед финансовой и сырьевой спекуляцией с ее бесконечной коррупцией.

Победа высоких технологий над низкими, высших ти-пов производственных отношений над низшими может быть гарантирована только активной ролью государства в экономике и защитой малого и среднего предприниматель-ства как от вторжения иностранных конкурентов, так и от подавления внутренними монополиями и произволом чи-новников. Устранение государства из этой области означа-ет неизбежный крах нации. Поэтому экономическая поли-тика должна опираться на национализм.

Национальные стратегии экономического развития оп-ределяются традициями производительной деятельности, национальными инженерными и научными школами, ре-сурсным потенциалом каждой отдельно взятой страны. Сверх здравого смысла нет никаких универсальных зако-нов экономики. Любая наперед заданная человеческим ра-зумом закономерность реализуется в национальной моде-ли экономики, где торжествует нация – ее разум и воля, а не олигархия с ее алчностью и страстью к лжи.

101

  1. Служение добру

5.1. Олигархия и религии

Через веру человек постигает абсолютные истины, смысл жизни (зачем жить), в философии он ищет общие представления о себе и о природе (как жить), в науке – фундаментальные и прикладные знания о природе, обще-стве, индивиде (чем жить).

Мировые цивилизации рождены мировыми религия-ми. Современная цивилизация пытается ее отбросить и вместо вопроса о смысле жизни, вместо вопроса «зачем жить» внедряет в сознание людей культ денег. Воинству-ющий атеизм и равнодушный абсентеизм – это средства порабощения наций бюрократией и олигархией. Нацио-нальное самосознание, из которого изъята вера предков, лишается возможности осознавать разницу между сво-бодой и рабством.

Идеи побеждаются только силой других идей. Поэто-му мировая олигархия ведет наступление на мировые ре-лигии подспудно – внедряя заменители религиозного са-мосознания, превращая священные ритуалы в шоу, под-меняя миссию служения Истине рабской покорностью перед якобы непогрешимым авторитетом первоиерархов. Священство и верующих склоняют к признанию «симфо-

102

Служение добру

нии» с погрязшей в пороке властью, говоря, что «всякая власть от Бога». Но забывают добавить, что власть быва-ет Божьей милостью и Божиим попущением за грехи. И второе нельзя принимать как Дар Божий. Когда не помо-гают увещевания, то угрозами и репрессиями понуждают

  • лояльности тех, кто склонен уступить олигархии – лишь бы сохранить возможность совершать религиозные ритуалы.

Путь многих подвижников указывает на возможность обретения Истины в индивидуальном акте спасения. Но это путь единиц, а не миллионов. А сегодня вместо объе-динения нации общей верой нам предлагают ограничить-ся индивидуальным духовным выбором, в котором каж-дый произвольно ищет ответы на вопросы бытия, никак не связывая себя с судьбой страны и ее историей. Подоб-ное извращение духовной жизни касается и священства, становящегося кастой жрецов, оторвавшейся от религиоз-ных корней и смысла своего служения. Разделяя свою жизнь на частную и публичную, они предпочитают про-возглашать на словах вечные истины для других, но не ут-руждают себя следованием этим истинам. В этой среде олигархией всячески поощряется и культивируется стре-мление к материальному достатку и роскоши. Если кто-то из священнослужителей пытается воспротивиться, высту-пать в защиту канонов, его обвиняют в отступлении от ве-ры и изгоняют как еретика.

Материализм, доведенный до фетишизма, стал религи-ей, которую олигархия внедряет повсеместно, подрывая прежде всего мировые религии, ставшие духовной осно-вой исторических наций. Создается «симфония» между церковной и государственной бюрократиями, в которой священству предложена постыдная роль усмирения наци-ональных сил и проповеди безнационального мира. Дру-

103

Национальный манифест

гой стороной процесса разложения мировых религий яв-ляется насаждение культа насилия, отбрасывающего всю глубину вероучения и оставляющего вместо религиозного самосознания только ненависть к «неверным».

Вера, застывшая в пустых словах, умирает в душе. Сло-ва все еще произносятся, но догматам уже не служат. Именно поэтому религиозная риторика, которую пытают-ся брать на вооружение националистические организации, не оказывает воздействия на массы. Пустые слова без под-вижничества никого не трогают.

Народ, дезориентированный религиозными деятелями, теряет возможность избавиться от культа денег и сползает

  • пропасть пошлости, насилия, бессовестности и бесстыд-ства. Люди превращаются в биомассу без культуры и исто-рии, глумящуюся над образцами подвижнической жизни, клеймя ее за религиозный фанатизм. Все эти «индивидуу-мы», отрекшиеся от веры предков, от культурной, полити-ческой и родовой общности, составляют «клуб само-убийц», продавших душу олигархии, не живущих, а гнию-щих в преисподней, которую они сами себе создали на зе-мле. И только бескорыстные подвижники не дают устро-ить ад кромешный для человечества в целом, мешают по-ставить последнюю точку в земной истории и соединить мир человека с царством греха.

5.2. Вера и идея прогресса

Человечеству пришлось пережить кровавые револю-ции и войны, заплатив миллионами жертв, прежде чем для власти денег было расчищено социальное и геогра-фическое пространство, а религиозное мировоззрение подавлено. Начался этот путь от древнейших времен, от бунтарей, отрицавших нематериальное и клеветавших на

104

Служение добру

историю и традицию. Все их помыслы соединились в идее прогресса и догматах Просвещения. Прогресс есте-ствознания обеспечил Европе контроль за всем миром, захват огромных колоний, создание системы мировой торговли. И возникла иллюзия, что помимо науки и тех-ники человечеству уже больше ничего не надо, что имен-но в этом и есть его «естество». И европейские просвети-тели предприняли ревизию всех существующих смыслов общежития, доведя Европу до кризиса религиозного ми-ровоззрения и немыслимого в прошлые века кровопроли-тия. С идеями Просвещения мир вошел в эпоху разруши-тельных революций и войн. На фоне нарастающего мате-риального благополучия стал очевиден закат современ-ной цивилизации.

Один из пропагандистских штампов, выработанных ли-бералами и коммунистами, объявляет Средневековье вре-менем мракобесия, «темными веками», продымленными кострами инквизиции. В действительности именно в эту эпоху под воздействием мировых религий сложились су-ществующие ныне цивилизации, охватившие страны и континенты. Именно тогда произошло становление само-бытного духовного мира и самобытных способов произ-водства, присущих этим цивилизациям и предопределив-ших их развитие. Тогда же стали складываться социаль-ные и политические общности, в конечном счете создав-шие великие государства и великие нации, несущие на се-бе и поныне основное бремя мирового экономического развития и сохранения мировой культуры.

На почве различных деклараций, питавшихся идеями так называемых гуманистов, возникла идеология либера-лизма. Выдвинутые ею лозунги свободы, равенства и братства были подменой смыслов и дьявольским соблаз-ном, прикрытым заботой о человеке. Разоблачение поро-

105

Национальный манифест

ков буржуазного либерализма стало причиной появления нового соблазна – пролетарского интернационализма и коммунизма, которые идейно повторяли большинство идей Просвещения, переиначивая их на свой лад и про-славляя крах наций и государств как пролог «светлого бу-дущего».

Объявляя от имени международной партии пролетари-ата войну буржуазной собственности, буржуазному об-ществу и эксплуатации, коммунизм, как и либерализм, имел в виду стремление к земному счастью, которое вы-ражалось в сытости и праздности. Но, в отличие от ло-зунгов либеральных и их призывов к царству справедли-вого народного правительства, с которого начинали свой путь по миру в поисках счастья «демократы», признаком пролетарского счастья была провозглашена будущая все-мирная ассоциация индивидов, в которой «свободное развитие каждого является условием свободного разви-тия всех».

Что принесли человечеству два призрака, рожденные мятежным сознанием безбожников, – либерализм и ком-мунизм? Не прошло и двух столетий после провозглаше-ния истин либерализма, как в тех странах, где ему уда-лось овладеть массами, господствующие высоты оказа-лись в руках олигархии. Не потребовалось и ста лет ком-мунистического господства в странах, где людей вдохно-вили коммунистические идеи, как власть в этих странах была присвоена бюрократией, партноменклатурой. Надо ли напоминать, что сталось с идеями либерального сча-стья при олигархии, до какого уродства были доведены идеи пролетарского счастья под управлением коммуни-стов?

Попытка вытеснить религиозное сознание наукой не уда-лась ни либералам, ни коммунистам. Попытка подменить

106

Служение добру

веру в Бога верой в политическую идею, опустошила души людей и не привела ни к чему разумному и долговечному. Наука без системы ценностей, утвержденной в веках, ис-черпала свои возможности. Идеологии выродились в догма-тический формализм фальшивых «ценностей» и фиктив-ных процедур, имитирующих народную поддержку издева-тельствам над здравым смыслом. Автономия человека от Бога не состоялась. Она лишь отделила человека от того, что спасало его в прежние эпохи: религии, нравственности, семьи, нации.

Общества, не связанные подвигом веры, созерцанием традиции, переживанием исторического прошлого, еди-ными представлениями о грехе и добродетели, неизбежно идут к своему краху. Будущее принадлежит тем, для кого вера, Отечество, нация, честь, долг, любовь выше земных благ и самой жизни.

5.3. Вера и знание

Крупнейшие ученые мира, основатели классической и современной науки были почти все без исключения веру-ющими. И только те, кто стремился ниспровергнуть тра-диционное общество, противопоставляли веру и научное знание. В действительности вера и знание дополняют друг друга. В сознании человека они не существуют раз-дельно, поскольку знание добывается откровением, оза-рением, актом творчества. Религия создает творческий порыв и нравственный мотив научной деятельности. Ре-лигия создает условия для любви к знаниям, уважения к учености. Не случайно монастыри были центрами хране-ния знаний, а первые университеты не мыслили образо-вание без теологии. Классическая система образования предусматривала понимание основ религии, традицион-

107

Национальный манифест

ная мораль передавалась подрастающим поколениям в семье – через приобщение к религиозному ритуалу и ос-новным догматам веры. Современность кичится своим уровнем образования, своими знаниями о мире. В дейст-вительности отделение образования и науки от религии привело к духовному отупению и деградации культурно-го уровня. Слой ученых, создающих и поддерживающих современный уровень техники и технологии, стреми-тельно сужается. Уравнительные демократические про-цедуры грозят сделать основную массу граждан чужды-ми глубинам знания. И тогда рухнут не только моральные устои, но и вся инфраструктура цивилизации, обеспечи-вающая жизнь более сытную и безопасную, чем во вре-мена, предшествовавшие индустриальной и научно-тех-нической революции.

Олигархия стремится к тому, чтобы оторвать образова-ние и науку от религии, развести пути Богопознания с ми-ропознанием. Она заинтересована в том, чтобы манипу-лировать малограмотными рабами, заставляя людей по-треблять «продукцию» СМИ. Тем самым олигархия, за-полняя сознание граждан «пустой породой» своей пропа-ганды, лишает их элементарных знаний о мире и о самих себе. Мир под руководством олигархии катится в про-пасть невежества и краха всех достижений человечества последних веков.

Жизнь и мир человека извечно разделены на добро и зло. История человечества всегда была схваткой между добром и злом. Но отдельному человеку не всегда дано определить, где пролегает граница в этой схватке. Блуж-дание в сумерках порой заводит человека в стан врага Божьего и человеческого. И сегодня чаще, чем когда-ли-бо, потому что истина современному человеку открывает-ся не на полях сражений и не в кельях мудрецов. Враг ро-

108

Служение добру

да человеческого стал изощреннее и хитрее, изобрел но-вые соблазны, предлагая взамен истины лукавое умство-вание и славу ученых званий, взамен подвигу – почести, воздаваемые по должности, взамен результатов труда – жалование и развлечения. Средства массовой информа-ции насаждают жизненные стереотипы, разрушающие личность и погружающие человека в порок. В центре его ценностей оказывается не Бог, не цели нравственного со-вершенства, не духовный или ратный подвиг, а блажь раз-вращенной натуры.

Либералы и коммунисты, отвергая религию, паразити-руют на прежних достижениях мысли и на деятельности сложившихся в прежние эпохи научных школ. В своих собственных прогнозах, политических и экономических стратегиях они постоянно терпят поражение, но цинично объясняют все проблемы и кризисы, которыми сопровож-дается их деятельность, объективными обстоятельствами. Бюрократия, поглотившая обе по видимости альтернатив-ные, но в действительности родственные концепции, ис-пользует их для одурачивания избирателей, предлагая им выбирать между «левыми» и «правыми», не меняя при этом ничего по существу. Фактически такой выбор лиша-ет граждан возможности задуматься о смысле жизни и подчиняет гибельной политике жрецов «золотого тель-ца». И только духовно очищенное и просветленное знание позволяет увидеть за играми партий козни олигархии. По-этому задача националистов – каждого в отдельности и всех организаций националистов – приобщаться к вере и знаниям лично и склонять к этому других. Это один из важнейших компонентов формирования национального мировоззрения и борьбы с диктатурой олигархии. Одухо-творенная верой мысль творит будущее и оберегает нации от разрушения.

109

Национальный манифест

5.4. Солдаты империй

Религия не проповедует смирения перед злом и непроти-вления злу. Религия требует смирения перед Богом. Поэто-му мировые религии создают империи. Нации, замкнувши-еся в себе, не ставящие себе общемировых задач, не ищу-щие союзников в государственном и культурном строитель-стве, быстро уходят в небытие. Нации, имеющие мироуст-роительные задачи, определяют будущее человечества.

Государственный идеал националистов – это государ-ство-нация и государство-империя. Империя – высшая форма царства, объединяющего в своих границах боль-шую часть самобытной цивилизации, охватывающей родственные народы. Империя – это земное царство, по-строенное по небесным заветам.

Глобалисты хотят единства мира без наций, хотят по-строить свою империю, в которой вместо национального ядра будет сатанинская секта, поклоняющаяся «золотому тельцу». Чтобы восторжествовать, глобалисты стремятся опорочить в глазах людей саму идею империи, представ-ляя ее не хранителем цивилизации и распространителем веры, знания и культуры, а поработителем народов. Они хотят, чтобы нации не сплачивались, не объединялись, а бесконечно дробились – до той степени, пока мировой олигархии не будет противостоять всего лишь одинокий и жалкий индивид. Мир без империй – это мир всеобщего рабства, мир умирающих наций, культур, цивилизаций. Это мир без будущего.

Глобализм стремится разорвать связь народов с их ду-ховными и культурными истоками. Ему нужен хаос, а империи не позволяют рассыпать мозаику наций, раздро-бить их. Тем самым империи препятствуют гибельным процессам, столь выгодным мировой олигархии.

110

Служение добру

Каждый, в ком не умерла искра Божья, может стать солдатом Империи. Быть воином – удел сильных духом людей, не поддавшихся дьявольским соблазнам и иску-шениям, возлюбивших ближних, как самих себя, посвя-тивших жизнь тому, ради чего не страшно умереть. Ми-лосердие и мужество составляют честь солдат Империи, сопротивление злу силой – моральный долг.

Настоящий национализм отличается тем, что знает вы-сшую меру всего, он понимает мироустройство, следуя не за жрецами, а за Богом. Такое служение освещает путь всем нациям и народам. Тот, кто пытается упростить свою жизнь, чураясь ответственности служения и усилий самообразования, рано или поздно впадает в заблужде-ние. И с путей, ведущих нации к благу и утверждению высших истин, переходит на пути, проторенные сатаной для ленивых, нелюбопытных и глупых. Там – гибель лич-ности, нации, государства.

Нейтралитет невозможен, невозможно уклониться от схватки, которая проходит через твое собственное сердце. Теплохладное отношение к схватке, которая как будто про-исходит не с тобой, а где-то в стороне, – то же самое, что сочувствие злу.

Мы можем знать о «своих» и «чужих» по делам. Одни служат Богу и нации, другие им не служат. Одни рискуют собой: своей жизнью, благополучием, карьерой – и стре-мятся к результату. Другие подменяют результат обеща-ниями, которые никогда не выполняются, ложью, покры-вающей их истинные цели. «Чужих» изобличает беспло-дие в делах нации и чрезвычайная активность в делах личного обогащения.

Олигархия повсеместно насаждает бесчувствие и равно-душие, стремясь убить в людях даже саму мысль о добре, а с нею и мысль о Боге. Порожденные олигархией «прагма-

111

Национальный манифест

тики» вялы и скучны в сравнении с теми, кто сражается за веру и Отечество, кто искренне стремится к добру и благу для своих ближних: семьи, рода, нации. Противостояние злу – это путь воина. Только воитель остается свободным и не покоряется диктатуре олигархии. Эта жизненная пози-ция не имеет ничего общего с революцией. Первый рево-люционер – сатана. Солдат Империи – из другого войска, из тех, кто живет заповедью «спаси и сохрани». Чтобы вос-становить, а не разрушить, чтобы обустроить, а не разо-рить, нужен не только духовный порыв, но и высокий про-фессионализм, знания и дисциплина, а также способность объединять людей, используя их сильные стороны. Единст-во духа сильнее любого партийного формализма, но дух обретает силу в организованности, в сотрудничестве еди-номышленников, а не в бесплодных мечтаниях.

Надежда на бунт не может принести никаких плодов. Только рухнувшее государство слабее взбунтовавшейся толпы, а это крайняя степень упадка. Государственная власть должна быть сильнее любой другой силы, чтобы отстоять суверенитет и не позволить авантюристам по-дорвать его. Когда армия, полиция, чиновничество не за-хотят противостоять своему народу во имя интересов куч-ки олигархов, это и будет означать переход власти к наци-оналистам – без разрушительного бунта, без утраты госу-дарственности.

Солдатам Империи нет нужды тащить народ на барри-кады и ратовать за гражданскую войну. Победа придет к тому, кто не обманом, а духом и разумением поведет за со-бой людей. Олигархия, прежде чем лишиться власти, должна быть лишена поддержки в глазах большинства лю-дей, трудом которых живет государство. Слово правды подрывает несправедливость гораздо сильнее, чем бунту-ющие толпы, которые не видят грани между добром и

112

Служение добру

злом и лишь мстят без разбора. Нация, отбросив ложь оли-гархии, неминуемо победит. И эта победа даст ей правите-лей, способных созидать национальное величие и творить будущее нации.

Стать солдатом Империи – значит, вступить в простран-ство, в котором ведется непрерывный бой за Истину. Это борьба прежде всего с самим собой – с собственными со-блазнами и предрассудками. Первая победа – это победа над собой, открывающая глаза: где законы Божьи, а где за-коны, навязанные людям бюрократией и олигархией – зем-ными агентами сатаны.

Поле боя – душа человека. Заглянуть в свою душу и со-отнести себя с абсолютными, вечными ценностями – не-просто. Духовная работа происходит через преодоление себя, через усилия мысли и через деятельность. Прекра-тить усилия, пугаясь громадности задач, стоящих перед человечеством и отдельным человеком, – это капитуля-ция. Националист должен быть солдатом Империи – дей-ствовать, понуждать себя и других к добру, справедливо-сти и благу. Приобретая глубокие знания, мы лучше пони-маем друг друга и можем действовать в одном направле-нии. И тогда солдаты Империи соединяются в армию, ут-верждающую высшие истины в земном существовании наций и государств.

Стремление к частному материальному успеху в конце концов оставляет человека в дураках, показывая ему: что было успехом – является провалом, что казалось триум-фом – было добровольным принятием рабского клейма. Только познание смысла жизни и борьба за Истину делает человека свободным, способным побеждать

113

  1. Там, где правит нация

6.1. Искоренение олигархии

Олигархия добровольно не уступит своих позиций, да-же если отдельные ее представители осознают пагубность своей роли и включатся в дело освобождения наций. Оли-гархия до своего смертного часа будет стремиться потре-бить возможно больше материальных благ, совратить как можно больше душ материальными соблазнами. Она пой-дет на любые подлости и зверства, лишь бы сохранить по-рочную систему. И, даже издыхая, олигархия будет стре-миться утащить в небытие народы и государства, оставляя после себя только мрак пустоты.

Все это означает, что нациям придется выдержать жес-точайшую войну, проводимую против них самыми совре-менными средствами уничтожения – теми, что направле-ны на изменение сознания, превращение унылого раба в радостного идиота, довольного своим положением. Этому оружию нации могут противопоставить силу Правды и Добра и объединение тех, кто органически не приемлет олигархии и навязанных ею жизненных стандартов, кто готов противостоять олигархии словом и делом.

Изничтожение олигархии необходимо осуществить прежде всего в той сфере, где она стремися угнездиться

114

Там, где правит нация

особенно прочно, развертывая свою инфраструктуру, по-рабощая ею нации под прикрытием демократических ло-зунгов и псевдонаучной экономической риторики – в сфе-ре финансов. Необходимо выстроить экономическую сис-тему, в которой торговля деньгами и денежными суррога-тами запрещена, а финансовые институты лишь обслужи-вают реальный сектор экономики. Запрет на сделки, в ко-торых не участвуют товары, реквизиция капиталов, нахо-дящихся в ростовщическом и спекулятивном обороте (вне инвестиционного процесса), расчленение монополий и пе-ревод государствообразующих производств под контроль нации – вот тот перечень минимальных мер, который дол-жен быть обеспечен. Уничтожение олигархии внутри госу-дарства – это и недопущение монопольного захвата внут-ренних рынков и природных ресурсов. Создание даже не-значительных препятствий свободному обращению това-ров и услуг (за исключением подпадающих под государст-венное регулирование: наркотические вещества, оружие и т.д.) должно рассматриваться как покушение на свободу граждан. Захват рынков «удешевленными» продуктами питания (с заменой натурального продукта на суррогат-ный) должно рассматриваться как покушение на здоровье граждан.

Уничтожение олигархии в каждой отдельной стране за-висит от готовности наций к сопротивлению своим пора-ботителям и степени деградации международной олигар-хии. Каждая нация должна найти свой путь освобождения.

6.2. Разбюрокрачивание

Победить бюрократию гораздо сложнее, чем олигар-хию. Бюрократия опирается на пороки человечества, разнузданные в ХХ веке с особой силой и уничтожив-

115

Национальный манифест

шие моральные устои целых поколений. Бюрократия не была бы возможна без готовности многих людей обслу-живать ее, подобострастно заглядывая в глаза любому чиновнику.

Если общество развивается, если оно экономически свободно и поддерживает свою традицию, не позволяя по-рушить общественные институты, если сохраняется кол-лективная форма выработки значимых решений, то чинов-ничество не может переродиться в бюрократию. Но как только в обществе возникает трещина, когда возникают споры по поводу того, кто будет пользоваться плодами развития национальной экономики, бюрократия возвраща-ется вновь. Пока идет схватка между «левыми» и «правы-ми», ортодоксами и реформаторами, бюрократия расцве-тает пышным цветом и поглощает все противоборствую-щие стороны.

Законодательство, созданное либеральными и «левы-ми» парламентскими партиями, имитирует справедли-вость, оставляя в реальной жизни лишь произвол чинов-ника, утратившего смысл своей службы. Абсурдное зако-нодательство может быть исправлено и заменено разум-ной правовой системой только националистами. При этом чиновничество должно быть лишено права законо-дательной инициативы в сфере политического и эконо-мического устроения общества.

Борьба с бюрократией в стратегическом плане требует формирования власти, полностью независимой от чинов-ника. На вершине власти нация должно утвердить либо верховного арбитра, которым может выступать монарх или представляющий народ верховный правитель, либо коллегиальное народное представительство. Все эти вари-анты непротиворечивы и могут совмещаться в одной сис-теме государственного устройства и управления. Власть

116

Там, где правит нация

народного представительства должна быть заведомо выше власти любого чиновника.

Для исключения бюрократизации народного представи-тельства требуется прежде всего преодолеть догму о пря-мом и тайном голосовании избирателей за тех людей, о ко-торых они лично ничего не знают и вынуждены пользо-ваться выдумками, которые им навязывают в избиратель-ных кампаниях. Все голосования должны быть открыты-ми. Вышестоящие представительные органы должны из-бираться выборщиками, которым делегировано право из-бирать: от тех, из кого сформирован нижестоящий уровень представительства.

Вопросы установления правил и норм работы местного самоуправления, политической и экономической конку-ренции решаются без участия чиновника.

Второе условие преодоления бюрократии – отделение чиновника от общества и резкое сокращение численности чиновников. Современные средства коммуникации и ком-пьютерные программы учета позволяют содержать ком-пактный госаппарат, в десятки раз меньший, тот, который сегодня вынуждены содержать своим трудом граждане. Сокращение численности чиновничества должно сопро-вождаться введением строгих регламентов их деятельно-сти, а также четким определением: чиновник обязан дей-ствовать строго по закону, а исполнение противозаконной инструкции должно расцениваться как соучастие в право-нарушении. Напротив, для гражданина обязателен только закон и решения народных собраний, утверждающие ус-ловия местного общежития. Установления исполнитель-ных органов власти к ним не должны иметь никакого от-ношения и издаваться только для чиновников. Статус чи-новника – только деятельный исполнитель, имеющий право отдавать распоряжения только своим подчиненным

117

Национальный манифест

  • только на основании закона. Принимают решения толь-ко те, кому это доверено народом. Вмешиваться в процесс законотворчества чиновнику должно быть строжайше за-прещено.

Третье условие – уничтожение всех корпораций чинов-ников, даже тех, которые имитируют общественную жизнь. Чиновник должен исполнять свою функцию и не иметь никаких иных взаимоотношений с сослуживцами, помимо определенных должностной инструкцией. Родст-венные связи, деловые контакты в госаппарате и других системах управления страной должны быть исключены. Владеть собственностью чиновник имеет право только в размерах, необходимых ему для поддержания определен-ного стандарта жизни. Всё сверх того должно поступать для хранения или использования специально созданными государством учреждениями.

Уничтожение корпораций чиновников должно начаться с ликвидации профессиональной корпорации судей, кото-рая в силу либеральной догмы поставила судей вне крити-ки и закона, стала самым удобным инструментом обслужи-вания олигархии и бюрократии. Справедливый суд в таких условиях невозможен, поскольку народное понятие о спра-ведливости не проникает в сознание судей, независимых от народа и его традиций. Суд должен формироваться гражда-нами, имеющими необходимый жизненный опыт и знания, которых общество привлекает на судебный процесс в по-рядке исполнения общественной обязанности. Судить должны добропорядочные граждане, состав суда должен формироваться на каждый судебный процесс по тому же принципу, как ныне формируются коллегии присяжных за-седателей. Споры между предпринимателями должны ре-шаться третейским судом, формируемым самими спорящи-ми сторонами и предпринимательскими союзами.

118

Там, где правит нация

Скорый и справедливый суд возможен только при упро-щении законодательства, его кодификации и внимании к прецедентам, которые соединяют право с жизнью. При-дется пересмотреть тысячи бесполезных и даже вредных законов, принятых за последние полвека, а рассмотрение проблемных ситуаций и принятие решений по ним отне-сти к компетенции общин, сформированных гражданами по месту жительства.

Подавление бюрократии и «закручивание гаек» в отно-шении общественных отношений, препятствующих раз-витию нации, должно сопровождаться возвращением гра-жданам широких политических прав и свобод, которые позволяют им вступать в открытые дискуссии и выражать свое мнение. Для этого силовые структуры должны быть лишены какой-либо политической функции и направлены исключительно против внешней угрозы и уголовной пре-ступности, а средства массовой информации (прежде все-го общенациональные каналы телевидения) сначала наци-онализированы, а потом переданы в управление общест-венным советам.

  • такой системе аппарат чиновников будет служить об-ществу, а за верность и преданность нации чиновнику и его семье будет гарантирован достойный уровень жизни как при исполнении возложенных на чиновника обязанно-стей, так и после ухода в отставку.

По мере разоблачения и демонтажа бюрократии, ее ста-вленники будут использовать самые бесстыдные методы, дабы сохранить свои властные полномочия. Бюрократия готова выстраивать международные отношения с другими странами, захваченными олигархией, так, чтобы воору-женные силы из этих стран могли прийти ей на помощь и «гуманитарными интервенциями» отнять суверенитет у освобождающейся нации. Поэтому национальным силам

119

Национальный манифест

потребуется решимость в борьбе с корпорацией чиновни-ков, готовность пресекать их солидарные действия, напра-вленные против интересов нации.

Уничтожение бюрократии и недопущение ее возникно-вения требует от нации повседневных усилий. Закон прево-сходства нации над бюрократией – это закон ее развития.

6.3. Нейтрализация интеллигентского нигилизма

Если нация монолитна и может направлять экономиче-ские и социальные новации на созидательные цели, а не на распри религиозного или идеологического характера, то она крепнет и развивается. Если возникающие проти-воречия между новациями и традициями невозможно на-править в конструктивное русло, то возникают центро-бежные силы, разрывающие устои нации и разделяющие общество. Эти силы поддерживаются мировыми олигар-хическими кланами, которые пользуются космополитиз-мом и беспочвенностью ориентиров социальных групп, переставших ощущать под собой опору в отечественной истории, традиции, вере. Олигархия подкармливает ниги-лизм своими ресурсами.

  • каждом обществе появляются нигилисты, отвергаю-щие устоявшиеся нормы и традиции. Но только ХХ век дал нигилистам невиданный простор для разрушительной деятельности. Многие интеллектуальные силы в ХХ веке приобрели место в обществе исключительно на эксплуата-ции разрушительных лозунгов, на пропаганде антинацио-нальных теорий и проповеди веры в «золотого тельца».

Эпоха освобождения наций должна загнать опасных беспочвенных фантазеров в информационные резервации

  • избавить общество и государство от их тлетворного воз-действия. Только тот, кто связан со своим народом через

120

Там, где правит нация

семью, веру, службу, а также землю и имущество, вклю-ченные в воспроизводство нации – ее материальных и ду-ховных богатств, – должен определять, какие идеи распро-страняют средства массовой информации.

Расколы нации по религиозному или социальному принципу постоянно организуются силами, которые в этом видят свою выгоду и миссию. Поэтому духовное здоровье нации должно находиться под надежной защи-той, а массовое распространение информации не должно пропагандировать произвольно явившееся частное мне-ние, идущее вразрез с моралью и традицией. Само обще-ство должно контролировать свое состояние и пресекать попытки раздробления на непримиримые группировки. Нация должна выбрать из своих рядов самых авторитет-ных людей для цензурных комитетов, призванных пресе-кать пропаганду нетрадиционных культов, алчности, эго-изма и безнравственности.

По той же причине национальные силы должны поста-вить под контроль систему образования. В эту систему должны быть включены ведущие средства массовой инфор-мации, которым определены основные функции: информи-ровать, просвещать, образовывать, воспитывать. Система школьного образования вместе с семьей должна формиро-вать из ребенка полноценного гражданина, способного жить самостоятельно и отвечать за свои поступки. Именно через систему образования необходимо закладывать в соз-нание людей понимание ответственности каждого за состо-яние нации, неприемлемости уклонения от выполнения об-щественных обязанностей и уступок олигархии. Система образования должна преподносить детям в школьные годы выверенные стандарты религиозных, исторических, лите-ратурных, естественнонаучных знаний, необходимые для самостоятельной жизни умения; молодым людям в вузах и

121

Национальный манифест

университетах – научные знания мирового уровня и основ-ные методики их творческого применения.

Воспроизводство нации можно обеспечить только при условии образования нового слоя профессуры и учитель-ства, который формируется из лиц, склонных к данной профессии и владеющих необходимыми знаниями и навы-ками. Этот слой, обогащенный национальным мировоз-зрением, способен воссоздать нацию, в которой не будет «потерянных поколений» и брошенных на произвол судь-бы социальных групп, не будет нигилистов, ненавидящих свою страну с младых ногтей. Учитель и профессор долж-ны создать из массы дезориентированных детей и моло-дых людей нацию новой эпохи – нацию творцов и труже-ников, руководимую национальной элитой.

6.4. Собирание нации

Будущее нации зависит от ее духовных и физических сил, от глубины единства, численности нации, ее здоро-вья, интеллекта, качества жизни, творческого потенциа-ла, мощи национальной экономики, обороны, правильно-сти стратегических решений государственной власти и эффективности повседневного управления.

Кому Бог даровал возможность видеть глубину общест-венных и экономических процессов, кто получил необхо-димые знания, тот приобретает и более высокую ответст-венность перед своим народом и нацией – служить нации на государственной гражданской или военной службе, участвовать в органах народного представительства, доби-ваться справедливости в судах в роли народного предста-вителя. Не будет служения – не будет и нации.

Служение находится в глубоком противоречии с инте-ресами олигархии, бюрократии и беспочвенной и безрод-

122

Там, где правит нация

ной интеллигенции. Эти враги нации обозначены в струк-туре современных обществ достаточно отчетливо, и при-надлежность тех или иных личностей к этим силам выяв-ляется с высокой степенью достоверности. Это облегчает националистам определение своего противника и задачу собирания собственных сил. Все, что ослабляет нацию и усиливает олигархию и бюрократию, все, что способству-ет отвлечению нации от ее насущных задач и захвату соз-нания людей идеями и образами, не имеющими ничего об-щего с интересами нации, означает сотрудничество с вра-гами нации в пособничестве силам зла.

Если частный интерес возобладает над национальным, то, выйдя за пределы своего дома, каждый столкнется с ужасающей действительностью: разгулом преступности и нищетой, бесправием и неволей, обманом и аморализмом. Даже сохранив иной мир в стенах своего дома, гражданин не избавляется от погружения в жизнь, полную страданий. Его потомки обречены испытать муки, которые приготовле-ны пассивными уступками врагам нации. Поэтому сбереже-ние нации является общим делом, прямо связанным с инте-ресами каждого, кто в состоянии осознать эти интересы.

Как только нация перестает видеть высшие цели своего земного существования – утверждение добра и справедли-вости, – взамен им внедряются цели временные, недостой-ные, а порой и просто губительные, она отдает себя под контроль олигархии, выжимающей из нее последние соки. Поэтому тот, кто хочет жить в благополучной стране, обя-зан встать в ряды национальных сил, оказывать им по-сильную помощь в деле защиты, сбережения и развития нации. Националисты, собирая нацию, концентрируя ее духовный, творческий и трудовой потенциал, готовят ус-ловия к тому, чтобы нация обрела свободу, а ее поработи-тели потерпели сокрушительное поражение.

123

  1. Национальное единство

История человечества объединила людей сначала в бес-численные племена, затем в несколько тысяч народов, за-селивших континенты Земли. Народы, сливаясь или обо-сабливаясь, создали политическую форму своей самоорга-низации – государство. Когда государственные дела стано-вились общим делом всех, возникали нации. Связь между народами сохранялась через великие культуры, объеди-нявшие многие государства в цивилизации. Исторические нации, предопределявшие путь человечества, создавали великие государства, великие империи. Разрушителем им-перий становится глобальная олигархия, стирающая с кар-ты мира государственные границы, нивелирующая культу-ры, попирающая исторические достижения наций.

История человечества была историей столкновения го-сударств, мировая политика – столкновением интересов правителей и стоящих за их плечами закулисных групп.

  • век стал эпохой войн между нациями, которые помимо своей воли столкнулись в тотальной войне. Появление оружия массового поражения вынудило человечество пе-реосмыслить многие формы соперничества, заставило от-казаться от тотальных войн. Но появление глобальной фи-нансовой системы и мировой олигархии привело к новым формам войн, которые ведутся теперь не между нациями, а против всех наций. Разложение моральных основ обще-ства, деградация культуры, этнические мятежи, измена правительств, подрыв экономической самостоятельно-

124

Национальное единство

сти – эти и другие методы олигархии направлены на то-тальное подчинение наций внешнему управлению.

Эпоха столкновения наций оставила для олигархии удоб-ный инструмент их порабощения – бюрократию, эпоха Прос-вещения – космополитическую интеллигенцию, сплоченную ненавистью к Традиции. Практичный материализм прежних исторических периодов в системе управления, образования, воспитания переродился в тотальную утопию единообразно-го управления человечеством на основе универсальных принципов. Главным принципом, скрытым за гуманистиче-ской риторикой, оказался принцип тотальной лжи и амора-лизма, разлагающий национальное самосознание.

Олигархию, бюрократию и интеллигентов-космополитов страшит свободная мысль, которую они постоянно хотят оболгать, а национально мыслящих людей устрашить, пода-вить полицейским или судебным насилием.

Чтобы поработить нации, их изолируют от традиций и знаний, обрабатывая психику людей повседневной пропаган-дой. На решение этой задачи брошены огромные ресурсы, сконцентрированные грабежом, коррупцией, финансовыми махинациями. Но на стороне националистов – сила правды, которая неизбежно берет верх в борьбе за умы. Несмотря на насилие глобальной олигархии, сознание наций сильнее вла-сти денег, а построенная на этой власти система пожирает са-ма себя. В свою могилу она стремится утащить и все челове-чество. И только национализм противостоит этому всеобще-му «концу истории», открывая нациям новую эпоху – эпоху свободы, достоинства и процветания.

Что могут противопоставить национализму его про-тивники?

Вместо власти идей – тиранию доктринеров, вместо власти закона – деспотизм бюрократии, вместо долга и че-сти – беспощадную, кровожадную диктатуру денежных

125

Национальный манифест

мешков. Таков характер политических, экономических и духовных отношений, насаждаемых олигархией.

Наглость, жестокость, коварство, догматизм – вот основ-ные черты современной бюрократии, растаптывающей на-циональные интересы, богатеющей на измене и коррупции.

Цинизм вместо веры, «прогресс» вместо культуры, «мо-дерн» вместо традиции, варварство вместо цивилизации – таковы подмены «постмодернистской» космополитиче-ской интеллигенции.

Чего хотят они – эти жрецы и надсмотрщики «мирового порядка»? Они хотят перемешать народы, упразднить госу-дарства, отбросить в прошлое национальный суверенитет, убить высокую культуру, опошлить человеческие отноше-ния, стереть духовный мир человека. Их цель – всемирное рабство под управлением интернациональной олигархии.

Задача национализма – нанести поражение олигархии, отнять у нее экономический и политический базис, пода-вить бюрократию и сделать чиновника слугой нации, за-щитить духовную свободу от болезнетворных измышле-ний беспочвенной интеллигенции.

Война, развязанная олигархией против наций, должна быть стимулом для национальной консолидации и совме-стной борьбы наций против порабощения. Объединению олигархий следует противопоставить союз суверенных на-ций, глобализму – национализм.

Олигархия не сдерживается никакими моральными ог-раничениями или юридическими условиями. Это жесто-кий и коварный враг, который не знает пощады. Он никого не щадит, а значит, и сам не достоин пощады.

Национализм выкорчует это мировое зло. Ангелы вос-трубили, отметив начало новой эпохи – время борьбы на-ций за свободу.

Воля нации вместо диктатуры олигархии!

 

126

Оглавление

  1. НАЦИИИОЛИГАРХИЯ……………………………3

1.1.Интервенциязла ……………………………3

1.2.Господствобюрократии ………………………5

1.3.Олигархическийкульт ………………………..7

1.4.Методыпорабощения ………………………..9

1.5.Иллюзииисуррогаты ……………………….12

1.6.Альтернатива……………………………..13

  1. К ИСТОРИИ ПОЛИТИЧЕСКИХ УЧЕНИЙ

ИХОЗЯЙСТВЕННЫХПРАКТИК …………………….16

2.1.Обладаниебудущим   ………………………..16

2.2.Эволюция«свободы» ………………………..18

2.3.Крах«справедливости» ………………………21

  1. 4. Смыкание противоположностей . . . . . . . . . . . . . . . . . . .24
  1. 5. Противостояние нации и тоталитарной

бюрократии ………………………………26

  1. 6. «История обществ» – история борьбы . . . . . . . . . . . . . .31
  1. 7. «Открытое общество» – новый

маркетинговыйход …………………………33

2.8.Национализм–путьсвободы ………………….38

  1. НАЦИОНАЛИЗМ И ЕГО ИДЕЙНЫЕ ПРОТИВНИКИ . . . . . . . . . . 41

3.1.Пониманиенации    ………………………….41

3.2.НацияиИмперия      ………………………….45

  1. 3. Национальное самосознание – арена

борьбыДобраиЗла …………………………48

127

  1. 4. Истинный и ложный национализм . . . . . . . . . . . . . . . . . 52
  1. 5. Олигархия и аристократия, демос и охлос . . . . . . . . . . . 54
  1. 6. Конструктивное и деструктивное . . . . . . . . . . . . . . . . . 57

3.7.Законность……………………………….58

3.8.Национальнаяиерархия………………………59

3.9.Проблемынародонаселения……………………60

3.10.Смутаглобализма ………………………….62

4.НАЦИОНАЛЬНАЯЭКОНОМИКА …………………….65

4.1.«Свободныйрынок» …………………………65

4.2.Деньгиитовар      ……………………………68

4.3.Протекционизм ……………………………74

4.4.Национализмиглобализм …………………….77

4.5.Национальнаяэкономика …………………….79

4.6.Государственноеустроение …………………..83

4.7.Налогиинациональныйдоход ………………….85

  1. 8. Собственность, земля, производство . . . . . . . . . . . . . . .90

4.9.Пенсионноеобеспечение   …………………….94

4.10.Богатствоибедность ………………………96

4.11. Экономический базис национальной элиты . . . . . . . . . . .97

4.12.Опорананационализм ………………………100

5.СЛУЖЕНИЕДОБРУ ……………………………102

5.1.Олигархияирелигии    ……………………….102

5.2.Вераиидеяпрогресса ………………………104

5.3.Вераизнание …………………………….107

5.4.Солдатыимперий …………………………110

6.ТАМ,ГДЕПРАВИТНАЦИЯ ……………………….114

6.1.Искоренениеолигархии ……………………..114

6.2.Разбюрокрачивание ………………………..115

6.3. Нейтрализация интеллигентского нигилизма . . . . . . . . 120

6.4.Собираниенации     …………………………122

7.НАЦИОНАЛЬНОЕЕДИНСТВО ……………………..124

128

Национальный

 

манифест

Москва

 

2009

 

  • А. Н.Савельев
  • С. П.Пыхтин
  • И. М.Калядин

© Издательство «Клиония»

ISBN 978−5−9900737−4−6

Издательство «Клиония»

109029, Москва, Михайловский проезд,

д. 3, строение 13

www.nmanifest.ru

Подписано в печать 27.08.2009.

2−е издание, дополненное

Формат 60х90/16

Печать офсетная

Тираж 1000 экз.

  1. Нации и олигархия

1.1. Интервенция зла

Мировая война не закончилась, когда замолчали пуш-ки. Она лишь отступила в тень, прикрывшись миролюби-вой риторикой и гуманными намерениями. Агрессор сме-нил стратегию: вместо физического истребления народов

  • государств он занялся уничтожением народной души, рассудка политиков, разума мыслителей, веры, верности, любви, чести – всего, что составляет достоинство чело-века и складывает из отдельных людей нации. Убивая дух нации, агрессор стремится остановить историю, за-держать ее в тот момент, когда ему удалось подчинить и обратить в рабов самые свободолюбивые и творческие народы. Имя агрессору – мировая олигархия. Сущность ее – мировое зло.
  • тиши кабинетов и вдали от фронтов мировых войн, а затем и «холодной войны», занявших весь XX век, под по-кровом пропагандистской перестрелки «противополож-ных формаций», отвлекавшей нации от преодоления ре-альных проблем, был подготовлен новый план-заговор, по которому сложившаяся в ХХ веке мировая финансово-по-литическая олигархия и ее сторонники в господствующих группировках ведущих мировых держав пытаются обеспе-

Национальный манифест

чить свое доминирование, подавляя нации и разрушая су-веренитет государств.

Против свободы наций сегодня ведется мировая вой-на с целью утверждения, сохранения и усиления господ-ства олигархии, в которой наемные отряды лицемерных писак и циничных демагогов применяют самые изощ-ренные, вероломные и подлые приемы и методы, высту-пая под знаменами с лозунгами «общечеловеческих цен-ностей», «здравого смысла», «любви к свободе». Когда эти виртуальные армии исчерпывают в конце концов средства воздействия, их сменяют финансовые и торго-вые агенты, призванные обращать в прах экономический потенциал стран, которые они выбрали в качестве жерт-вы, или, если представляется подходящий момент, при-зываются оккупационные вооруженные силы. Послед-ние вступают в дело, чтобы железом и кровью, уже окон-чательно, утвердить в той или иной точке земного шара «безграничную справедливость», не останавливаясь и перед широкомасштабным, устрашающим использова-нием «литого свинца».

Не «ценности», «смысл» и «свободу» несут народам новоявленные спасители человечества. «Гуманитарные» интервенции уже несколько десятилетий оборачиваются по отношению к народам, «освобождаемым» от «средне-вековья», «тоталитаризма» или «отсталости», беспощад-ной эксплуатацией, обнищанием, утратой независимости, закабалением и оккупацией. «Горячие» войны сохрани-лись как дополнительное подкрепление «гуманитарных» операций; они носят кратковременный или локальный ха-рактер. Зато не прекращаются ни на день, ни на минуту и приобрели перманентный и всеобщий характер информа-ционные войны, объектом которых являются массовое со-знание, мировоззрение, образ жизни.

4

Нации и олигархия

1.2. Господство бюрократии

Бюрократия узурпирует политическую власть, отбрасы-вая исторические традиции служилого сословия, для кото-рого интересы нации и государства были превыше всего. Крупнейшие корпорации, переходя от производства к рос-товщичеству и спекуляции, превращаются в плутократию, присваивающую себе практически весь прибавочный про-дукт, создаваемый предпринимательским сословием и трудом наемных работников. Бюрократия и плутократия, порабощая нацию, заставляя ее жить без развития, терпеть монополизм и нелепые правовые установления, создают олигархию – власть немногих, венчающую пирамиду но-вого рабовладельческого порядка. Вместе с узким слоем либеральной интеллигенции олигархия, используя любые методы принуждения, стремится заставить нации при-знать свое господство и подчиниться своей идеологии – глобализму.

Ни монархическая, ни республиканская формы правле-ния не сумели противостоять перерождению чиновниче-ства и воспрепятствовать захвату этой новоявленной кас-той основных рычагов управления. Государству, предста-вляющему собой в сущности политически организован-ное общество, невозможно обойтись без органов управле-ния. В естественном порядке самоуправляющиеся струк-туры общества остаются самодеятельными и самодоста-точными и не вмешиваются в дела высших государствен-ных институтов. Но с ослабеванием ведущих сословий на место главенствующего слоя общества стремится чинов-ничество, а самоуправляющиеся институты ослабевают и исчезают.

Так случилось, что нации, рожденные из гражданской солидарности, самоуправления и «ежедневного плебисци-

5

Национальный манифест

та», были сначала брошены в мясорубку мировых войн, а потом, когда цвет наций был погублен, когда на фронтах полегли верные сыны своих Отечеств, бюрократия захва-тила власть и открыла путь для образования мировой оли-гархии. XXI век показал, что не имело значения, под каки-ми лозунгами – либеральными или под социалистически-ми – произошло порабощение наций. Различия между ре-жимами нивелировались, мировая олигархия стала оче-видной реальностью.

Если чиновник использует свои должностные полномо-чия для личного обогащения, игнорирует идеалы и инте-ресы нации, если чиновничество становится корпорацией

  • внутренней «этикой» и солидарностью, отличной от об-щегражданской, все формы правления сводятся к одной – бюрократической. Пораженная вирусом коррупции и из-мены, бюрократия стремится присвоить себе монополию на власть и уйти от ответственности перед народом, на-родным представительством, национальной элитой и госу-дарем. Наиболее циничная часть бюрократии в ХХ веке монополизировала управление государственными актива-ми, обратила их в свою собственность.

Две мировые войны и продолжавшаяся более полуве-ка «холодная война», в которые практически были втяну-ты все государства планеты, довели этот процесс до ло-гической развязки – до формирования глобальной оли-гархии. Пока нации изводили друг друга на фронтах больших и малых войн, бюрократия действовала под-спудно, но в «холодной войне» ослабленные нации были принуждены бюрократией к существованию в режиме чрезвычайного положения. Это позволило многократно увеличить численность чиновничества и свести к мини-муму роль народного представительства. Нация стала во всем зависимой от бюрократии. Напротив, кредитные ин-

6

Нации и олигархия

ституты приобрели невероятную самостоятельность, подмяв под себя производящие отрасли и превратившись из обслуживающих институтов в главенствующие. Пока бюрократия держала нации в узде, жрецы «золотого тельца» образовали глобальную финансовую систему, а вместе с ней сложилась в нынешнем виде и глобальная олигархия.

После распада социалистического лагеря стан глобали-стов расширился за счет бюрократии компартий, присво-ившей себе национальное достояние прежних социали-стических государств. Мировая олигархия готова рекрути-ровать в свои ряды изменников самых разных идеологиче-ских направлений. Сдача национальных интересов и соз-дание «открытых» экономик, легко разграбляемых глоба-листами, происходили в расчете на участие изменников в мировом олигархическом «клубе». Чем решительнее про-исходил разрыв с собственной нацией, тем больше шло сближение с мировой олигархией.

Выход крупных капиталов из-под контроля наций, сращивание бюрократии с ростовщичеством и развора-чивание невероятной пропагандистской машины, обру-шившей на человечество комплексы и фантазии либе-ральной интеллигенции, привели к образованию самой грозной и жестокой силы – альянса глобалистов, решив-ших, что утверждение их господства означает «конец ис-тории» и закрепление сложившегося порядка до сконча-ния веков.

1.3. Олигархический культ

  • ветхозаветных времен «золотой телец» источает со-блазны, порабощающие людей. ХХ век, отрекшись от тра-диций, спалив в мировых войнах и революциях старинные

7

Национальный манифест

обычаи и моральные нормы, превратил поклонение «тель-цу» из верования тайной секты в открыто исповеданную «религию». Народы и государства уверились, что можно построить свое благополучие, управляя денежными пото-ками. Все, кто не поклоняется культу денег, выставляются теперь как дикари или ретрограды.

Развитие средств коммуникации обеспечило новоявлен-ным жрецам широчайшие возможности для пропаганды своей «веры». Средства массовой информации стали их главным оружием. Свобода слова утонула в потоках славо-словия «золотому тельцу» и в проклятиях, высмеивании и лжи в адрес тех, кто еще не поклонился ему. Свобода сло-ва обернулась свободой обслуживать власть и принимать от нее знаки уважения и денежное вознаграждение. Бюро-кратия и «свободная пресса», отбросив сентименталь-ность и порядочность, утверждают новые эталоны поведе-ния людей, необходимые для формирования олигархиче-ского капитала. Деньги становятся единственным крите-рием успеха и достоинства личности.

Олигархия неизменно опирается на «левые» идеи (то социалистические, то либеральные), чтобы соблазнить людей теоретической возможностью делить национальное достояние на всех поровну или присваивать себе его несо-образно большую долю в разного рода частных авантю-рах. В обоих случаях – соблазн состоит в том, чтобы мень-ше трудиться и больше потреблять. В результате нация производит все меньше, а львиная доля потребления при-ходится на олигархические кланы. Тем временем пропа-ганда превращает граждан в холопов, лишенных возмож-ности распоряжаться своей судьбой, а всех, кто выступает за государственные интересы, за сохранение и развитие нации, обвиняют в самых немыслимых и отвратительных замыслах: в стремлении к физическому истреблению лю-

8

Нации и олигархия

дей и даже к развязыванию войн, в которых должно погиб-нуть все человечество. Так вор кричит: «Держите вора!», чтобы самому ускользнуть от ответственности.

Средства массовой информации, подконтрольные плу-тократии или правительствам «свободных держав», их исполнительным комитетам, последовательно и постоян-но дискредитируют и шельмуют священников и филосо-фов, мыслителей и писателей, политиков и обществен-ных деятелей, публицистов и полководцев, идеологии, доктрины и партии – словом, всех, кто открыто выступа-ет за честь и достоинство своего народа, и всё, что спо-собствует национальному самосознанию. Для этого хо-роши любые средства: заткнуть рот, запугать, ограничить или лишить возможности участия в общественной дея-тельности, создать непреодолимые препятствия в ис-пользовании печати, телевидения или радио, сфабрико-вать вздорные обвинения.

Бюрократии, плутократии и олигархии выгодно одоб-рять или поощрять деятельность только тех публичных деятелей, которые обслуживают их интересы и морочат людям головы давно выхолощенными и безнадежно ус-таревшими политическими лозунгами, идеями, концеп-циями и догматами. Сегодня в новой пропагандистской упаковке нациям навязывают некоторые политические теории XIX века, которые теперь совершенно лишены связи с действительностью и служат только одному: дез-ориентации граждан.

1.4. Методы порабощения

Главный противник мировой олигархии – народы и на-ции с их религиозной и культурной самобытностью и го-сударственными интересами. Ей же удобны только атоми-

9

Национальный манифест

зированные индивиды, не способные к самоорганизации и тем более к сопротивлению своим поработителям. Поэто-му олигархия враждебна любым проявлениям народной самобытности, национальных идеалов и государственных интересов. Именно этим объясняется повсеместное сти-мулирование ею миграции: оседлые, коренные народы, со-здавшие государства и национальные правительства, она, где только ей это удается, «разбавляет» переселенцами с иной культурой, требуя от «туземцев» по отношению к ним «толерантности». Между тем толерантность – это от-каз от собственной народной и национальной идентично-сти и усвоение некой «общечеловеческой морали», прием-лемой для олигархов. Но какая мораль может быть у тех, кто принципиально аморален?

Государства, сохранившие национальную идентич-ность и политическую независимость, отстаивающие су-веренитет и экономическую самостоятельность, являются для олигархии первейшими врагами. В то время как из по-рабощенных олигархией стран формируются агрессивные коалиции и развязываются войны против суверенных го-сударств, подконтрольные ей СМИ обеспечивают необхо-димую агитацию и пропаганду, обосновывая и оправдывая творимую несправедливость.

Эпоха Просвещения обещала свободный мир всем, но свобода досталась лишь немногим. Избирательные систе-мы превратились в инструмент бюрократии, которая пред-лагает гражданам выбирать между «плохим» и «очень плохим». Такова ее версия свободы.

То же самое происходит и в экономике. Для порабоще-ния народов созданы законы, подавляющие как экономи-ческое, так и политическое развитие. Разработанные меж-дународными организациями «всемирные правила торго-вли» стали подавлять национальное предпринимательст-

10

Нации и олигархия

во. Преференции получил бизнес, призванный размывать национальную природу собственности и национальные границы. Перемещение дешевых трудовых ресурсов при-вело к подавлению традиционных отраслей производства, подорвало моральные устои предпринимательства и отно-шений между работником и работодателем, разрушило трудовую этику. Рабский труд – малокультурный и мало-производительный – сочетается с монополией, позволяю-щей использовать самую современную технику, чтобы ис-ключить ученого, инженера и мастера из процесса произ-водства. Целые отрасли национальных экономик жертву-ются в пользу «отверточных производств». Транснацио-нальные корпорации, принадлежащие олигархии, злоупо-требляя искусственным правом интеллектуальной собст-венности, присвоили все технические достижения, накла-дывая запрет на их использование и тем самым препятст-вуя прогрессу.

Политика при такой организации хозяйственной жизни неизбежно приобретает имитационный характер. Для под-держания в народах убежденности в том, что их прави-тельства отстаивают государственные интересы, олигар-хия то и дело инициирует публичные кампании под патри-отическими лозунгами и развязывает локальные войны с заведомо предрешенными результатами, оправдывая свою деятельность патриотической риторикой и требованиями свободы и справедливости для всего мира. При этом леги-тимируются марионеточные правительства, во всем по-слушные секте «золотого тельца» и интересам олигархии, которая присваивает богатства, создаваемые потом и кро-вью порабощенных народов.

Чтобы держать народы в покорности, олигархия ис-пользует старое как мир средство – удовлетворение низ-менных запросов масс. «Хлеба и зрелищ» – эта формула

11

Национальный манифест

проверена веками. В наше время бои гладиаторов на аре-нах заменили спортивными соревнованиями и шоу на ста-дионах и на телеэкране. Сытый голодного не разумеет, и ему кажется невозможным наступление трудных времен для него самого. Голодный же, получая «пайку» хлеба, го-тов забыть, что этой подачкой у него покупают право рас-поряжаться всеми богатствами не только нынешних, но и будущих поколений, лишают нацию даже минимального шанса на достойное существование. Разложение нации материальными соблазнами ведет ее к культурному и эко-номическому упадку, к демографической катастрофе, к ут-рате государственности.

1.5. Иллюзии и суррогаты

Круг тех, кто имеет доступ к колоссальным ресурсам – практически ко всему, что создано человечеством или об-наружено им в земных недрах, – замкнулся. Капиталы на-ращиваются за счет ростовщического оборота и спекуля-ции, предметом которой являются готовые товары и при-родные ресурсы. Этот «бег по кругу» сплотил мировую олигархию, которая сама или через своих агентов в стра-нах, где управление считается демократическим, вращает-ся вместе с капиталами, перетекая из политики в экономи-ку и обратно, конвертируя власть в деньги и за деньги по-купая власть.

Псевдодемократические процедуры навязываются на-родам, а за кулисами политической сцены, превращенной

  • балаган, процветает олигархическое правление, не ста-вящее мнение народа ни в грош. Иллюзия «свободного рынка» и «демократии» призвана обеспечить легальные формы расхищения национального достояния и порабо-щение производственного капитала, который вынуждают

12

Нации и олигархия

отдавать ростовщикам, посредникам и спекулянтам прак-тически весь прибавочный продукт. Реальный сектор эко-номики, занятый непосредственно производством, вос-принимается олигархией как нечто чужеродное, что до по-ры приходится лишь терпеть. Но при любом удобном слу-чае создается необходимая законодательная база, отнима-ющая у этого «крепостного» современности все, что он су-мел накопить и что смог заработать.

Грабитель, ненавидя ограбленного, будет публично лить слезу умиления, объясняя публике, собравшейся у эк-ранов телевизоров для очередного «промывания мозгов» и уже отвыкшей отделять правду от лжи, как он старается для всеобщего блага. Собственное производство, нацио-нальная независимость и государственный суверенитет оказываются меньшей ценностью, нежели рекламные сур-рогаты – товарное изобилие магазинных прилавков, иллю-зия демократического курса «партии власти», материаль-ные признаки растущего индивидуального благополу-чия… Все это есть в ведущих странах мира, и все рухнет

  • одночасье, как это уже было в истории человечества, чтобы закулисные игроки могли проклясть своих против-ников и начать свою игру снова.

1.6. Альтернатива

События XX века дали возможность человечеству рас-статься с иллюзиями, которые очаровывали его на протя-жении последних трех столетий. Просвещение, капита-лизм, социализм, либерализм и прочие фантомы рассыпа-лись в прах. Этот период завершился, поставив человече-ские сообщества перед проблемами иного времени. Воз-никли непримиримые противоречия между олигархией и бюрократией с их алчностью, своекорыстием и тщеслави-

13

Национальный манифест

ем, стремящимися к мировому господству, с одной сторо-ны, и народами и нациями с их святынями, заповедями святых, заветами предков, жизненными интересами – с другой. Это конфликт всемирного масштаба, в котором нации сталкиваются с тотальной информационной вой-ной, которую под флагом глобализма развязала олигар-хия. Нациям не остается ничего иного, как ответить на этот вызов.

Некоторые нации вступили на путь осознания пагубно-сти сложившейся системы и пытаются обособиться от олигархического глобализма. Они создают реальную экономику, чтобы народ имел возможность развивать материальную и духовную культуру, передавая ее буду-щим поколениям. В других нациях это осознание косну-лось лишь небольших групп интеллектуалов или пред-принимателей, задумавшихся о причинах столь больших трудностей в организации простейших хозяйственных институтов. Это только обозначившиеся ростки нового – предвестники масштабного процесса освобождения. По-ка же идет проба сил, поиск опоры в политических и ре-лигиозных концепциях, открытие грядущих управленче-ских решений. Становится все очевидней, что денежные знаки крайне трудно и даже невозможно обратить в по-лезные продукты. Это просто бумага или электронные записи! Если кто-то научился манипулировать ими с вы-годой для себя, это еще не значит, что подобный про-цесс, в основе которого нет ничего, кроме спекуляции, может длиться бесконечно долго. Рано или поздно эко-номическая и общественная модель, альтернативная олигархической, будет успешно представлена человече-ству и покажет свою жизненную силу. После чего она будет востребована народами, не утратившими волю к свободе и суверенитету.

14

Нации и олигархия

  • начавшейся борьбе, стратегическими высотами ко-торой являются прежде всего сознание, чувства и на-строения людей, самым эффективным и сокрушитель-ным оружием неизбежно будет выступать национальная идеология. Она должна раскрепостить нации – труд и капитал, честь и достоинство, творчество и дух.

С целью вооружения национальных патриотов пони-манием современности и представления средств дости-жения победы над олигархией подготовлен данный Ма-нифест.

15

  1. К истории политических учений и хозяйственных практик

2.1. Обладание будущим

Предсказание будущего – одна из фундаментальных за-дач человеческого разума, стремящегося постигнуть зако-номерности природы и общества. Людям всегда хотелось знать будущее, выводя его из логики истории и повседнев-ного опыта, чтобы планировать свою жизнь. Чем основа-тельнее прогноз, чем глубже он прослеживает грядущие события, тем успешнее деятельность тех, кто понял суть текущих явлений, познал причины поведения людей, про-никся духом эпохи, выяснил закономерности историче-ских процессов.

Теории общественного развития всегда стремятся вы-строить некую систему, которая, подобно классической физике, становится истиной, не подлежащей пересмотру в своих основах и применимой всюду, за исключением ка-ких-нибудь экзотических случаев. Будущее логично выво-дится из универсальных принципов и законов. Огромный массив исторических событий сжимается до нескольких кратких формул, которые берутся на вооружение полити-ками и общественными объединениями. Дальнейшее сжи-

16

К истории политических учений и хозяйственных практик

мание теории в руках политических практиков изгоняет из нее рациональность, оставляя лишь приверженность конъ-юнктуре, апелляцию к эмоциям, расчет на впечатление. Осколки теории у циников всех времен (начиная от антич-ных киников) служат одному – соблазну, которым полити-ки пытаются привлечь публику, ожидающую чуда быстро-го обогащения, и клевете в адрес оппонентов. Что же каса-ется научной истины, то через нее переступают в угоду интересам разнообразных групп и кланов. Научность и си-стемность отодвигаются в сторону, когда пропагандист-ская машина призывается, чтобы насадить выгодные ко-му-то идеи.

Открытое противостояние в XX веке либеральных и со-циалистических идей создало иллюзию, что никакое иное миропонимание не может всерьез претендовать на конку-ренцию с двумя мировоззренческими подходами. Тради-ция вместе с национализмом, казалось, отошла в прошлое,

  • за свое видение будущего борются только мировые сис-темы: капитализм и социализм. Все остальное предлага-лось считать «мраком Средневековья», пережитками про-шлых эпох. И даже сами нации и государства, возникшие в эти эпохи, представлялись лишь фигурами на шахмат-ной доске, где великое противостояние решает, каким бу-дет мир.

Гроссмейстерам «нового времени» казалось, что все сыгранные до них партии ничего не стоят, что в них не бы-ло ни мастерства, ни системы, ни научного подхода. На де-ле же оказалось, что в противостоянии систем забылись и их фундаментальные основания: декларации о правах че-ловека и гражданина и труды отцов-основателей либе-рального лагеря, с одной стороны, и «левая» идея «царст-ва свободы» для трудящихся, преодолевших отчуждение от средств производства, с другой стороны. Даже сама со-

17

Национальный манифест

циальная «архитектура» наций и государств, в рамках ко-торых все эти идеи вызревали и получали популярность, была признана анахронизмом.

2.2. Эволюция «свободы»

Либерализм мы знаем по его современным лозунгам, но аналогичные лозунги существуют с древних времен. Тогда демократические государства одним мыслителям казались воплощением идеи свободы от какой-либо регла-ментации жизни (включая семью и мораль), другим – ха-оса, беспорядка, бессмысленности. Рабы были частью на-селения, по отношению к которой вообще не могло суще-ствовать никакой морали и лишь самые примитивные правовые установления. Там, где рабство было малозна-чительным институтом, возникали режимы, которые те-перь принято считать «тоталитарными». Если Платон строил теорию идеального государства, во многом опира-ясь на опыт Спарты, то для множества современных ему

  • более поздних мыслителей этот опыт был, напротив, не-приемлем, ибо теснил свободу личности. До нашего вре-мени Платон числится среди «тоталитарных» мыслителей за свои идеи, которые интегрировали Традицию и опыт его эпохи.
  • Античности анализ Аристотеля выявил государства-олигархии, основанные на власти немногих, которые пра-вят в своих частных интересах, а свои богатства ставят вы-ше статуса аристократии, военной доблести, мудрости, гражданского мужества. Власть денег в олигархиях прево-сходила власть Традиции, что демонстрировало вовсе не борьбу партий «демократов» и «недемократов», а более фундаментальное мировоззренческое противостояние – между культом денег и культом героев, подвижников, муд-

18

К истории политических учений и хозяйственных практик

рецов и тружеников. Идеальное государство, с точки зре-ния Платона и Аристотеля, исключает как олигархию, так

  • демократию. Платон называл демократов распутниками, скупердяями, наглецами и бесстыдниками, рабами своего каприза, живущими ради удовлетворения нечистых жела-ний. Но рассматривал и олигархию как наихудшую форму правления, отдавая предпочтение аристократии и монар-хии. Аристотель писал, что демократии чаще всего выро-ждаются в олигархии, а затем и в тирании, что хорошо прослеживалось на примере родных ему Афин. «Правиль-ными» формами государства он считал монархию и ари-стократию, а затем – смешанные формы, где соединялись разные типы правления. В наиболее жизнеспособных ре-жимах сочетались элементы монархии, аристократии и де-мократии (политии). Это было важное теоретическое от-крытие древних мыслителей, которым современные нам правители пренебрегли, предпочитая власть денег или ти-ранического диктата.

Средние века восстанавливали власть Традиции после масштабного краха Античности, наступившего, когда гражданам стало нечего защищать, не за что бороться, когда материальный интерес консолидировал паразити-ческие слои населения и разрушил духовное единство – основу государственности Рима, а потом Византии. Впоследствии Россия, принявшая на себя миссию духов-ного центра христианства, противостояла культу денег, но материальный интерес продолжал свое разлагающее действие, возвышая материальные ценности над духов-ными.

Древние мыслители, опиравшиеся на традиции, ставили общественное Благо выше частной Свободы. Новое время ввело понятие о «свободе», которая якобы является единст-венным вожделением общества, и все развитие общества

19

Национальный манифест

ведет к расширению свобод. Эпоха Просвещения соедини-ла понятие «свободы» с личностью, в которой свобода буд-то бы, только и могла быть реализована в полной мере. Всякая социальность, возникающая до частного выбора личности, признавалась порочной, отчего предшествую-щая история становилась обузой и подлежала дискредита-ции. Гуманисты мечтали о временах, когда последнего ца-ря можно будет удавить кишками последнего попа. Идея Прогресса противопоставлялась Традиции. В государстве видели только чудовищного Левиафана, власть которого неизбежна только потому, что люди от природы мечтают перебить друг друга.

Французская революция показала, что навязчивая идея, превращенная пропагандой в идеологию, на прак-тике воплотилась в кромешный ад – террор и насилие. Невероятные человеческие жертвы либеральных (буржу-азных) революций многократно превысили все издержки монархических и аристократических государств, осно-ванных на Традиции. Гимн Разуму, который звучал из ря-дов просветителей, был заглушен грохотом войн и крика-ми казненных. «Общественный договор», который чу-дился им как основа счастливого общества, нигде не об-рел жизненной формы, «естественное право» нигде не утвердилось. Либерализм лишь дал алчности новый им-пульс, освободив ее от подчинения традиционной мора-ли. Разум и рассудок торжествовали только там, где цар-ствовал частный интерес, творивший несправедливость, позволявший жить за счет других, обманывать и превра-щать людей в рабов.

Либералы обычно с большим уважением относятся к методологии марксизма и многое заимствуют из него. По-литэкономия социализма и либерализма имеют общий ис-точник – идею интернационального рынка. Социализм ви-

20

К истории политических учений и хозяйственных практик

дит в нем возможность захвата власти пролетарскими пар-тиями, либерализм – партиями транснациональных корпо-раций. Прославление Марксом и Энгельсом прогрессив-ной миссии буржуазии стало частью теоретического дог-мата либерализма, ставшего пропагандистским инстру-ментом олигархии во второй половине ХХ века. Вывод о ненужности и даже вредности государства также переко-чевал из марксизма в либеральные учения современности.

2.3. Крах «справедливости»

Свобода оказалась кровожаднее Традиции, отчего на свет начали появляться идеи, ставящие во главу угла Справедливость. Противостояние все менее привлека-тельным идеям либералов, превозносящих частный успех

  • авантюристов, идущих по головам неудачников, выли-лось в требование коллективной свободы – освобождения от «пут» нации и государства. Общественная солидар-ность, укорененная в Традиции и Государстве, теперь под-менялась классовой солидарностью на основе общего со-циально-экономического статуса. Если Просвещение оп-ровергало Традицию, то социалистические учения начали опровергать порожденный Просвещением буржуазный порядок. Но в этом опровержении места Традиции и тра-диционной морали не нашлось. Платон точно оценил от-ношение между либеральной олигархией и теми, кого марксисты потом назвали пролетариатом: «Богатство раз-вратило душу людей роскошью, бедность их вскормила страданием и довела до бесстыдства».

Наибольшая глубина социалистических идей была дос-тигнута в марксизме, где отрицание будущей ведущей ро-ли буржуазии было дополнено прогностической идеей о неизбежной и закономерной смене социально-экономиче-

21

Национальный манифест

ских формаций. От первобытнообщинного строя – к рабо-владению, затем к феодализму, которому на смену прихо-дит капитализм, а за ним начинается эпоха социалистиче-ских революций и построение коммунизма. Переходу к новой формации предшествует появление передового об-щественного класса, который призван преодолеть накоп-ленные в прежней формации противоречия между произ-водительными силами и производственными отношения-ми. Смена формации означает отбрасывание прежних от-ношений, мешающих развитию производительных сил, и установление новых отношений.

  • этой историософской конструкции изначально при-сутствовал дефект: уверенность в том, что в земном суще-ствовании можно построить идеальное общество, которо-му не нужно ни государство, ни социальная иерархия, ни нация. В этом смысле марксизм радикально разрывал с Традицией и даже полагал этот разрыв принципиальной закономерностью исторического процесса.

Марксизм утверждал, что очередная смена формаций не за горами, потому что родился на свет «могильщик» капитализма – рабочий класс с его «пролетарским интер-национализмом». Коль скоро капитализм не обеспечивал наемным рабочим даже рабского существования, то про-летариату «нечего терять, кроме своих цепей». Пролета-рий, разламывая революцией прежние отношения, дол-жен был уничтожить частную собственность и в конце концов ликвидировать государство. При этом «реакцион-ные народы» должны были погибнуть во всемирной про-летарской революции. Классовая солидарность делала на-роды не нужными для реализации любимых идей маркси-стов. Интернационализм стал одной из ключевых догм социализма. Теория отмирания государства роднила со-циалистов и либералов: интернационализм и свободные

22

К истории политических учений и хозяйственных практик

мировые рынки соединены в общих для тех и других иде-ях глобализма.

Пропагандистским замыслом марксистов была опора на материальный соблазн, обращенный к массам. Им до-казывалось, что достаточно отречься от своего государ-ства, от своей веры, достаточно истребить «эксплуата-торские классы», чтобы жить богато и трудиться в меру желания. Сначала предполагалось вознаграждение каж-дому по труду, а при коммунизме – по потребностям, вне зависимости от труда. Критерий воздаяния «по труду» и критерий разумных потребностей так и не был опреде-лен. Да это и не предполагалось, поскольку марксизм со-здавал сказку о чудесном обогащении и праздности, о земном рае для тунеядцев. Тем же соблазном были зара-жены не только пролетарии, но и образованные слои об-щества, которому еще только предстояло стать нацией и

  • полной мере освоить свою традицию. Вместо этого об-ществу было предложено мечтать о Справедливости и Свободе.

Соблазны материального обогащения разъединили на-род, противопоставив классовые интересы и доведя отно-шения между классами до ненависти и вражды. В этой схватке была отброшена ответственность перед царствую-щими династиями и честь аристократии. Результатом кро-вавых схваток за «светлое будущее» стало вовсе не торже-ство «революционных» трудящихся или «контрреволюци-онных» капиталистов и помещиков, а перетекание власти

  • руки бюрократии.

Основанные на весьма узком эмпирическом материале, идеи марксизма оказались актуальными лишь в течение очень короткого исторического периода. Они стали не столько теорией, сколько пропагандой, смущающей умы народов, рвущихся к знанию. Революции XIX и XX веков,

23

Национальный манифест

затеянные под знаменами компартий (начиная с Париж-ской коммуны), опровергли сами себя, доказали несостоя-тельность марксизма. Марксизм сохранил значимость лишь как критика издержек капитализма и методология анализа простейших экономических отношений. Он осла-бил жизнеспособность мировых цивилизаций, но не опро-верг ни гуманистических иллюзий Просвещения, ни фун-даментальных ценностей Традиции.

Человечество увидело, как социализм топтал Тради-цию и уничтожал социальные слои, охваченные либе-ральными и социалистическими мифами. Жертвы «ре-ального социализма» многократно превысили жертвы буржуазных революций. Социализм надорвал жизнен-ные силы многих народов. И поэтому мир увидел крах социалистической системы, оказавшейся не способной переступить через догматы марксизма и ответить на вы-зовы времени. Научный коммунизм, марксистская фило-софия, исторический материализм – все это оказалось ненаучным и нежизненным.

Наемные рабочие не только не стали передовым клас-сом, создающим более эффективные производственные отношения, но и не сложились в нечто единое. Мировые войны показали, что историческими субъектами остают-ся народы и государства, но не классы. Там, где социа-лизм победил и догмы марксизма стали новой «религи-ей», он отдал власть в руки бюрократии – партийной но-менклатуры, миссия которой состояла в одном: в сдержи-вании нации в ее духовном и политическом становлении.

2.4. Смыкание противоположностей

Мутация либеральных взглядов в ХХ веке привела к сближению с социализмом и заимствованию у него ряда

24

К истории политических учений и хозяйственных практик

идей. Либеральный социализм, зачатки которого при-шлись на довоенную эпоху, расцвел к концу ХХ века и полностью впитал в себя обе концепции. Либерализм, ут-ратив прежний пафос защиты свободы личности, «социа-лизировался» – сделал ставку на многочисленные соци-альные программы. Социализм стал высшим принципом свободы, либерализмом в действии, призванным раскре-постить пролетариат, представив большинству некую «усредненную свободу». Либерализм, признав значи-мость некоторых социалистических принципов, стал бо-лее изощренным в своей лжи о сущности общества и че-ловека. После краха социалистического лагеря либера-лизм унаследовал от поверженного противника не только материальные ресурсы, но и идеологию, которую адапти-ровал к целям мировой олигархии. Фикции демократии дополнились фикциями социального равенства и социаль-ного партнерства. Институты демократического и либе-рального социализма приняты на содержание олигархии, предпочитающей контролировать все идеи и все общест-венные течения, перекупая лидеров, идеологов, мыслите-лей, оскопляя общественную мысль, где только возможно.

Либерализм и социализм, различаясь в декларируемых целях и ценностях, едины в стремлении уничтожить госу-дарства и нации, соединить их в одно общество с едины-ми для всех «общечеловеческими ценностями». Для этого приходится отрицать национальные и цивилизационные различия, считая их пережитком, а любые различия между людьми – негативными факторами, подлежащими устра-нению. Обе по виду противоречивые идеологии едины в одном – в противостоянии религиозно-философскому ми-ровоззрению, отражающему национальное самосознание.

Либерализм, как и социализм, калечит рассудок челове-ка. Если социализм создает личность, целостность которой

25

Национальный манифест

полностью зависит от коллектива и политического догмата, то либерализм видит идеал в личности с расщепленным со-знанием – мультикультурной и не связанной ни с одной че-ловеческой общностью постоянными узами. Либерализм и социализм отрывают человека от семьи, нации и морали.

  • либерала семья – нечто временное, от нации можно в лю-бой момент отречься, а мораль – химера. У социалиста се-мья – нечто второстепенное, нация – нечто преходящее, а мораль за пределами партийной догмы отсутствует.

Либерализм, как и социализм, лукав. В нем «общече-ловеческое» – лишь пропагандистский трюк. Всеобщая свобода оборачивается свободой ограниченного числа субъектов, которым предоставляется монопольное право повсеместно оборачивать свой капитал. Глобализация нужна олигархии для того, чтобы отработанная ею мо-дель закрепощения народов и наций стала универсаль-ной и получила распространение во всем мире. Капитал олигархии нигде не должен встречать сопротивления своим разрушительным планам. Поэтому любое госу-дарство, отстаивающее национальные интересы и веду-щее независимую политику, объявляется врагом, «импе-рией зла», пособником терроризма. Врагом для олигар-хии является все, что связано со свободным существова-нием наций, а значит, все, что сохраняет традиционный духовный уклад, верность историческому пути, проч-ность моральных императивов.

2.5. Противостояние нации и тоталитарной бюрократии

Бюрократия всегда желала получить пожизненные права на ведущую роль в государстве и стремилась сде-лать свое положение независимым от воли монарха, ари-

26

К истории политических учений и хозяйственных практик

стократии, народа. Именно это толкало бюрократию ис-пользовать изъяны в общественном устроении госу-дарств для укоренения своей власти. Интриги во дворцах то и дело выплескивались на улицы столиц, где взбудора-женные люди искали справедливости. Плоды побед неиз-менно переходили к правящим кланам, а толпу усмиряли подачками: временными послаблениями режима, мало-значащими реформами, броскими лозунгами. В результа-те бюрократия только крепла и умножалась численно, со-здавая себе инструменты для захвата национального дос-тояния и безудержного обогащения. Бюрократический контроль за государственным аппаратом, национальным имуществом, госбюджетом применял самые изощренные методы унижения народа.

Ответное сопротивление народа могло опираться толь-ко на высшую аристократию – духовную и военную силу, призванную быть опорой государства и монарха, стремя-щегося передать своему наследнику процветающую страну. Поэтому силы революционного террора нашли в бюрократии тайного союзника. Если революционеры де-лали ставку на убийство монарха и публичную дискреди-тацию аристократии, то бюрократия вела свою разруши-тельную работу подспудно и пыталась «украсть» у ари-стократии ее народ: плела интриги в правящих кругах, доводила тяготы управления до абсурда, дезинформиро-вала, заводила в тупик реформы и т.д. Политические тео-рии, представлявшие этот процесс как борьбу классов, могли быть только на руку бюрократии. Их утопизм оча-ровывал образованные слои общества, мутил сознание масс и давал бюрократии перспективу всевластия, не ско-ванного никакой традицией.

Революционный пафос либерализма опирался на стре-мление убрать с дороги аристократию с ее этикой служе-

27

Национальный манифест

ния своему народу и Государю. Бюрократия, используя ин-тересы промышленников (или, как их охарактеризовали в прошлом веке, буржуазии), рвалась к власти, чтобы пере-строить все отношения в обществе и сделать морально оп-равданной безудержную наживу и присвоение всех ре-зультатов промышленной революции. Это желание накла-дывалось на становление политических наций. Многие буржуазные революции были одновременно и националь-ными – избавляющими от зависимости от других госу-дарств. Неспособность «третьего сословия» осознать свою миссию как лидера нации, неспособность совмес-тить Традицию и Модернизацию привели к захвату лиди-рующих позиций ростовщиками и спекулянтами. Одни торговали деньгами, другие перепродавали готовые това-ры и сырье. Иные не гнушались торговать и живым това-ром – людьми. При этом гуманистические ценности Прос-вещения стали догматом, ради которого железом и кровью усмирялись обездоленные социальные слои и колонизуе-мые территории.

Революциям всегда противостояли охранительные идеи, которые в последующие эпохи постарались забыть или взять из них только то, что подходило под текущую политическую конъюнктуру. Идеи либералов не стали бесспорными благодаря мыслителям-традиционалистам. Жозеф де Местр указывал, что не может быть никаких универсальных законов общества, что дух свободы в от-сутствие «канонизированных предков» влечет к хаосу, что только национальный разум, подавляющий индиви-дуальные догмы, может дать счастье и процветание наро-дам. Эдмунд Берк считал, что индивид рождается в при-сутствии традиции и государства и невозможности сло-жения частных эгоизмов. Адам Мюллер, а за ним Гегель, утверждали, что нация есть основание любого отдельно-

28

К истории политических учений и хозяйственных практик

го индивида и государства, что общая свобода – это сво-бода незабвенных предков. Фихте, Шеллинг и многие другие мыслители считали народ органической сущно-стью, а государство считали средством для нации. Луч-шая форма правления для консервативных мыслителей почти всегда есть монархия. Гегель писал: «Личность го-сударства действительна лишь как некое лицо – монарх».

  • ХХ веке консервативные идеи развивались как в не-мецкой, так и в русской философии, но не нашли доста-точно приверженцев, чтобы остановить войны и револю-ции.

Становление западного индустриального общества ли-бералы пытаются приписать себе, придумав миф о «сво-бодной рыночной экономике». В действительности, как показано Максом Вебером, успешная хозяйственная прак-тика имела религиозные корни – протестантскую этику, рожденную в восстании народа против бюрократизации католической церкви. Увы, западное общество в Реформа-ции со временем отбросило и Традицию, а новая бюрокра-тия навязала нациям свою волю.

Попытки разрыва с бюрократией и освобождения на-ций были в предвоенные годы предприняты в европей-ских государствах. Но революционный и военный аван-тюризм, инспирированный агентами олигархии, подме-нил национальную идею нацизмом. Либеральная, или «левая», бюрократия была заменена не национальными институтами управления, а тоталитарной бюрократией, партократией, уничтожившей любое самоуправление и элементарные общественные свободы, в условиях кото-рых нация только и может формироваться и развиваться. Авантюризм Гитлера и других лидеров агрессивных ре-жимов, а также интриги мировой олигархии привели мир к войне и не позволили нациям преодолеть тоталь-

29

Национальный манифест

ную бюрократизацию. Олигархия была заинтересована в схватке фашистcкой Германии и Советского Союза, по-тому что видела в этих режимах то, что мешало ее миро-вому господству, и не хотела, чтобы суверенные нации самостоятельно преодолели тоталитарные тенденции. Олигархия Запада нашла себе союзника в тоталитарных бюрократиях, которые жаждали войны, ибо иначе не могли держать народ в подчинении. Харизматические лидеры ХХ века опирались на бюрократию и жестокими репрессиями пытались подчинить ее себе. Но природа лидера нации противна природе бюрократии. Лидеры с течением времени сходили с политической сцены, а бю-рократия неизменно восстанавливала и усиливала свои позиции.

Торжество либеральных режимов и обогащение оли-гархий за время Второй мировой войны и послевоенного восстановления направили человечество по ложному пу-ти. Подавляя национальное самосознание там, где оли-гархия встречала стремление к суверенитету, она объяви-ла национализм тождественным нацизму. Либеральный Запад и его бюрократия начали диктовать свои условия тем странам, где национальная идентичность еще только зарождалась. Отказавшись от цивилизующей миссии в колониях, Запад заменил ее неоколониальной политикой.

  • результате потерявшие ориентиры народы, не имевшие собственного исторического опыта или утратившие его, позволили явиться на свет самым жестоким тираниям и многие годы вели кровавые гражданские войны. И все же там, куда не дотянулась рука либеральной олигархии, из-под обломков колониальных режимов проступили циви-лизации – носители Традиции.

Либерализм не предполагает преимуществ для про-мышленного капитала, который по своей роли в жизни об-

30

К истории политических учений и хозяйственных практик

щества должен доминировать над финансовым и торго-вым капиталом. Догмы либерализма привели к власти транснациональную олигархию, жонглирующую фиктив-ными ценностями. Деловые круги, отстранившиеся от Традиции, превратились в обслуживающий персонал оли-гархии, стали соучастниками глобального мошенничества.

2.6. «История обществ» – история борьбы

Когда национальные силы были искусственно выведе-ны из политической борьбы, сработал «железный закон олигархии», сформулированный в начале XX века Робер-том Михельсом. Любая форма социальной организации, будь то партия или производственная корпорация, госу-дарство или общественная организация, вне зависимости от ее первоначальной демократичности либо автократич-ности, неизбежно вырождается во власть немногих, то есть в олигархию. Соотношение производительных сил и производственных отношений здесь совершенно ни при чем. Единственной силой, противостоящей олигархии, является Нация – со всеми ее историческими традициями: верой предков, историческим опытом, родовой памятью, навыками государственного управления и общественного самовыражения. Отрекаясь от наций в пользу разнообраз-ных интернациональных федераций – производственных

  • политических – производственный капитал с неизбеж-ностью оказывался в подчиненном положении. Вернуть лидирующее положение предпринимателям, сделать ре-альный сектор экономики гарантом стремительного раз-вития экономики, залогом процветания народов может только Нация и Традиция.

Давно минули времена, когда служилое сословие заме-стило вялую аристократию в деле управления и стало опо-

31

Национальный манифест

рой царствующих династий. Забирая себе власть на ниж-них этажах управления, разносословное чиновничество постепенно из опоры государства превратилось в парази-тический слой, все больше отделяющий свои интересы от интересов нации и государства, одни социальные слои от других. В отсутствие механизма смены элит сработал все тот же «железный закон олигархии». Произошло вырож-дение аристократии в косные режимы с олигархией во гла-ве, которые стали чужды всякому развитию.

Закончилось и время, когда государственные чинов-ники обслуживали интересы капитала, выступая в каче-стве исполнительных комитетов по защите экономиче-ских интересов буржуазии. В результате сращивания политической власти со спекулятивно-ростовщически-ми кругами бизнеса, выстроившими интернациональ-ные структуры, формирование мировой олигархии ста-ло неизбежным. Чиновничество сложилось в местные бюрократии и бюрократии международных организа-ций и поступило на службу олигархии. Производствен-ный капитал лишился своего лидирующего статуса, на-чалась деиндустриализация национальных экономик ве-дущих держав, разложение национальных суверените-тов. Бюрократия породила монополию, которая убивает предпринимательство и промышленное развитие. В ре-зультате нация порабощается косным слоем чиновни-ков, ростовщиков и спекулянтов. И на повестку дня ста-вится вопрос о выживании нации: либо нация, либо олигархия.

Вся история развития человечества, или «история обществ», является вовсе не историей борьбы классов,

  • историей борьбы между нациями и народами, с одной стороны, и олигархией и обслуживающей ее бюрокра-тией – с другой.

 

32

  • истории политических учений и хозяйственных практик

 

  • одной стороны, воля к духовному развитию, к суве-ренности своей культуры и цивилизации, с другой – страсть к наживе любой ценой. Невероятно разросшиеся госаппараты стоят на страже интересов ростовщиков, блу-ждающих по миру в поиске новых территорий для порабо-щения и ограбления народов. Международная бюрократия обслуживает свободу мировой спекуляции, убивающей мировые экономики ради прибыли, которую олигархия по-лучит от дешевой рабочей силы, образующейся в странах «третьего мира».

2.7. «Открытое общество» – новый маркетинговый ход

«Золотой век» олигархии, начавшийся в ХХ веке, когда большая часть человечества согласилась жить без веры, морали, традиции, истории, национальных ценностей, оказался на поверку очень коротким. Олигархия натолк-нулась на непреодолимое препятствие – несоответствие между своими притязаниями, которые могут быть реали-зованы только «обществом потребления», и наличными ресурсами – человеческими и природными. Возникли не-разрешимые противоречия между «капитализацией воз-духа», безграничной эмиссией «мировых денег» и реаль-ным производством товаров. Модель управления миром через торговлю деньгами и денежными суррогатами дала сбой. Иного и не могло быть, когда объем операций с фи-ктивными ценностями в сотни раз превзошел оборот про-изведенных товаров. Кризис экономики финансовых фик-ций, исчерпание природных ресурсов, сопротивление ци-вилизаций силовому диктату США вскрыли недееспособ-ность, историческую ограниченность олигархической си-стемы, гнилость религии «золотого тельца».

33

Национальный манифест

Видимая успешность тактики олигархии в том, что она действует скрытно и не представляет интересов пуб-лично действующей власти. Таким образом, олигархия оказывается вне действия самых острых конфликтов со-временности и не расходует на их разрешение свои ре-сурсы. Олигархии нет надобности в прямой оккупации территорий, нет надобности в прямой пропаганде собст-венного мировоззрения. Непрямые действия, контроль за территориями через марионеточные режимы, фальси-фикация истории наций, внедрение полезных олигархии политических мифов – все это инструментарий олигар-хии.

  • прошлом центрами денежного господства были Ган-зейский союз, Генуя и Венеция. В наше время – подконт-рольные США международные институты: МВФ, Всемир-ный банк, ВТО. Не случайно олигархический капитал, блуждавший на протяжении тысячелетий по разным стра-нам и континентам Старого Света, в ХХ веке выбрал сво-им центром США. Было создано новое государство, где традиция европейских наций была отброшена, а за основу взяты принципы государственного строительства, извест-ные со времен Древнего Рима. Но и эти древние принци-пы государственного строительства оказались лишь ло-зунгами, благими намерениями.

Нация, образовавшаяся в США, была изначально ос-вобождена от государственной и церковной бюрократии, но также и от многих моральных запретов, действие ко-торых образует общество на столетия. На короткий исто-рический промежуток, пока моральные ценности еще не были до конца подавлены, американская нация приобре-ла динамизм и привлекательность для деятельных лю-дей. Это позволило США сначала стать ведущей индуст-риальной державой, а в ХХ веке – «мировым кошель-

34

К истории политических учений и хозяйственных практик

ком». Но протестантская этика прививалась без Церкви,

  • общество – без государственных и культурных тради-ций. Поэтому с течением времени все идейные искания североамериканцев склонили нацию к культу наживы, культу денег.

Там, где над людьми властвуют не религиозные запо-веди и укорененные в национальной культуре философ-ские доктрины, а дух алчности и жажда барыша, все по-ставлено с ног на голову и превращается в свою противо-положность: безобразное выдается за прекрасное, спра-ведливость выглядит глупостью, доброе – злым, а над идеалами и святынями совершаются акты глумления и осквернения.

«Золотой телец» совершил переворот в мировоззрении, направив по ложному пути, заставив забыть о свободе и равенстве – главных ценностях, на которых стояли отцы-основатели США. Затем из цитадели мировых денег пос-ледовали многочисленные интервенции против суверен-ных наций и государств. Ради ублажения интересов оли-гархии по всему миру американская олигархия организует войны и революции, в которых применяют самое совре-менное оружие, внедряют идеологические вирусы, прово-дят массированные информационные кампании. Ложь и аморализм – вот главные составляющие успеха этой поли-тики. И причины ее неизбежного краха.

Олигархия, мечтающая о мировом господстве, может существовать лишь за счет присвоения реальных ресур-сов, расплачиваясь за них знаками стоимости в виде элек-тронных записей или нарезанной цветной бумаги с водя-ными знаками, определенными как «мировая валюта». Олигархический капитал не признает государственных границ, разрушение которых является его навязчивой иде-ей. Тем самым он пилит сук, на котором сидит: под угро-

35

Национальный манифест

зой разложения и разрушения оказываются национальные экономики. Нанимая политических пособников, олигар-хия препятствует становлению национальной власти, а значит, организации производств, основанных на самых современных достижениях науки, и эффективного нацио-нального хозяйствования в целом.

Для подавления любой сколько-нибудь серьезной по-пытки нации стать независимой от власти денег олигар-хия через бюрократию проводит законы и правила, сог-ласно которым жизнь национального капитала подавляет-ся административным произволом. Деятельность органов государственного управления, подчиненная интересам олигархии, призвана задушить и подчинить себе любое предпринимательство, если оно осмеливается противопо-ставить себя бюрократии и вести себя независимо. Поэто-му бюрократия обрушивается на национально ориентиро-ванные стратегически значимые и крупные предприятия, ликвидация которых происходит путем поглощения транснациональными корпорациями. Что касается сред-них и малых производств, то для достижения той же цели бюрократия использует методы от прямой криминальной расправы до организации рейдерства с участием чинов-ников и судей.

Если деньги становятся товаром, если они не служат хо-зяйственному учету и реальному товарному обмену, то они утрачивают свои естественные функции. Они утрачи-вают связь с конкретным производством и национальными экономиками. Во главу угла ставится не Дело, а стяжатель-ство любой ценой. Слой деловых людей, на инициативе которых держится благосостояние нации, размывается и подменяется слоем бесстыдных ростовщиков и спекулян-тов, которые оправдывают свою деятельность «общечело-веческими ценностями». Обещанное всем равнодоступное

36

К истории политических учений и хозяйственных практик

денежное счастье оборачивается подавлением и запретом всего, что выходит за пределы культа денег. И в этом зало-жена неизбежная гибель мировой олигархии.

Изобретение новых денежных суррогатов, учреждение новых региональных валют, игра ставками кредита – все это только продлит агонию либерально-олигархического правления. Без реального товарного эквивалента, соответ-ствующего всей массе денежных знаков, без отказа от при-знания товаром «резаной бумаги», прикинувшейся знака-ми стоимости, невозможны продуктивные отношения ме-жду дееспособными нациями, невозможна продуктивная национальная экономика.

Современные «маркетинговые» войны косят людей не хуже пулеметов, уничтожая среду обитания, распростра-няя наркотики, алкоголизм, порнографию. Не целесооб-разная производительная деятельность, удовлетворяющая насущные потребности наций, а спекуляции знаками сто-имости или их суррогатами создают миллиардные состоя-ния, избегающие причастности к производственным про-цессам. Что это, как ни война меньшинства против боль-шинства? Что это, как ни доказательство того, что либе-ральные догматы могут реализоваться на практике только для подобного меньшинства? Войны развязывают ради добычи. Если посмотреть, кто богатеет на крови, то уви-дишь врага нации.

Технический прогресс и ядерное оружие в ХХ веке ста-ли гарантом суверенитета для многих государств, что сор-вало планы олигархии. Поэтому центр тяжести своей раз-рушительной работы олигархия перенесла на подрыв са-мосознания наций, которым навязывается доктрина «от-крытого общества» – без национальных границ и протек-ционизма правительства по отношению к национальному предпринимательству.

37

Национальный манифест

2.8. Национализм – путь свободы

Как бы ни различались человеческие сообщества при-родно-климатическими условиями и историческими «биографиями», психологические типы диктуют одни и те же мировоззренческие комплексы, которые объединя-ют или разъединяют людей больше, чем принадлежность

  • различным социальным или политическим группам. В современности эти типы обозначились в трех мировоз-зренческих доктринах: либерализме и социализме, еди-ных в стремлении уравнять людей, уничтожить цивилиза-ции и культуры, убить нации бюрократическими процеду-рами, и противостоящем им национализме, для которого Нация и ее цивилизационные достижения – высшая цен-ность. Время покажет, какие нации согласятся на само-убийственные уступки олигархии, а какие, усвоив уроки истории, возьмут свою судьбу в свои руки.

Низменная страсть меньшинства, желающего вечно вку-шать плоды чуждого труда, явлена нам как основа либе-рального мировоззрения. Удовлетворить эту страсть может только гибель цивилизаций и вырождение самых талантли-вых и гордых народов мира. Народы, способные легко обеспечить себя всем необходимым, уничтожаются наем-никами олигархии, создающими неэффективные хозяйст-венные механизмы, через которые идет конфискация всего национального достояния. Антинациональная система вос-питания и образования должна завершить процесс, через который проводится уничтожение памяти поколений и раз-рушаются традиции, культура, мораль. Выбивание из наро-дов исторической памяти, проверенных веками представ-лений о добре и зле оборачивается оскудением духовного начала, присущего человеческой природе, что в конечном итоге неминуемо перерастает в физическую деградацию.

38

К истории политических учений и хозяйственных практик

Только национальная модель социальной организа-ции может противостоять хаосу, входящему в жизнь «железным законом олигархии». Только нация со свои-ми традициями может ограничить произвол чиновни-ков, подавить бюрократию и исключить возникновение олигархии. Только национализм обеспечивает необхо-димое сочетание Традиции и Модернизации и устраня-ет причины социальных революций, обеспечивая усло-вия революции научно-технической. Там, где во главу угла поставлены национальные интересы, там кипит жизнь и бурно развивается хозяйство, восстанавливают-ся моральные устои, люди возвращаются к полноцен-ной жизни.

Те нации, которые первыми сбросят диктат олигархии, получат мощнейший импульс развития и быстро обгонят деградирующую экономику «золотого тельца». Избавле-ние от олигархии вернет прежним историческим нациям имперскую мощь, роль мировых лидеров, а малым наци-ям – собственное достоинство и суверенное существова-ние. Исторические нации объединят под своим патрона-жем цивилизации, проложат границы культур и народов так, чтобы между ними был возможен уважительный ди-алог, остановят конфликт между цивилизациями и гаран-тируют им свободное развитие. Вместо универсального рецепта, по которому история должна закончиться все-мирным принятием «либеральных ценностей», мир на-ций и цивилизаций продолжит историю во всем разнооб-разии верований, культур и экономических укладов. Те нации, которые, напротив, согласятся остаться под пятой олигархии, обречены на обескровливание национальных экономик в играх фиктивными ценностями, на закулис-ные интриги вместо публичного права, на деиндустриа-лизацию и крах культуры.

39

Национальный манифест

Национализм сегодня – самое перспективное мировоз-зрение, оставляющее позади ХХ век с его либеральными и социалистическими экспериментами, в которых были без-жалостно уничтожены миллионы людей и десятки жизне-способных государств. Национализм способен вернуть че-ловечество на путь, прочерченный столетиями, – путь культурной и духовной свободы национально-государст-венных организмов, составляющих мировой симбиоз раз-нообразных цивилизаций.

40

  1. Национализм и его идейные противники

3.1. Понимание нации

Во все времена государства создавались и поддержи-вались теми, кто воспринимал гражданство и подданство как долг и честь. Это было и в древнегреческих полисах,

  • в мощнейших империях, и в национальных государст-вах современности. Ощущение своей причастности к судьбе Отечества мы называем теперь «национальным самосознанием».

Родовые, культурные и политические общности соеди-няют людей в сообщество, которое мы определяем как «нацию». В нации могут присутствовать и разные народы,

  • разные культуры, и разные политические воззрения, но всегда имеется стержень – ведущий народ с его осознани-ем родства и культурными доминантами, ведущая полити-ческая идея, поддержанная этим народом. Рассматривая родовое начало и связанные с ним нормы жизни, мы гово-рим об «этносе», переходя же к культурным и политиче-ским основаниям общежития в государстве, мы говорим о «нации».

Иногда нациями называют народы, не создавшие значи-мых явлений мировой истории: высокой культуры, госу-дарства. Такое понимание нации на руку тем, кто стремит-

41

Национальный манифест

ся к разрушению государств, пропагандируя принцип на-ционального самоопределения. Прежде всего оно направ-лено против наций, создавших империи, в которых объе-динялись народы, а национальное укреплялось импер-ским. Признание нациями этнографических групп, напро-тив, разъединяет народы. Малые народы, вставшие на путь самоопределения не в силу объективно сложившейся необходимости, а следуя указаниям мировой олигархии, в обмен на денежное довольствие, идут против ведущих на-ций современности и выступают в роли сепаратистов и уг-нетателей стержневого народа.

  • западной науке существуют различные понимания нации: «французское», исходящее из идеи свободного со-общества граждан государства, основанного на полити-ческом выборе, и «немецкое», базирующееся на культуре
  • общем происхождении. Французская академия в 1694 году определила нацию как совокупность всех жителей «одного и того же государства, одной и той же страны, которые живут по одним и тем же законам и используют один и тот же язык». Французский богослов Эрнест Ре-нан в 1882 году выдвинул идею общей воли, возникшей из чувства прежних и предстоящих жертв, прежней и бу-дущей славы. В отличие от этой концепции, в Германии национальное сознание было больше ориентировано на культуру, поскольку национальная идентичность сталки-валась с противоречием – необходимостью соотносить себя, с одной стороны, с малым княжеством или городом, а с другой – с империей. Поэтому нация была поставлена выше государства, выше подданства и гражданства, при-обретая культурное и духовное измерение. Иоганн Гот-фрид Гердер утверждал, что народы – это мысли Бога, что формы государства зависят от самобытности наро-дов, что каждый народ создает свои нормы права и име-

42

Национализм и его идейные противники

ет свои представления о счастье. Государство в «немец-ком» понимании нации считалось производным от на-ции.

Оба подхода к пониманию нации в современных усло-виях сблизились. И оба находятся в противоречии с уст-ройством власти в современных государствах, которые иг-норируют как волю граждан, так и национальные интере-сы. Основанием для подмены того и другого произволом бюрократии служат политические догматы и интересы олигархии.

Марксистской традиции соответствует подход, опреде-ляющий нацию через перечисление определенных качеств (общность языка, территории, особенности культуры, соз-нания и психологии). Признавая реальность нации, марк-систы отрицают ее ценность, предпочитая суверенитету нации интернациональную классовую общность. Тем са-мым марксизм оказывается враждебен нациям, националь-ному самосознанию. Аналогична установка современного либерализма – для него нации представляют препятствие

  • формировании произвольных и постоянно меняющихся федераций, заключаемых между индивидуумами. В своем противостоянии нации либералы доходят до отрицания родового единства человеческих сообществ, до отрицания нации вообще.
  • русской философии нация понимается как форма че-ловеческого объединения, обусловленная не только и не столько интересами, сколько идеей. Причем в большей мере мировоззренческой, чем политической. Поиск соб-ственной судьбы, адекватной национальной идее, служа-щей проектом Отечества, – задача нации. Нация – это ду-ховное единство, создаваемое и поддерживаемое общно-стью культуры, духовного содержания жизни, завещанно-го прошлым и живого в настоящем. Нация исчезает, если

43

Национальный манифест

граждане перестают размышлять о причинах своей общ-ности и солидарности, о миссии своей нации и пережи-вать ослабление национального самосознания как лич-ную беду. Народ в этом случае становится просто населе-нием, утрачивает ощущение «мы», перестает различать окружающих как «своих», «наших».

  • соединении социального с национальным в ХХ веке думали и писали представители течения, получившего на-звание «консервативная революция»: Освальд Шпенглер, Артур Меллер, Эрнст Юнгер, Карл Шмитт, Юлиус Эвола.
  • русской философии идею нации разрабатывали Иван Ильин, Николай Алексеев, Николай Данилевский, Нико-лай Бердяев и другие, а также выдающиеся публицисты своего времени Михаил Катков, Михаил Меньшиков, Иван Солоневич. Многое из наследия консерваторов про-шлого сохранило свою ценность и злободневность до на-ших дней.

Идейные искания и теоретические разработки консер-вативного направления были отброшены в эпоху мировых войн и революций, в результате которых к власти пришли приверженцы либерализма и марксизма. Государственные концепции тех и других предполагали только бюрократи-ческое манипулирование населением и не признавали ценности нации как родовой, культурной и политической общности. Взамен нации в политических теориях либера-лов и марксистов вошел термин «общество», которым обозначалась активность индивидов за пределами госу-дарственных институтов, противопоставленных этому «обществу». При этом на вооружение была взята лукавая доктрина о контроле общества за государством. В реаль-ности подобный «контроль» лишь легитимировал власть бюрократии и создавал условия для подавления нации и выращивания олигархии.

44

Национализм и его идейные противники

Считается, что современный национализм охватил массы только в конце XIX века, когда выдвигался тезис о том, что каждой нации соответствует одно государство и каждому государству – одна нация. И хотя эта формула XIX века определяла всю последующую политическую историю Европы, многие западные исследователи требу-ют от политики денационализации. Подспудной причи-ной такой странной установки является убеждение, что по окончании Второй мировой войны и особенно после падения Берлинской стены мир настолько изменился, что государство стало утрачивать свое значение, а вместе с ним и национализм со своей государствостроительной функцией оказывается препятствием на пути прогресса.

Те тенденции, которые свидетельствуют о бесспорном росте национализма, списываются на особенности вос-точноевропейского менталитета (аналогичного, как под-разумевается, азиатскому). В действительности же мы видим признаки подспудно идущего исторического про-цесса: если неевропейские страны отвечают на глоба-лизм локализацией общественных институтов, то евро-пейцы имеют все основания для их национализации. И если в первом случае можно говорить о разворачивании этнического национализма, то во втором – в большей сте-пени о гражданском национализме ведущих политиче-ских наций.

3.2. Нация и Империя

Во Франции, Великобритании, США нация исходно понималась как сообщество граждан. Поскольку здесь не просматривается никакой промежуточной структуры ме-жду гражданином и государством, управление могло строиться на централизованных, унитарных началах. Но

45

Национальный манифест

при этом пришлось проводить жестокую ассимиляцию, изничтожая родовое сознание территориальных сооб-ществ и малых народов. Тем не менее история показала, что начала насильственной централизации оказались слабыми: бюрократия использовала их только с целью разобщения граждан, ослабления и формализации наци-онального самосознания.

При ином подходе к государственному строительству учитывалась историческая память, сохранившая симво-лы догосударственного родового и территориального единства более мелких общностей. В этом случае для на-ции более приемлемой оказывалась имперская модель. При этом почти всегда находилась одна из родовых тер-риторий, осуществившая государственный суверенитет и ставшая в процессе объединения гегемоном (Пруссия в Германии, Кастилия в Испании, Пьемонт в Италии, Мос-ковия в России).

Объединяющая идея Империи вбирает в себя культур-ные достижения народов и цивилизаций на огромных пространствах и в обширных временных промежутках, сплавляя их в сложную, а оттого долговременную и спо-собную к развитию иерархическую систему. Каждый из дееспособных подданных империи понимает себя, с од-ной стороны, принадлежащим к своей малой родине, ее языку, нравам и обычаям, но, с другой стороны, ощущает себя одновременно и подданным императора. Тем самым родовое чувство национальных меньшинств (народов, не причисляющих себя к ведущей нации) не противоречит государственной идее и поддерживает имперскую на-цию. Имперская форма государственного строительства становится и высшей формой самоорганизации нации. Именно поэтому объектом атаки со стороны агентов бю-рократии стали империи, разрушение которых породило

46

Национализм и его идейные противники

кровавые конфликты ХХ века, каких не знала предшест-вующая история.

Нация не есть нечто застывшее. Она постоянно меняю-щийся и совершенствующийся целостный организм: ан-тичная нация связана с городом-государством или импери-ей, состоящей из множества полисов, соединенных в про-винции. Средневековая европейская нация охватывает ландшафты, впервые соединяя нацию с пространными территориями и открывая возможность построения поли-тии (по Аристотелю – наилучшая форма правления, соче-тающая монархию, аристократию и волю народа), где го-сударственные решения делегируются определенному слою в акте доверия. В более поздних империях (Арабско-го халифата, Российской, Османской) нация соединяется общностью задач, письменностью и веротерпимостью (при ведущей роли одной из религий). Наконец, современ-ная нация соединяется с государством – унитарным или имперским.

Далеко не всем народам доводилось превращаться в нации – сообщества, где единство созревало до осозна-ния и живого воплощения политической общности. К современности не все народы пришли хотя бы к какой-то форме нации. Население большинства государств за пре-делами Европейского мира зачастую лишено националь-ного самосознания. В них сувереном является не нация

  • даже не архаичная монархия, а родовые кланы, воен-ные хунты, закулисные иностранные олигархии с мест-ными марионеточными политиками на привязи. Но и в Европейском мире нации (как сложившиеся, так и нахо-дящиеся в стадии становления) находятся перед опасно-стью разрушения и перехода общества в донациональ-ное состояние: при утрате связи с государством (бюро-кратизация, тирания, олигархия, анархия), при уступке

47

Национальный манифест

суверенитета (глобализм), при разделении на отдельные родовые или субкультурные общины (федерализм, муль-тикультурализм), при торжестве индивидуального над национальным (либерализм), при доминировании эконо-мической солидарности взамен национальной (социа-лизм).

Дробление империй, распад больших государств, обра-зование марионеточных режимов, искусно управляемых олигархиями, – основа не для процветания, а для нового рабства, опасного тем, что оно утверждается набором про-пагандистских инструментов, лишающих нации ощуще-ния порабощенности. Всему этому противостоит национа-лизм, который ставит ценность нации выше эгоизма част-ных лиц.

3.3. Национальное самосознание – арена борьбы Добра и Зла

Либералы пытаются представить нацию как выдумку, называют ее «воображаемой общностью», «идеологиче-ской конструкцией», внушенным мифом об общем проис-хождении. Иногда в нации хотят видеть всего лишь ре-зультат развития современных средств коммуникации. Ра-дикальные либералы предпочитают видеть ближайшее будущее – их «коммунизм» – как «постиндустриальный мир», в котором разнородные меньшинства доказывают себе и окружающим свое право «быть другими», а нации должны отойти в прошлое. Творческий потенциал инди-видуумов противопоставляется производству «общест-венных ценностей» и благ. Бюрократия приемлет такой подход, сохраняя контроль за некоторыми сторонами по-ведения своих рабов, гомогенизируя и уравнивая людей в мировом масштабе своими процедурами. Ритуалы лояль-

48

Национализм и его идейные противники

ности бюрократии формируют сознание, нечувствитель-ное к прошлому и не отвечающее за будущее страны и на-рода. Фабрикуется ложное представление о некой единой «мировой цивилизации» и опасности любых уклонений от «магистрального пути человечества», представленного

  • стандартах теплохладного общества потребления, чуж-дого всякому творчеству, нечувствительного к несправед-ливости, равнодушного к Истине. Странам и народам на-вязывается «первобытное мышление», обнаруженное ис-следователями у все еще сохранившихся на земле диких племен. Тем самым вытесняется национальное самосоз-нание. Здравый смысл нации подменяется «здравым смыслом» бюрократии, свобода подменяется фикциями – рабством рабов, не замечающих постыдности своего по-ложения.

Нации в ХХI веке отчаянно сопротивляются диктату либеральной бюрократии – разложению на «меньшинст-ва» и одновременной унификации в лояльности к правя-щим олигархиям. Даже разгромленные войнами и револю-циями центры мировых империй и мировых культур про-должают поддерживать дух нации, историческую память, традиционные верования. Бюрократия ведет со всем этим непримиримую борьбу, либо уничтожая очаги сопротивле-ния своему всевластию, либо заражая вирусом бюрократи-зации и зависимостью от «золотого тельца».

Формируются всевозможные пропагандистские и фи-нансовые структуры, направленные на разложение нацио-нального сознания. Ими используется целая сеть эфирно-го вещания, дурачащая человечество, вбивая в сознание вредные или ложные представления о жизни. От этого це-лые континенты наполняются инвалидами информацион-ных войн с подорванной психикой и деструктивным пове-дением.

49

Национальный манифест

Либеральные СМИ постоянно ведут прицельный огонь по основам жизни нации, содействуя разрастанию олигар-хических капиталов. Ими сформирован набор постоянно решаемых задач: над олигархическими группами не долж-но быть высшего арбитра – верховной власти; в обществе должен быть вытравлен или фальсифицирован патрио-тизм, задавлен независимый национальный предпринима-тель. Особенно разнузданна клевета на героические лич-ности, составившие славу Отечества. Против них действу-ет целый сонм фальсификаторов, пересказывающих био-графии как набор скабрезностей.

Патриотизм у нанятых олигархами журналистов ста-новится «прибежищем негодяев», а национализм – на-столько антигуманным явлением, что подлежит разобла-чению как прямое потомство нацизма и расизма. Товаро-производитель для либеральных СМИ – это либо покор-ный обслуживающий персонал олигархии, либо жулик, а сами олигархи представляются в роли крупных капита-листов, на которых только и держится экономика. Мол, современное производство немыслимо без крупных кор-пораций, а потому их создание и существование оправ-дывает любые преступления. Либеральная публицистика отводит от олигархии любые претензии и взваливает их на производителей реальной экономики, на тех, кого оли-гархия давит своей налоговой системой, монополиями-перекупщиками, чиновничьим рэкетом. СМИ либералов нетерпимы ко всем, кто пытается защищать отечествен-ного производителя. Они льют потоки клеветы на естест-венного союзника товаропроизводителей – национали-стов.

Национальный предприниматель и национальный по-литик подлежат травле всюду, где правит олигархия. И главным оружием этой травли являются средства массо-

50

Национализм и его идейные противники

вой информации. Это ставит перед националистами одну из ключевых задач – национализацию крупнейших СМИ и направление их деятельности на воссоздание националь-ного самосознания.

Сегодня от имени «прогресса» и «общечеловеческих ценностей» идет навязывание разрушительного социаль-ного проекта. Растравливаются низменные чувства, са-мые ужасные грехи проповедуются как нечто естествен-ное для человека. Рабам олигархии прививаются страсть

  • наживе, мечты о случайном успехе, грезы о жизни без труда и ответственности перед будущими поколениями. Единственной моделью общества представляется мифо-логизированный Запад, ничтожный миг его относитель-ного благополучия во второй половине ХХ века, предста-вленный глянцевыми обложками и образом жизни из множества лишенных какой бы то ни было правды кино-фильмов.

Показывая картинки беззаботной жизни, сладкого ни-чегонеделанья, олигархия создает соблазны и обосновы-вает свое право «спасать человечество» от его собствен-ной истории и культуры. На деле это «спасение» обора-чивается ковровыми бомбардировками городов, выжига-нием напалмом жилых кварталов, пытками военноплен-ных, зверскими казнями политических противников, бе-зумной гонкой вооружений, разрушением суверенных го-сударств, уничтожением памятников национальной куль-туры.

Нанимая самые бойкие перья, самых циничных режис-серов любых зрелищ, проводя для них и вместе с ними масштабные рекламные кампании, олигархия стремится, чтобы общество порвало с национальной историей. Ее из-вращают, опошляют, высмеивают. Из человека стремятся вырвать его душу, сделать его рабом олигархии, подобост-

51

Национальный манифест

растно ожидающим подачек и регулярного впрыскивания информационного наркотика. Виртуозы лжи считают себя интеллигенцией, мнят о своей роли распорядителей исто-рии. На самом деле они остаются жалкими наемниками из профессионального цеха растлителей и пошляков, кото-рым Богом и Историей на этом и на том свете определено самое постыдное место.

Противостоящая растлителям и пошлякам националь-ная мысль спасает не только рассудок нации, но и души людей, атакуемые бесовщиной. В этой борьбе вся история, политика и даже жизнь частного человека становятся аре-ной столкновения Добра и Зла.

3.4. Истинный и ложный национализм

Националист отвергает не иные народы, а те элементы

  • их ментальности, которые претят его культуре и вере. Национализм – это стремление к национальной демокра-тии и прочной государственности. Национализм подлин-ный – это сила, мобилизующая нацию на саморазвитие и отстаивание суверенитета. Патриотизм есть производная национализма – любовь к своему дому и своему государ-ству, к тем традициям, которые сформировались в нем. Бюрократия насаждает имитации патриотизма, которые сводятся к демонстрации лояльности, к поддержке поряд-ка, при котором в политике нет места националистам, а у нации – никаких перспектив.

Если национализм утвердился в политике, если патрио-тизм стал неотъемлемым элементом гражданского самосо-знания, то народ способен к мобилизации в условиях кри-зиса, к адаптации к новым веяниям, имеющим место в ми-ре. Национализм – ощущение силы, которая позволяет быть открытым миру без ущерба для национального само-

52

Национализм и его идейные противники

сознания. Открытость к достижениям всех народов дает осознанное восприятие и понимание мира, а это наполня-ет патриотизм смыслом. Сознание, ориентированное на традиционные ценности, позволяет находить правильные решения.

Настоящий национализм действует прежде всего в интересах своего народа, а ложный – в интересах оли-гархии. Выпячивание стародавних родовых мифов, не имеющих исторической достоверности, превращение их в «учебные пособия», оправдывающие давно минув-шими заслугами современные претензии на обособле-ние, пренебрежение опытом народов, строивших совме-стно единую нацию и единую империю, – все это лож-ный национализм. Он используется олигархией для ос-лабления настоящего национализма, для подрыва духовного единства народа, для ослабления государст-ва. Лживый национализм переносит критику либераль-ных режимов на само государство, которое готов разру-шить. Олигархия за кулисами радостно аплодирует это-му единению с антигосударственными идеями либера-лов и марксистов.

Ложный национализм выражен в анархических, анти-религиозных, нигилистических, криминальных формах.

  • нем есть только болезненная жажда возвыситься над другими, замешанная на неполноценности личности, в которой ненависть замещает все: любовь, разум, честь, совесть. Не представляя ценностей родовых связей, зача-стую не имея способности даже создать собственную се-мью, эти люди, называя себя националистами, предпочи-тают подменять духовную общность зоологической. Не зная истинной природы родства, не имея представлений о научных методиках, они смеют определять, кто на кого «похож», и на глаз оценивать национальную принадлеж-

53

Национальный манифест

ность. Рассуждая о братстве «по крови», они не имеют представления ни о «крови» (генетическом родстве), ни о братстве, ни о духовном единстве между людьми. Такие зоологические типажи весьма любимы идеологами либе-ральных СМИ, которые представляют их как типичных националистов, скрывая от граждан, что есть на самом деле истинный национализм и кто является его выразите-лем.

Националист не может быть анархистом, не может быть нигилистом, выступающим против государства. На-ционалисты в противовес своим противникам всегда вы-ступали за сильную централизованную власть и режим единоличной власти с опорой на народное самоуправле-ние, ставящие под свой контроль аппарат государствен-ного управления и тем самым препятствующие образова-нию олигархии.

Националист чужд социальным революциям, предпо-читая революции научно-технические, революции нацио-нального возрождения. Озверелые бунты мещан, требую-щих от олигархии гарантированный паек, не имеют ниче-го общего со здоровой силой национального самосозна-ния. Националист никогда не борется с властью, он борет-ся за власть и за утверждение во власти не своего клана, а национальных ценностей и интересов.

3.5. Олигархия и аристократия, демос и охлос

Олигарх не хочет иметь Отечества: оно накладывает на него обязательства, от которых он стремится избавиться. Уклоняясь от своих гражданских обязанностей, олигарх готов обескровить нацию ради своих частных интересов и даже уничтожить ее, если эти интересы идут вразрез с су-ществованием нации. Аристократ, напротив, не видит ни-

54

Национализм и его идейные противники

какой возможности быть вне нации и связывает свой ста-тус и благополучие с ее судьбой.

Для националистов неприемлема концепция «правово-го государства», где уравниваются все правовые статусы граждан вне зависимости от их заслуг и способностей. На-ционализм требует становления новых форм аристокра-тии – аристократии служения и статуса по заслугам.

Суверенитет нации предполагает, что «демос» (ответст-венные граждане) всегда выступает против «охлоса» (тол-пы), а аристократия всегда выступает против олигархии, растаскивающей и разрушающей нацию. Поэтому олигар-хия всегда опирается на охлос (в наше время – тупеющих зрителей, упершихся в экраны телевизоров), а истинная аристократия – на демос, ответственных граждан. Поэто-му для олигархии совсем не чужды идеи социализма, ко-торыми охлос удерживается в повиновении. И поэтому же

  • национализме не может быть никакого социализма (с его принципом уравнительности). И никакого либерализма (с его ненавистью к аристократии).

Национализм связан с понятием иерархии и ранга. На вершине власти в национально ориентированном государ-стве должно находиться лицо, не зависящее от олигархи-ческих капиталов, отстаивающее интересы всего народа, – несменяемый верховный арбитр или подготавливающий его приход национальный лидер.

Предпосылка национального успеха – признание наро-дом национального лидера, в идеале – наследственного монарха, олицетворяющего нацию и всю ее историю. Ес-ли нация находит иные варианты иерархии власти, ника-кая внешняя воля не имеет оснований для вмешательства и навязывания собственного понимания национальных интересов. Однако в любом случае право на власть долж-но быть неоспоримо и укоренено исторически в принци-

55

Национальный манифест

пе правопродолжения (континуитета). Только неразрыв-ность права (которое установлено специальными законо-дательными актами) гарантирует, что у власти стоят не самозванцы, манипулирующие выборами и средствами информации.

Националист не может признавать справедливым рав-ный статус подданных государства, среди которых одни трудятся в интересах нации, а другие преследуют только свой эгоистический интерес. Полноценный гражданин характеризуется верностью закону, личным трудовым вкладом в общенациональные дела, готовностью с оружи-ем в руках служить Отечеству, знанием истории нации, стремлением иметь семью и детей – будущее нации. Пра-во должно возвышать статус таких людей через систему цензов, которые позволяют решать вопросы о судьбе на-ции, быть представителями народа, занимать государст-венные должности.

Заслужить это право может человек любого происхож-дения. Проливший кровь за государство – бесспорный гражданин. Создавший современное производство, обес-печивший нацию качественными товарами, а граждан ра-ботой – бесспорный гражданин. Интеллектуал, создаю-щий в рамках традиции культурные ценности, новые тех-нологии и открывающий научные истины, – тоже бес-спорный гражданин. Напротив, тунеядец, невежда не мо-жет получать всей полноты гражданских прав, не может участвовать в политической жизни нации. Не может иметь права определять судьбу страны тот, кто предпочи-тает жить за рубежом, пренебрегает воинским долгом, растрачивает полученное достояние в роскоши и развле-чениях, предпочитает не заводить семью и детей, уклоня-ется от уплаты налогов. В вопросе о гражданстве и в оп-ределении полноты гражданских прав нации нужен чет-

56

Национализм и его идейные противники

кий набор критериев, законно отделяющий тех, кто жи-вет вместе с нацией, и тех, кто действует против нее или предпочитает обособиться от нации и вести частную жизнь.

3.6. Конструктивное и деструктивное

Марксизм и либерализм, находясь при власти, прежде всего стремятся уничтожить связь нации с ее прошлым. Из нации изымается важнейшее – связь с предками и по-читание их заветов, следование традиции. Следующим шагом становится репрессирование родового самосозна-ния стержневого народа – вплоть до «расизма наоборот». Наконец, подрывается духовная жизнь нации – из нее вы-бивается духовная составляющая: средства массовой ин-формации пропагандируют культ наживы, насилия, рас-путства; бюрократизируется Церковь; создаются «граж-данские религии», организующие ритуалы лояльности бюрократии.

Марксизм определяет национализм как продукт мелко-буржуазного сознания и мелкобуржуазной ограниченно-сти – как предрассудок, который должен преодолеть осво-бодившийся пролетариат, у которого «нет отечества». Сов-ременные либеральные учения в основном рассматривают национализм как возрождение первобытного родового мышления, проявление варварства и дикости. В консерва-тивно-традиционалистской интерпретации национализм есть естественное проявление национального духа, исто-рического самосознания народа, а также способ отстаива-ния его жизненных интересов. Продуктивный национа-лизм отличается от ложного и деструктивного тем, что первый есть стремление сохранить свое, второй — попыт-ка захвата чужого.

57

Национальный манифест

Там, где правит олигархия, национализм вытравливают всеми возможными способами, прежде всего дискредита-цией и приписыванием национализму всех пороков – фа-шизма, нацизма, расизма, антисемитизма, на самом деле порожденных либеральными силами и теми же олигархи-ями. Националистов представляют мракобесами, крими-нальными типами, «авторитарными личностями», само-изолирующимися от остального мира.

  • действительности национализм не имеет ничего об-щего с обособлением от остального мира. Развивающиеся нации стремятся к полноте духовной жизни и восприятию достижений других народов и цивилизаций. Национализм энергичен, бюрократическая дипломатия, если только де-ло не сводится к той или иной форме грабежа, вяла и бе-зынициативна. Национализм наполнен творчеством, бю-рократия – страхами всего нового. Национализм отстаива-ет свой проект с учетом иных мнений, бюрократия – стре-мится к всеобщему усреднению мнений, к изживанию продуктивных различий.

3.7. Законность

Писаное право не исчерпывает все богатство жизни. Формализованное право, оторвавшееся от традиций и на-родного чувства справедливости идет вразрез с жизнью. Всюду, где национализм не может остановить манипуля-ции бюрократии, закон теряет свою ценность.

Более всего это заметно по международным договорам

  • деятельности международных организаций, которые подчинены интересам мировой олигархии. Творимое ими «международное право» убийственно для наций, не имеет ничего общего с пониманием справедливости и коварно непостоянно. Современные международные организации

58

Национализм и его идейные противники

поставлены на службу идеям глобализма и задачам миро-вой олигархии по подрыву национальных интересов, вследствие этого они не могут восприниматься как истина в последней инстанции.

Принцип законности, обязательный в суверенном наци-ональном государстве, не может быть для националистов опорой мировоззрения, если суверенитет под вопросом, а право искалечено бюрократией. Кто считает, что исполня-ет свой долг, буквально соблюдая закон, зачастую способ-ствует прямой задаче олигархии ограбить народ под видом защиты граждан от преступности и совершить самые страшные преступления против народа – измену и гено-цид. Следуя бюрократическому завету «исполнять инст-рукцию» и «слушать начальство», не задумываясь о сущ-ности закона, а иногда даже не заглядывая в него, увеличи-вает несправедливость, которой должен противостоять ка-ждый честный гражданин. Тем самым он соучаствует в си-стеме ограбления нации, обусловленной антинациональ-ным законодательством и враждебными стране и народу международными соглашениями, подписанными по воле олигархии.

Закон для нации – это соотнесение правового преце-дента с принципами справедливости, заложенными в на-родном самосознании. Такой закон будет милостив к со-вершившему случайную ошибку и беспощаден к врагам нации.

Когда закон расходится с Истиной, он не может быть на-правляющей силой для националиста. Нация выше закона.

3.8. Национальная иерархия

Национализм выражается в требовании справедливого распределения национального дохода: невозможность

59

Национальный манифест

частного присвоения доходов от эксплуатации недр; раз-деление всех экономических рисков, приходящихся на нацию в целом, пропорционально богатству; поступле-ние доходов от природных богатств в каждую семью; прямое материальное вознаграждение за заслуги перед нацией.

Национализм ставит производителя выше торговца, тор-говца выше финансиста. Поэтому национализму необходи-мо перевернуть сложившуюся ныне иерархию, ведущую к деиндустриализации и превращающую производителя в жертву экономического хаоса, торговца – в спекулянта, фи-нансиста – в ростовщика. Необходимо прекратить культи-вировать новоявленные нормы «общества потребителей», живущего в долг, проедающего богатства, накопленные предшествующими поколениями, безумно уничтожающего природные ресурсы планеты. Взамен догме о «мировом разделении труда» национализм требует стратегической независимости хозяйства страны от иностранных поставок

  • инвестиций. Ориентацию экономики на преимуществен-ную продажу за рубеж сырья в обмен на товары широкого спроса националист должен считать преступлением. Ино-странное присутствие в национальной экономике должно быть ограничено задачами развития самых современных технологий.

3.9. Проблемы народонаселения

Цивилизации создавались оседлым населением, жестко ограничивающим наплыв иммигрантов. Только так можно было выработать ценности, общие для всех, не размывая их представлениями пришлых элементов о нормах поведе-ния и священных символах. Национализм требует сниже-ния иммиграции до разумно необходимого уровня. Гастар-

60

Национализм и его идейные противники

байтеры позорят нацию, которая расписывается в том, что не способна самостоятельно поддерживать себя.

Также национализм не совместим со сложившейся прак-тикой градостроительной политики и расселения народа. Сосредоточение населения в городах-мегаполисах заталки-вает человечество в бетонные лабиринты, где культивирует-ся «каменный век» человеческих отношений. Именно в ме-гаполисах проще всего создать условия, ведущие к слому человеческих душ и растлению их плодами «общечеловече-ской цивилизации». Именно мегаполисы ограничивают ро-ждаемость.

Город, вырождаясь, из сообщества интеллектуалов, ре-месленников и заводчан превратился в сообщество произ-водителей развлечений и денежных суррогатов, обращае-мых бюрократией. Эта паразитическая среда требует це-лой инфраструктуры персонала, чтобы высасывать соки из страны, и нанимает гастарбайтеров на самые простей-шие работы, которые превращены в «нечистые» и «непре-стижные».

Противоречия между национально ориентированны-ми секторами экономики и олигархией с ее армией бю-рократов, гастарбайтеров и этническим криминалом за-кладывают конфликт, который должен быть разрешен в пользу национального производителя. Малый и средний город с традиционным укладом жизни должен победить космополитичный мегаполис. Националист должен по-бедить эгоиста (либерала и социалиста). В противном случае прозябание нации закончится для нее летальным исходом.

Любовь к Отечеству начинается с любви к «отеческим гробам» и любви к своей семье – семье своих родителей

  • своих детей. Эгоизм, ставший для людей пропагандист-ским соблазном в учениях либералов и социалистов, ве-

61

Национальный манифест

дет к распаду семьи, сокращению рождаемости и к утра-те мотивов к труду. Нет будущего у тех народов, которые позволяют себе превращаться в «общество потребления», развращать молодое поколение деструктивными развле-чениями и праздностью. Если нация подчиняет себя либе-ральным ценностям или марксистским догмам, то она ра-но или поздно теряет независимость, а потом исчезает из истории.

Отечество для националиста выражается не только в исторических преданиях, символах веры, кодексе чести, но и в зримом наследии отцов – в патриархальной семье. Нет основы общества – здоровой семьи – нет и основы патриотизма. Нет семьи – и демографический кризис убивает всякие перспективы развития нации, подводя черту под ее существованием в самое ближайшее время. Именно семья является основой нации. Поэтому по се-мье приходится жесточайший удар социалистических и либеральных доктрин и практик, обслуживающих оли-гархии.

Националисты выступают за увеличение рождаемости, за здоровую семью и ограждение нации от разврата, «се-ксуальной революции», «свободной любви». Если в стра-нах, подражающих «демократиям», стало нормой рожде-ние одного ребенка в семье – родителям на утеху, нации на погибель, то националисты видят будущее нации толь-ко при обращении всей социальной политики на задачи реставрации семьи, семейных ценностей, чадолюбия, мо-ды на многодетность.

3.10. Смута глобализма

Идеология глобализма, использующая в разных случаях то либеральные, то социалистические догмы, пытается по-

62

Национализм и его идейные противники

корить мир, прибрать к рукам все народы, украсть сувере-нитет всюду, где он еще не уничтожен окончательно. К власти пытаются приводить марионеток, обслуживающих интересы мировой олигархии. Говоря о цивилизации, на-саждают варварство. Говоря о мире, развязывают войны. Прославляя гуманизм, пропагандируют жестокость. Обе-щая прогресс, ведут к духовной и физической деградации, к гибели рода человеческого.

Крах глобализма с его порочными идеями и варварской практикой неизбежен. Потому что люди никогда не отка-жутся от своей семьи, своего рода. А через понимание родства они будут осваивать и понимать национальное, ценность суверенного государства, защищающего всех граждан. Сам страх смерти должен остановить гибель го-сударств, а с ними – элементарного социального порядка, который организует жизнь общества и подавляет преступ-ность. Национальный суверенитет оказывается незамет-ным гарантом обращенной к людям правовой системы, ко-торая подменяется либеральной догмой о «правах челове-ка» и делает человека беззащитным перед произволом. Разрушению наций противостоит человеческая натура, ко-торая насыщается смыслами не только через чтение газе-ты или просмотр телевизионной «жвачки». В человеке укоренены его предки, от которых исходит священное пре-дание, гордость за свой народ, эмоциональный подъем от ощущения национального единства. Духовно свободный человек не видит в том, что ему пропагандируют глобали-сты, никакой пользы. Он знает, что рожден для труда и ис-пытаний. Он рожден, чтобы быть героем и подвижником, а не потребителем и лежебокой.

Националистам нельзя быть аморфной массой, распре-деленной на группы, отстраненно обсуждающие пробле-мы мира за чайной церемонией. За свои права надо сра-

63

Национальный манифест

жаться. Необходимо отстаивать свои интересы и в идео-логии, в политике, в сопротивлении врагам своего Отече-ства и человечества в целом. Националист должен высту-пать как освободитель стран и народов от олигархии, от бюрократического плена, от смуты глобализма. Национа-лизм обязательно победит, ибо на грани жизни и смерти выбор в пользу национализма означает выбор в пользу жизни. Смутное время «общества потребления» заканчи-вается, наступает время преодоления глобализма, время освобождения наций, время созидательного труда и твор-чества.

64

  1. Национальная экономика

4.1. «Свободный рынок»

Человеческие сообщества – нации и государства – всту-пили в третье тысячелетие с баснословным по количеству и качеству вещным, техническим, интеллектуальным и культурным богатством. Казалось бы, масса благ, произве-денная и обращаемая трудом всего человечества, дает та-кое количество разнообразных продуктов, что может обес-печить на каждом освоенном клочке земли достойные ус-ловия жизни подавляющему большинству людей, предот-вращая социальные бедствия: массовую безработицу, го-лод, бездомность, эпидемии. Реальное положение дел оп-ровергает этот вывод. Многократно увеличившаяся в срав-нении с прежними эпохами масса товаров и услуг, созда-ваемая все более эффективными средствами техники и все более совершенными технологиями, не улучшает качество

  • уровень жизни, а концентрирует богатство в руках не-многих, создает потребительское рабство, не удовлетворя-ет жизненных потребностей людей.

Разрыв уровня доходов бедных и богатых в начале ХХI века стал резко увеличиваться. Разделение жителей планеты на тех, кто купается в роскоши, и тех, кто прозя-бает в трущобах в ужасающей нищете, не имея необходи-

65

Национальный манифест

мой пищи, воды, медицинского обслуживания и доступа к образованию, стало вопиющим. Войны и революции ниче-го не изменили. Государства Запада лишь за счет «выжи-мания соков» из остального мира на некоторое время ор-ганизовали для себя системы социального обеспечения. В начале XXI века они трещат по всем швам, а миграцион-ные потоки создают новые слои пауперов, готовых сокру-шить исторические нации.

Экономические отчеты о предсмертных конвульсиях одних стран и неслыханном благополучии других, дейст-вующих вроде бы по одним и тем же схемам и критериям, фиксируют результаты вульгарного шулерства: в них ме-ханически суммируют реальные ценности и фикции, ис-тинное материальное и духовное богатство и финансовые «пузыри», деньги, сохраняющие присущие им свойства, и их суррогаты, не имеющие никакой реальной ценности. Они – всего лишь слабое отражение действительной кар-тины господствующих в мире экономических процессов, почти не реагирующее на замену реальной экономики виртуальной – биржевыми фантасмагориями.

Тайны немногочисленных экономических центров, где происходят денежные обряды и совершаются финансовые жертвоприношения, уже не представляют никакого секре-та. Они никого не компрометируют. Их выставляют напо-каз, словно проституток в витринах домов терпимости Амстердама. Финансовые махинации и манипуляции, дос-тигшие невиданных размеров, совершаются в интересах олигархии, чьи личные состояния охраняются примерно 500 корпорациями и 100–150 транснациональными банка-ми. Каждая семья финансового олигарха обладает таким же количеством денег, какие получает 20 миллионов про-чих жителей Земли. Само собой разумеется, что эти богат-ства не продукт кропотливого труда и даже не результат

66

Национальная экономика

пресловутого «первоначального накопления», происхо-дившего в эпоху мануфактур, географических открытий и пиратства. Теперь богатство произрастает из администра-тивных злоупотреблений, биржевых афер и преступлений особой тяжести, которые сплачивают общим интересом чиновников и финансовых махинаторов. Не секрет, что мировой рынок, управляемый бюрократией и контролиру-емый олигархией, стоит на прибылях от торговли нефтью, оружием, наркотиками, драгметаллами, порнографией и – деньгами. Все остальные виды товаров, включая, напри-мер, продовольствие и медикаменты, существуют лишь постольку, поскольку они также приносят олигархии не-малые прибыли и без них человечество еще не научилось обходиться.

Подобно древним, верящим, что земная твердь покоит-ся на слонах, стоящих на огромной черепахе, современ-ный обыватель утвердился во мнении, что духовные, соци-альные и экономические процессы имеют единственную неколебимую опору – деньги. В послевоенные годы эта догма облеклась в формулы монетаризма – дошедшего до безумия поклонения деньгам.

Современные жрецы денег мало чем отличаются от жрецов древности, которые придавали значение непрере-каемого религиозного откровения своим взглядам на уст-ройство мира. Желание ограничить государство в эконо-мике лишь заботой об обращении денежной массы являет-ся одной из основ глобализма – этой новой религии со сво-ими догматами и идолами.

Соблазн насытить экономику деньгами через контроли-руемые бюрократией структуры порождает безудержную инфляцию. А после инфляционного шока, уничтожившего все накопления граждан, монетаристы приступают к «сжа-тию денежной массы» – фактически лишая производство

67

Национальный манифест

оборотных средств и добивая платежеспособный спрос. Это время финансовой деятельности, сравнимой с грабе-жом: выжившие в условиях шока и вставшие на ноги пред-приятия становятся добычей кредиторов – крупнейших денежных мешков. Захватив предприятия, они не заботят-ся о выпуске продукции, а запускают новый финансовый цикл, в котором материальные ценности подчиняются фикции. Вся экономика начинает превращаться в сплош-ную денежную спекуляцию.

Только простаки могут верить, что при контроле денеж-ной массы «невидимая рука рынка» решит все проблемы. Те правительства, которые дали себя уговорить и последо-вали такой стратегии, опустошили свои бюджеты и разо-рили свой народ. Не только потому, что мировую валюту контролировали другие центры принятия решений, но и потому, что правительство прекратило заботиться о благе страны и граждан. Не являясь центром эмиссии мировых валют и имея открытую экономику «свободного рынка», правительства, вставшие на путь монетаризма, становятся убийцами национальной экономики.

4.2. Деньги и товар

  • развитием материального производства был создан многообразный мир вещей, неведомый в древности. Тор-говля превратила вещи в зримый соблазн, а обладание ве-щами – в вожделенную мечту нестойких натур. С развити-ем денежного обращения возник новый идол – деньги. Ве-щи, означающие статус богача или правителя, стали фети-шами, деньги – символами потенциального обладания лю-быми вещами, а также средством удовлетворить с их по-мощью любые желания. Куски металла или стопки банк-нот, а ныне – денежные суррогаты и абстракции электрон-

68

Национальная экономика

ных записей для множества людей стали мерилом и содер-жанием всей их жизни. Этим обусловлено появление раз-нообразных экономических теорий и хозяйственных прак-тик, в которых не осталось ничего живого – только денеж-ные расчеты.

Денежный фетишизм, придающий деньгам свойства универсального и всесильного товара, который обменива-ется на любые блага и ценности, превращает весь мир в базар, все человеческие отношения – в торговлю. Коммер-ция, купцы, посредники, морские порты и города-ярмарки приобретают непомерную значимость, отодвигая на зад-ний план все остальное. Средства пропаганды, разверну-тые олигархией по всему миру, склоняют людей, целые на-роды к тому, чтобы поклоняться «золотому тельцу», обла-дающему таинственной силой. Подчинение этой силе дает олигархии многочисленную и легко управляемую массу рабов.

Деньги на протяжении большей части своей истории имели товарное наполнение. Поэтому представления лю-дей о природе денег не выходили за пределы мира вещей. Деньги казались вещью – одним из товаров, который в си-лу присущих ему свойств стал выполнять функцию уни-версального товара. Появление бумажных денег обуслов-лено страстью фетишистов, которые готовы были обла-дать если не самой универсальной вещью (золотой моне-той или слитком), то хотя бы распиской в том, что они име-ют право на эту вещь, – банкнотой. И все же за банкнотой, монетой, слитком угадывалось вещное богатство, а деньги помогали не только ростовщикам и спекулянтам, но и об-мену товаров и учету издержек.

Банковская система воспользовалась изобретением банкноты, чтобы сконцентрировать разрозненные ресур-сы инвесторов и толкнуть вперед развитие индустрии.

69

Национальный манифест

Но с течением времени денежный фетишизм поразил фи-нансовую систему, в которой новые финансовые изобре-тения сделали реальные товары ненужными. Финансы отделились от производства, но вовлекли в игру фальши-выми ценностями все богатства мира, потопив их в фик-циях. Возникла новая форма обретения реального богат-ства – за счет финансовых операций, под метелку вычи-щающих кассы заводов и фабрик. Деньги, утратив товар-ное наполнение, превратились в «кровь» финансовой си-стемы. А последняя стала средством присвоения любых богатств, престижа, власти.

Нельзя утверждать, что «золотой стандарт» есть луч-шее обеспечение стабильности денежного обращения. На-пример, поток золота в Европу после открытия Нового Света привел к резкой девальвации монеты. От этого това-рообмен пошатнулся, но не исчез. Но соблазн выпускать денег больше, чем требует товарооборот, когда взамен мо-нетам пришли банкноты и казначейские билеты, оказался для многих государств выше, чем желание сохранить ста-бильность экономики. Сначала открытая, а потом скрытая инфляция превратила нации в заложников правительств и их тайных махинаций с денежными знаками.

«Золотой стандарт», по которому денежные знаки обес-печивались золотом и другими активами государства, все-гда был обманом. Потому что реального обмена купюр на золото не было. Как только такой обмен стал более или ме-нее массовым в отношении доллара, США объявили об от-мене «золотого стандарта». Тем самым деньги в мировой торговле, как и в большинстве национальных экономик, окончательно перестали быть посредником при реальном товарообмене. Деньги из товара стали средством обраще-ния за счет изъятия из товарооборота прибыли, предназна-ченной для развития производства.

70

Национальная экономика

Когда долговые обязательства в виде векселей стали об-ращаться наравне с деньгами, произошло возвышение банкиров над производителями. В результате банки полу-чили контроль над распределением прибыли, оставив в руках предпринимателей в лучшем случае минимальный доход. Реальный сектор экономики стал зависимым не от потребностей жизни, а от потребностей финансовой сис-темы. Предприниматель, чья творческая активность долж-на служить производству, стал рабом этой системы, посто-янно шантажируемым угрозой банкротства. Финансовая система отодвинула в сторону и государство, размыв его монополию на эмиссию денег.

Денежные суррогаты захватили не только текущее про-изводство, но и прибыль будущих поколений. Пуская в об-ращение все новые и новые денежные суррогаты, финансо-вая олигархия действует как фальшивомонетчик, который целью своей деятельности ставит присвоение ценностей, произведенных людьми в натуральном виде, и выступает как вор по отношению к будущим поколениям.

Окончательную дематериализацию денег произвела революция в технике – изобретение персональных компь-ютеров и магнитных карт. Образовалось две экономики: новая – виртуальная и старая – товарная. Однако сохране-ние за деньгами статуса товара и правил, существующих

  • отношении товара, – естественных, вытекающих из при-роды человека как производителя материальных благ и необходимости обмена ими, – обернулось деградацией экономических механизмов. Будучи знаками рационально создаваемых отношений, деньги продолжают выдаваться за универсальный товар, свободный от всякого разумного регулирования.

Бесконтрольное развитие денежного обращения вне монополии государства на установление норм экономи-

71

Национальный манифест

ческих отношений привело к появлению разнообразных денежных суррогатов. Источник экономических кризи-сов, безжалостно уничтожающих материальные условия жизни людей, который прежде заключался в товарном перепроизводстве, теперь кроется в перепроизводстве денежных суррогатов, обращаемых уже не владельцами каких-либо вещей, а владельцами «нетоварных денег» – сфабрикованных экономических отношений. Эти отно-шения, реализуемые через финансовую систему, позво-ляют олигархиям присваивать любые результаты эконо-мической деятельности, а также для поддержания своего господства покупать политиков и генералов, финансиро-вать войны и революции.

Реальное производство и оборот вещных и интеллекту-альных ценностей, с одной стороны, и производство и оборот суррогатов – с другой, обречены на непримиримое противостояние. Нациям необходимо материальное произ-водство и оборот реальных ценностей, олигархиям – гос-подство финансовой системы и оборот фиктивных ценно-стей, в сотни раз превышающий оборот товаров.

Чтобы освободиться от рабства у финансовой олигархии, нациям необходимо восстановить свою власть над экономи-ческими отношениями: урегулировать их так, чтобы финан-совая система вновь подчинилась нуждам производства. В национальной экономике пирамида экономических отно-шений должна быть перевернута. На вершине экономиче-ских отношений должен стоять производитель товаров. То-варные потоки должны быть организованы без лишних по-средников, без обособления торговли от производства, без шантажа производителя монополистами в виде оптовых баз

  • сетевых магазинов. Производство и торговлю должны об-служивать финансовые учреждения, лишенные права полу-чать прибыль за счет процентов при обращении денег.

72

Национальная экономика

Самый решительный удар по олигархии – лишение фи-нансовых институтов права «торговать деньгами» и полу-чать ссудный процент. За банковской системой могут быть оставлены только функции инвестирования и получения инвестиционной прибыли, взаиморасчетов между пред-приятиями, сбережения и консалтинга. При этом сберега-тельная функция должна остаться исключительно за госу-дарством, которое гарантирует вклады граждан от инфля-ции, обеспечивая их золотом или начисляя на сбережения инфляционный процент. Банки должны стать союзниками промышленников на ключевых направлениях индустриа-лизации, получающими долю прибыли, а не процент от вложенных средств.

Для предотвращения негативных явлений, проистека-ющих из отрицательных свойств «нетоварных денег» – этой родины безродных, необходимо отказаться от еди-ной мировой валюты, не имеющей реального товарного наполнения и привязанной к одному центру эмиссии ми-ровых денег, поддержанному множеством центров эмис-сии денежных суррогатов. Задача, которую должны ре-шить свободные нации, – определение нового эталона стоимости, который должен носить безусловно природ-ный характер, иначе человеческая натура сможет приду-мывать все новые «эквиваленты». Сегодня, несмотря на отказ от «золотого стандарта», государства по-прежнему свои накопления стараются формировать не только в ва-люте иностранных государств, но и в золоте, формируя тем самым золотовалютные резервы. Поэтому один при-родный эквивалент, количество которого не определяется решениями эмиссионных центров, уже существует и не-скоро будет забыт человечеством.

Результаты развития свободных наций зависят от них самих: от того, как они сами сформируют правила конку-

73

Национальный манифест

ренции товаропроизводителей, антимонопольную полити-ку, законы внешней торговли и передвижения капиталов за пределы государственных границ; от того, как товарное производство будет связано с финансовой системой. Ре-цептов здесь множество, и каждое государство должно са-мо выбрать свой вариант исходя из своих особенностей. Но общим делом свободных наций является освобождение от финансового рабства у олигархии.

4.3. Протекционизм

Мировая торговля всегда имела целью использовать преимущества высокоразвитых экономик над низкораз-витыми. С течением времени мировая торговля преврати-лась в систему неэквивалентного обмена, обирающего страны, не умеющие защитить свой суверенитет. Миро-вая олигархия заставляет государства с подорванным су-веренитетом обмениваться товарами себе в ущерб и стро-ить хозяйственный механизм в своих странах в угоду тем, кто забирает у них львиную долю национального до-стояния.

Основные принципы отношений между нацией и внеш-ними экономическими субъектами сформулированы более 200 лет назад Фихте, который указывал, что государство должно замкнуться от иностранной торговли и образовать «такой же обособленный торговый организм, какой оно уже образовало – обособленный юридический и полити-ческий организм». Нации, намеренные вернуть себе эко-номический суверенитет, должны прекратить неэквива-лентный обмен товарами с другими странами.

Что может быть проще: вывоз возможно более обра-ботанного товара, а ввоз – возможно менее обработанно-го! Тогда труд оценен высоко, и нет необходимости рас-

74

Национальная экономика

трачивать природные ресурсы, принадлежащие будущим поколениям. Именно так в своих работах, посвященных протекционизму, видели защиту внутреннего рынка от иностранных товаров Фридрих Лист и Дмитрий Менде-леев. Именно так – заградительными пошлинами – дей-ствовали США в начале своей истории, обеспечив неви-данный экономический подъем. Так поступила и Англия

  • момент своего становления как морской державы, вве-дя свой протекционизм в виде навигационного акта, а за-тем два столетия придерживаясь его. Последующий от-каз от замкнутости дал ведущим державам товарный и финансовый инструмент, за счет которого начался захват богатств всего мира. Но он же открыл их рынки и посте-пенно лишил их производства конкурентных преиму-ществ в сравнении с теми, которые были построены в бывших колониях, где за счет дешевой рабочей силы со-здаются более дешевые товары.

Эти примеры свидетельствуют, что только укрепившие-ся в стабильном и независимом развитии страны могут по-зволить себе конкурировать на открытом рынке. Тем не менее существование «открытой экономики» связано с ис-черпанием преимуществ, ослаблением экономической экспансии и утратой хозяйственного суверенитета. Этот процесс обозначен наметившейся деиндустриализацией США и очевидной утратой Великобританией роли веду-щей промышленной державы.

Построение «замкнутого торгового государства» пред-полагает заградительные пошлины для иностранных то-варов и протекционизм в отношении отечественного про-изводителя. В то же время протекционизм не может быть тотальным, иначе производители внутри страны не будут иметь стимула к развитию и инновациям. Зарубежные то-вары, присутствующие на рынке, должны за счет пошлин

75

Национальный манифест

быть дороже отечественных в аналогичном классе това-ров, но в целом доступными. Это создает здоровую конку-ренцию и подхлестывает развитие отечественных отрас-лей экономики.

Государство обязано заботиться о том, чтобы произво-дить максимально возможную номенклатуру товаров, необходимых для жизни нации, и не искать возможно-стей расширения импорта. Любая зависимость от им-порта – это лазейка для мировой олигархии, для порабо-щающего нацию глобализма. Государство обязано сти-мулировать импортозамещение, поддерживая те произ-водства, которые делают это на высоком технологиче-ском уровне.

По мере развития собственного производства необхо-димо снижать пошлины и тарифы, стремясь включать в сферу своего влияния и иные рынки. Однако внешнеэко-номические цели не должны доминировать. Если заводы

  • фабрики ориентируются на зарубежного потребителя, то рано или поздно они попадут в зависимость и будут разорены. Ориентация на внешнего потребителя опасна влиянием кризисов чужих экономик, на которые нацио-нальное правительство не может в должной мере отреа-гировать.

Любое государство, желающее защитить себя от раз-грабления, обречено на определенного рода изоляцио-низм, фильтрующий неблагоприятные экономические от-ношения, проникающие из-за границы. Но разумная эко-номическая политика не может устанавливать «железный занавес».

Международный обмен товарами неизбежен, поскольку необходимо иметь средства на закупку техники и природ-ных ресурсов, отсутствующих в стране. Продукты пита-ния, которые невозможно вырастить из-за климатических

76

Национальная экономика

условий, тоже можно приобретать за рубежом, но они не должны быть столь же доступными по цене, что и мест-ные, а в перспективе необходимо находить им замену в отечественном производстве. Обмен с другими государст-вами может оказаться необходимым также в случае неуро-жаев и стихийных бедствий. Однако надо учитывать, что, не отстаивая свой хозяйственный суверенитет, можно бы-стро лишиться и политического суверенитета. Состояние национальной экономики определяется не положитель-ным торговым балансом, а мощностью национальной ин-дустрии и сельского производства, их восприимчивостью

  • новым технологиям и управленческим схемам. Нация благополучна, если в экономике на первом месте стоят ин-тересы производителей, когда чиновники не смеют коман-довать частным производством и препятствовать выпуску продукции, когда законы и налоговая система просты и до-ступны пониманию каждого человека, когда система обра-зования обеспечивает экономику квалифицированными и ответственными кадрами. В этом случае отрицательный торговый баланс означает только колебания обменного курса валют. При этом производство не сокращается, а на-ция живет в достатке.

4.4. Национализм и глобализм

Все независимые рынки, все неподотчетные олигархии экономики находятся под угрозой агрессии. При этом ис-торическое наследие оставило для организации интервен-ции множество поводов, среди которых – неурегулирован-ный статус территорий, переходивших ранее из рук в руки (Косово, Кувейт) или географическая открытость террито-рии (необустроенная южная граница России). В этих воп-росах экономика соединяется с проблемами геополитики,

77

Национальный манифест

  • экономический национализм сталкивается с олигархиче-ским глобализмом.

Для обеспечения нормального экономического развития каждое государство должно стремиться войти в свои есте-ственные границы и строить свою самодостаточную систе-му. В ней не должно быть таких противоречий, которые ве-дут к распре между народами или к попыткам других госу-дарств вернуть ранее захваченные у них территории. Есте-ственные границы – это географически и культурно обусло-вленные пределы. Если нация не ощущает этих границ, она растрачивает свои силы в войнах и подавлении мятежей.

Национализм и глобализм находятся в неразрешимом противоречии. Национализм обеспечивает суверенитет нации и свободу личности в рамках этого суверенитета, ограждающего от разбоя олигархии и транснациональ-ных корпораций. Глобализм, наоборот, ссылаясь на выду-манную универсальность «общечеловеческих» законов, направляет свои усилия против интересов наций и наци-ональных государств, подменяя взаимодействие наций их отрицанием, диалог культур – интернационализмом, национальную культуру – мультикультурализмом. Наци-онализм защищает свою экономику таможенными по-шлинами, обеспечивая всем субъектам экономической деятельности равный доступ к международной торговле,

  • глобализм с бюрократией создают систему квотирова-ния для своего обогащения.

Национализм поддерживает нацию и реальное товар-ное производство, глобализм – олигархию с ее фиктивны-ми капиталами, разрушающими реальную экономику. Гло-бализм ищет чужого через подкуп капиталами лиц с пре-ступными наклонностями и готовностью к измене интере-сам своей нации, а национализм охраняет свое и отстаива-ет независимость своей нации.

78

Национальная экономика

4.5. Национальная экономика

Если не выстроены схемы движения товаров внутри го-сударственных границ и не определены потребности и возможности территорий в зависимости от климатических

  • географических условий, то невозможно правильно раз-вить экономику страны. Национально мыслящее прави-тельство будет исходить из реальных потребностей стра-ны, а не из «общепринятых норм». Там, где зима длится более шести месяцев, государство должно стремиться снижать стоимость энергоресурсов. Те государства, кото-рые имеют протяженные транспортные магистрали, долж-ны обеспечить минимальную стоимость перевозок, чтобы удаленные от развитых регионов территории не дегради-ровали и могли предоставить всем гражданам общие для нации стандарты жизни.

Национальная экономика должна производить товары, а не денежные знаки или бухгалтерские отчеты. Только ре-альный товарный обмен важен для благополучия нации, а вовсе не финансовые потоки. Если правительство умеет считать только деньги, если главной своей задачей видит выбивание налогов, то гибель экономики не за горами. Ес-ли правительство отчитывается перед нацией объемом иностранных инвестиций, то оно расписывается в своей неспособности наладить развитие производства без зави-симости от иностранцев и мировой олигархии. Если оно видит свой успех в массе размещенных за рубежами стра-ны «международных финансовых резервов», то оно забо-тится о чужой экономике и равнодушно к своей.

Те государства, которые стремятся к «открытой эконо-мике», рано или поздно входят в неразрешимые противо-речия с мировой торговой и финансовой системой. Коле-бания спроса и предложения на внешних рынках грозят

79

Национальный манифест

крахом национальной экономике, ориентированной на за-рубежного потребителя, а свободное перетекание капита-лов может мгновенно обескровить собственный хозяйст-венный организм. Поэтому национальная экономика должна выстраиваться как независимая система, готовая обеспечить страну всем необходимым даже при полном прекращении поступления товаров из-за рубежа. При этом внутренний рынок должен быть гарантирован от поглоще-ния внешними рынками. Но ограничение свободного дви-жения товаров и капиталов за пределы страны может быть обусловлено только созданием гарантированных условий их обращения внутри страны: стабильных и справедливых правил экономической деятельности, честной судебной системы, разрешающей хозяйственные споры.

То же самое касается трудовых ресурсов. Если беспре-рывно ввозить в страну непритязательных гастарбайте-ров – этих современных кочевников, готовых порушить все цивилизации, встретившиеся у них на пути, то нет шансов развить современные производства и территории страны. Ведь экономика нации напрямую зависит от тру-довых мотиваций и ответственности работника, его куль-турного уровня, усвоенных с детства правил общежития. Но чтобы устранить иммиграционные потоки, необходи-мо создавать соответствующие мотивации и культурные стандарты у коренных жителей страны, нужно избавлять нацию от низкоквалифицированного труда, нужно обес-печивать достойной зарплатой граждан, вынужденных за-мещать непрестижные профессии.

Для государства важен процесс не только прибытия трудовых ресурсов, но и эмиграция граждан ради заработ-ка в иные страны. Если не обращать внимания на «утечку мозгов», то лучшие кадры, яркие таланты будут перекуп-лены мировым рынком, где они будут своим трудом созда-

80

Национальная экономика

вать фундамент экономического развития для других стран. В то же время закрытие границ для творческих лю-дей будет означать угасание интеллектуального и духовно-го потенциала, получаемого в результате культурного диа-лога и научных обменов с другими странами. Сохранять интеллект нации надо не столько ограничениями, сколько созданием достойного уровня жизни, широкого поприща для проявления творческих способностей, обеспечением возможностей приобщения к сокровищам мировой куль-туры и мировым банкам знаний.

Частные интересы отдельных лиц неразрывно связаны

  • успехами государства и национальной экономики. Благо-состояния для большинства населения можно добиться только при наличии национальной кооперации, разделе-ния труда, механизмов защиты частных достижений и со-вместного использования общенациональных успехов и преимуществ. Труднее добиться благополучия для неболь-ших государств, которым без организации региональной, межгосударственной кооперации не обойтись, и от того, как она будет налажена, зависит и их реальная экономиче-ская успешность. Там, где люди находятся в постоянной борьбе друг с другом, рано или поздно экономическое раз-витие прекращается и наступает разруха и нищета. Там, где государство держит население в послушании закону, где право защищает богатство, накопленное трудами поко-лений, где беспокоятся о благе своих подданных, там бла-госостояние каждого будет умножаться.

Государственный механизм призван образовать обрат-ную связь между людьми, основанную на понимании не-изменности правил, сохранности имущества, защиты де-ловой репутации и человеческого достоинства. Если такой механизм создан, возможна успешно действующая нацио-нальная экономика. Если же обратная связь разорвана, то

81

Национальный манифест

гарантом благосостояния становится чиновник, принима-ющий произвольные решения и определяющий, кто поль-зуется государственным покровительством, а кто низво-дится до рабского состояния. Если же обратная связь пере-секает границы государства, она порабощает нацию в це-лом, а местную бюрократию соединяет с мировой и лиша-ет какой-либо связи с нацией.

Национальная экономика должна быть ориентирована на обычного человека, на гражданина, а не на чиновника. Экономическая свобода – это не догмат, рожденный либе-ральной мыслью. Это требование устранения из жизни бюрократического диктата и утверждения равенства воз-можностей в экономической деятельности. Либерализм, напротив, создает свободу только для избранных, подчи-няя нацию «железному закону олигархии». Национализм требует постоянной деятельности государства по защите национального производителя от бюрократии, а нацио-нальной экономики – от мировой финансовой системы. Тем самым «железный закон» разбивается о «железную волю» нации. Либерализм же, проповедуя «открытость» экономики, позволяет международным спекулянтам и не-добросовестным конкурентам насаждать олигархию и унижать национального предпринимателя.

  • национальной экономике к производителям относят не только пролетариев и крестьян, как у марксистов, но и инженеров, художников, ученых, врачей, учителей. Все это элементы большого «производства» – производства нации. Могущество нации определяется не станками, а людьми. Богатство нации не товары, а люди. Одни могут производить необходимое для жизни, другие – творить вы-сокую культуру, третьи – воспитывать будущее поколение, четвертые – нести ратную службу, пятые – управлять госу-дарством. Экономика нации неотделима от нее самой и

82

Национальная экономика

служит не целью, а средством существования нации и го-сударства. Такое понимание экономики не вмещается ни в либеральные, ни в коммунистические доктрины.

4.6. Государственное устроение

Национальная экономика должна опираться на веду-щий экономический уклад, который диктует также и уст-ройство власти. Если в эпоху доминирования аграрных от-ношений государство строилось как большое поместье со всеми его функциональными элементами, перенесенными из отдельной дворянской вотчины на пространства стра-ны, то в индустриальную эпоху появились еще два вида государств: одни ориентировались на торговлю, другие – на производство.

Государство-рынок было столь же пестрым и шумным, как рыночная площадь, и лишь внешне управлялось сти-хией спроса и предложения. Внимательному взгляду были видны и манипуляции товаром под прилавком, и цеховые группировки, и бдительный полицейский с дубинкой, и пронырливые воришки. Потом этот тип государства пере-рос в государство-супермаркет, расцвеченный рекламны-ми вывесками и ярким оформлением витрин. В этом су-пермаркете уже мало что производили, но удачно торгова-ли и отдыхали. Здесь государство обратилось в большой торгово-развлекательный центр.

Государство-предприятие выглядело как большой за-вод с множеством цехов. Здесь минимизировались затраты на управление, все было подчинено задачам выпуска про-дукции и согласованному действию всех элементов произ-водства. На самом примитивном уровне эта модель была реализована во времена советской индустриализации, но в дальнейшем бюрократизированная управленческая систе-

83

Национальный манифест

ма сковала формирование высокотехнологичного государ-ства-предприятия. Тем не менее концепция государства-предприятия сделала СССР ведущей экономической дер-жавой, способной победить в войне, создать ракетно-ядер-ный щит и приступить к освоению космического про-странства.

Государство-вотчина, казалось бы, отступило в про-шлое, но сегодня олигархия пытается восстановить рабст-во, а для него стремится к тому, чтобы нации согласились жить в государстве-плантации, где существует только три статуса: хозяева, надсмотрщики и рабы. Современ-ным рабам предписано глазеть на витрины и телевизион-ные шоу. И потреблять подделки самых престижных и до-рогих товаров. В большинстве случаев их труд уже нико-му не нужен. Нужно только их согласие признать власть олигархии легитимной, демократичной, гуманной и обя-зательной для всего мира.

По-настоящему современное национальное государст-во (государство-община, государство-корпорация) соот-ветствует иному типу производственных отношений, ко-торые могут использовать все научные и технические до-стижения, не превращая при этом человека в винтик боль-шой индустриальной машины государства-предприятия, но также и не позволяя ему деградировать до примитив-ного потребителя государства-супермаркета. Развиваю-щейся нации необходимо государство, где работа несет радость, где заботятся о детях, ценят честное слово, верят

  • любовь и дружбу, сопереживают общим утратам и обре-тениям, помогают соседям, а если придется, все вместе с оружием в руках защищают свой общий дом – родную страну. Все объединены общим проектом строительства своего государства-империи как высшей формы самоор-ганизации.

84

Национальная экономика

4.7. Налоги и национальный доход

Основными источниками поступления средств в бюд-жет страны является труд людей, которые ведут хозяйст-венную деятельность либо как частные предприниматели

  • владельцы предприятий, либо как наемные работники. Те и другие платят налоги. Бюджеты наполняются также налогами на имущество, денежными средствами, имити-рованными государством (инфляционная эмиссия), тамо-женными сборами и т.д. И все-таки национальный доход формируется прежде всего трудом и творчеством. Поэто-му для нормального функционирования экономики необ-ходима свобода творчества и желание трудиться. Пока на-логовая система угнетает труд и творчество, бюрократия торжествует, а олигархия беспредельно обогащается. Сле-довательно, в налоговой системе заложено либо рабство нации (к чему стремится бюрократия и олигархия), либо освобождение нации и уничтожение порабощающих ее факторов.

Для националистов чрезвычайно важно упростить си-стему налогообложения до нескольких простых в расче-те и понятных налогов и сделать субъектом налогообло-жения не предприятия, а людей. В этом случае будет из-жит конфликт между работником и работодателем. С ра-ботодателя будет снято подозрение, что он обогащается за счет работника. И каждый работник будет по ведомо-сти видеть, сколько из его зарплаты уходит на содержа-ние государственных систем: власти, армии, соцобеспе-чения и т.д.

Вся система бюрократического принуждения и порабо-щения построена на изъятии всего или почти всего дохода человека: неважно, наемный ли это рабочий или владелец фирмы. В бюрократической системе сбор средств на госу-

85

Национальный манифест

дарственные нужды основан на двухуровневом перечисле-нии налогов: сначала платит предприятие, а затем гражда-нин – часть своей зарплаты. Причем предприятие обязано еще оплатить и оборотные налоги с конечного потребите-ля (например, НДС – налог на добавленную стоимость). Так маскируется грабительская система максимального изъятия заработанных предприятием и работником средств. Что не удалось сразу получить с физического ли-ца, собирается через косвенные налоги в виде всевозмож-ных сборов при оформлении справок, лицензий, отчисле-ний при вступлении во владение имуществом и т.д.

Олигархия всегда стремится удешевить рабочую силу и минимизировать затраты на развитие нации и воспитание полноценной личности. Поэтому она всегда будет душителем свободы, превращая человека в «рабочую силу». Националисты, наоборот, хотят раскрепостить человека, избавить от власти денег и сделать его гармонично развивающейся личностью – органичной частью единого национального организма. Если интересы нации возобладают, налоговая система должна быть кардинальным образом упрощена, налоговый пресс резко ослаблен, а огромные массы чиновников уволены из фискальных органов и направлены в производящие сектора экономики.

Если националисты намерены видеть каждого гражданина свободной и творчески развивающейся личностью, то и субъектом налогообложения должен быть только индивидуум, а не юридическое лицо, за которым необходимо сохранить только функцию агента по расчету налоговой базы. Если ежемесячно наемные работники уплачивают налог от реализованных товаров (оборотный) и своего за-работка, а владелец предприятия еще и от своего дохода, то каждому будет ясна и воспроизведена в платежных ведомостях реальная картина налогового бремени.

Эта прозрачность выгодна гражданину (и работнику, и предпринимателю) и невыгодна бюрократии. Человек, осознавший себя полноценным субъектом экономической деятельности и оценивающий вклад, который он вносит в национально-государственное строительство через уплату налогов, становится естественным противником распространения бюрократии и глобализма.

Только человек может соединить орудия и средства производства, знания и программные продукты, капиталы и инновации. В производственном процессе человек – источник творческой энергии, концентрирующий на нужных направлениях материальные ресурсы и преобразующий их в полезные вещи и прочие товарные продукты. Мешают ему два фактора: денежная удавка – противоестественные отношения, затрудняющие производство, и бюрократическая прослойка между ним и средствами производства, извращающая производственные отношения. Пока производственные отношения искажены фикциями, пока властвует паразитическая бюрократия, граждане не могут сплотиться в полноценную нацию, а экономическая система не может стать полностью суверенной национальной экономикой и избавиться от грабежа глобальной олигархии.

Налоги должны быть простыми в исчислении и прозрачными. Примером самой простой и прозрачной системы налогообложения прежних времен является десятина – от дохода или товарооборота. Простота исчисления налога минимизирует как численность чиновников, так и возможности коррумпирования государственных служащих. Бюрократия в таких условиях не может возникнуть. Любое усложнение создает множество «специалистов» по налогообложению в государственных органах и судах, которые начинают заниматься не развитием страны, а уличением предпринимателя в ошибках и отвлечением его от производительной деятельности. Предприниматель, путаясь в налоговом законодательстве, вынужден содержать целый штат специалистов и платить чиновникам, пресле-дующим его со своими параграфами инструкций и разъяснениями налоговых органов. Тем самым предприниматель, а с ним и его работники становятся рабами все более размножающейся бюрократии.

Чем проще будет система налогообложения, чем яснее будет ее связь с национальным доходом, тем она будет «прозрачнее» и тем меньше в ней будет элементов, которые использует бюрократия ради закабаления производителя. Простота налоговой системы обеспечивает и снижение общего уровня налогов за счет устранения лишних поборов со стороны инспектирующих лиц. Чем меньше перераспределяет чиновник, тем проще нации производить нацио-нальный доход и тем меньше непроизводственных расходов и соблазнов для чиновника зачерпнуть из госбюджета средства на какой-нибудь грандиозный проект, сулящий коррупционерам дополнительную мзду.

Бюрократия стремится запутать не только предпринимателя, но и всех граждан, которым предлагаются фиктивные критерии оценки деятельности правительства. В бюрократической системе статистическая отчетность, как и выборы, стала изощренной формой обмана граждан с целью обогащения олигархии и манипулирования общественным мнением. Теперь модно отчитываться перед «из-бирателями» привлечением иностранных инвестиций и ростом ВВП (валовой внутренний продукт). От граждан скрывается, что инвестиции, поступившие из-за рубежа, обременены выплатой дохода зарубежному инвестору, что за иностранные инвестиции приходится расплачиваться, формируя потоки материальных ценностей, перетекающих в иные экономики. Скрывается, что ни инвестиции,   ни ВВП не отражают уровня благосостояния нации. Если методики расчета меняются, если в доход страны произвольно включаются разнообразные услуги и интеллектуальный «капитал», не имеющие к реальной экономике ни-какого отношения, то экономические показатели превращаются в пропагандистский материал, в обман.

Национальный доход – вот критерий оценки уровня благосостояния. Он образуется из доходов, полученных в сфере материального производства как вся масса ценностей, созданных заново и направленных на удовлетворение жизненных потребностей граждан. Национальный доход – это вновь созданная стоимость, возникшая как разница между всей выручкой от произведенных товаров, доставленных потребителю, и всеми затратами на их производство. Работа «на склад», услуги в сфере развлечений и частной жизни в целом, личные расходы работника и работодателя на свои нужды здесь не учитываются. Когда учету подлежит только вновь созданная стоимость, понятен уровень развития национальной экономики, размеры средств, которые могут быть затрачены на потребление частных лиц, расширение производства и содержание государственных органов. Приращение национального дохода за счет новых производств и сокращения издержек на создание единицы продукции отражает динамику развития национальной экономики. Если нация не тратит на свои социальные проекты и государственные нужды более того, что она реально заработала, то она живет по средствам и имеет все необ-ходимые предпосылки к полноценному развитию, не обременяя долгами будущие поколения.

Для националистов важны не размеры государственного бюджета, которым манипулируют чиновники, а размеры и скорость увеличения национального дохода. Увеличение национального дохода может быть достигнуто и за счет снижения налогов. Еще в Древнем Китае говорили: «Непомерные налоги – это обогащение врага». Врагом националистов является бюрократия, которая стремится к контролю за максимально большой долей национального дохода и национального достояния. Следовательно, националисты являются непримиримыми врагами бюрократии, утверждая принципиально иную экономическую систему, в которой налоги низкие, налоговая система предельно проста, а национальный доход по большей части минует чиновника. В такой системе граждане точно знают, сколько каждый из них отдает на содержание вооруженных сил, социальные программы и госаппарат. Что касает-ся своих заработанных средств, то каждый сумеет их использовать более целесообразно, нежели это за него сделает чиновник.

                  4.8. Собственность, земля, производство

Легитимность собственности является ключевым принципом для развития национальной экономики и прочности национального единства. Целостность общности граждан может покоиться только на правовом приобретении собственности, а право – на исконном представлении о справедливости. Негласный сговор бюрократии и вчерашних разбойников, а ныне «досточтимых олигархов» не имеет срока давности, если в результате этого нарушен принцип справедливости в глазах народа. Даже закон, покрывающий воровство, не может быть гарантией неподсудности вора в будущем – когда этот закон будет отменен национальной властью. Всякое право собственности будет абсурдом, если действующая система отношений собственности не даст жить большинству. Если для одних собственность доступна, а у других нет никаких возможностей её приобрести, то общество идет в тупик и расслаивается на кланы, ве